Готовый перевод The Eighties: Transmigrated as the Cannon Fodder Father of Three Little Villains / Восьмидесятые: став отцом-пушечным мясом трёх маленьких злодеев: Глава 139. Вот беда, Линь Юй обратился не к тем людям

�

Линь Юй внимательно слушал ответы Цзюнь Течжу и остальных, но в его взгляде постепенно проступало разочарование, а голова слегка поникла.

Он надеялся услышать совсем другое.

Ещё до приезда Линь Юй составил подробный план.

Первым делом он собирался поговорить со старшими жителями Таохуа и узнать, что происходило в горах за деревней в прежние годы.

Он рассчитывал, что, возможно, услышит от них полезные сведения или зацепки, которые подскажут направление дальнейших действий.

Однако, обойдя всех и расспросив, так и не получил ответов, на которые надеялся.

Впрочем, если подумать, ничего удивительного в этом не было.

Ведь маленькая империя десятилетиями хранила тайну бомб с отравляющим газом.

Откуда таким старожилам, как Цзюнь Течжу, было о ней знать?

Если бы Лю Сяовэнь и остальные случайно не обнаружили эту потрясающую тайну, их страна, пожалуй, так и оставалась бы в неведении до самого дня взрыва газовых бомб, когда стало бы ясно, какая ужасная катастрофа вот-вот разразится.

Вдруг глаза Цзюнь Аня загорелись, и он заговорил:

— Брат Юй, я понял, что ты хочешь узнать. На самом деле ты пытаешься выяснить, как менялась Таохуа за последние несколько десятилетий, разузнать неизвестные истории о горах за деревней и расспросить о необычных людях и странных происшествиях в тех местах. Тебе не к дяде Течжу и остальным нужно обращаться. Лучше навести бабушку Юйшу и её подруг.

Он помолчал, а затем объяснил:

— Такие главы семей, как дядя Течжу, в неспокойные военные годы все силы отдавали выживанию и борьбе с захватчиками. В мирное время на их плечи легли заботы о всей семье: каждый день нужно было думать, как прокормить и обеспечить стариков и детей. Где уж им было находить время и желание следить за всем, что творилось в горах, да ещё и запоминать это?

— А вот наши деревенские бабушки — другое дело, — продолжал Цзюнь Ань, оживлённо жестикулируя. — В их возрасте тяжёлой работы уже не осилишь. Немного поделают что-нибудь нетрудное, а остальное время собираются вместе, обсуждают соседей, семейные дела и всякие сплетни. Если говорить о том, кто лучше всех знает Таохуа и что происходит в деревнях на десятки ли вокруг, с бабушкой Юйшу и её подругами никто не сравнится.

— От их зорких глаз и чутких ушей не укроется ни малейшее происшествие в деревне или за её пределами. — Цзюнь Ань склонил голову набок, недоумённо нахмурившись. — Каждый раз в такие минуты я начинаю сомневаться в их настоящем возрасте и здоровье. Скажите, как они умудряются видеть и слышать дальше и лучше нас, молодых? Будто у них зрение на тысячу ли и слух, которому подвластен ветер!

Цзюнь Фугуй, Цзюнь Течжу и остальные дружно закивали, соглашаясь с его словами. Все считали, что в рассуждениях Аня есть смысл.

Выслушав его, Линь Юй задумчиво кивнул. Попробовать всё-таки лучше, чем просто сидеть и ждать. Может быть, старушки и вправду подскажут что-нибудь полезное.

Однако было уже поздновато. Линь Юй решил, что сейчас не стоит беспокоить пожилых людей и мешать им отдыхать, поэтому отложил визит до завтра.

Цзюнь Фугуй и остальные, увидев, что обсуждать больше почти нечего, поднялись, попрощались и разошлись по домам.

Цзюнь Ань тоже встал, но не ушёл сразу. Он остановился, посмотрел на Линь Юя ясными глазами и тихо спросил:

— Придёшь сегодня к нам ужинать?

Линь Юй всё ещё был погружён в размышления, но, услышав вопрос, машинально кивнул.

Цзюнь Ань взглянул на него, мягко улыбнулся, взял за руку и повёл к своему дому.

Лишь вернувшись, он осторожно отпустил его ладонь.

А Линь Юй по-прежнему выглядел так, словно изо всех сил ломал над чем-то голову. Взгляд его рассеянно застыл: он целиком ушёл в свои мысли.

Только когда трое непоседливых малышей — Сяовэнь, Уцзы и Биньбинь — увидели Линь Юя, окружили его, потянули за одежду и наперебой затараторили, тот наконец очнулся от задумчивости.

Линь Юй огляделся, увидел знакомую уютную обстановку и удивился. Когда и каким образом он успел оказаться в доме Цзюнь Аня?

— Дядя, полетаем высоко-высоко! — Сяовэнь крепко вцепился в штанину Линь Юя, поднял личико и умоляюще посмотрел на него, по-детски нежно растягивая слова.

— Высоко-высоко! Высоко-высоко! — Уцзы нетерпеливо подпрыгивал на коротеньких ножках и вовсю размахивал ручонками.

— Биньбинь тоже хочет высоко-высоко! Красиво летать, чтобы было здорово! — Самый хитренький из тройни оказался требовательнее братьев: надул губки и особо подчеркнул, что лететь хочет именно красиво.

Глядя на этих трёх живых, очаровательных сорванцов, Линь Юй чувствовал одну нежность. Конечно, он прекрасно понял, чего они добиваются.

Сначала он наклонился, бережно поднял самого послушного и рассудительного Сяовэня, а затем обеими руками высоко подбросил его вверх на вытянутых руках.

И принялся весело носиться по двору.

Поднятый над землёй Сяовэнь вытянул руки и ноги, словно маленький самолётик, готовый расправить крылья. Он радостно «парил» в воздухе и без умолку гудел: «У-у-у! У-у-у!»

Уцзы и Биньбинь, глядя на это, пришли в полный восторг и с радостными криками бросились следом за Линь Юем.

Их смех и возгласы сливались в весёлый шум; весь двор наполнился радостью.

Цзюнь Ань и мама Цзюнь, услышав из кухни звонкий детский смех, переглянулись и улыбнулись. Они невольно стали быстрее резать овощи и помешивать блюда на огне, желая поскорее приготовить вкусный ужин, чтобы разыгравшиеся малыши могли поесть.

Когда ужин наконец был готов, Линь Юй, вдоволь набегавшийся с детьми, совершенно выбился из сил. Казалось, он устал в сотню раз сильнее, чем на обычной тренировке.

Он обессиленно опустился на стул, тяжело дыша; лоб покрывали мелкие капельки пота.

Зато после такой нагрузки у него разыгрался отменный аппетит.

За ужином он только и делал, что ел, опустив голову над миской, и опустошал одну порцию за другой с необыкновенным удовольствием.

К счастью, Цзюнь Ань всё предусмотрел и специально добавил при варке риса ещё две миски крупы, иначе еды для Линь Юя действительно не хватило бы.

Цзюнь Ань посмотрел, с каким сосредоточенным довольством тот ест, затем перевёл взгляд на малышей, которые рядом с таким же аппетитом уплетали ужин, и вдруг подумал, что они удивительно похожи: такие же простодушные и милые, такие же искренние любители вкусно поесть.

Наевшись и напившись, Линь Юй, хоть и не хотел расставаться, всё же попрощался с семьёй Цзюнь Аня и неторопливо отправился к себе.

Однако прошло совсем немного времени, и он вернулся.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/31360/4569538