Готовый перевод My Rival's Ghostly Bride / Призрачный брак с заклятым врагом: Глава 7

Чжун Циньхуай безмолвно взирал на Лю Сянъи, а спустя несколько секунд уголки его губ тронула едва заметная улыбка:

— Неужели?

Лю Сянъи откинулся назад и, чувствуя себя вполне уверенно, решил вернуть директору Чжуну его же колкость:

— Директор Чжун, судить о намерениях благородного человека по меркам ничтожества — верный путь к разводу.

Не дожидаясь ответа, Лю Сянъи взглянул на экран телефона: четыре часа утра! Он повернул голову, и в его улыбке промелькнула явная угроза:

— Директор Чжун, почему же вы до сих пор не спите? Готовитесь признать поражение?

В темноте раздался равнодушный голос Чжун Циньхуая:

— Мне кажется, господин Лю тоже не особо рвется побеждать.

Лю Сянъи лишь хмыкнул и снова притворился мертвым.

Он лежал до тех пор, пока даже его, человека, страдающего бессонницей, не начало клонить в сон. Веки стали тяжелыми, и, чувствуя, что вот-вот провалится в забытье, Лю Сянъи через силу поднял руку и пальцами насильно раздвинул их.

Нельзя спать!

Нужно выполнить задачу!

Лю Сянъи украдкой взял лежащий рядом с подушкой телефон: пять утра!

Этот парень наверняка уже спит, верно?

Помнив о том, что две предыдущие попытки «поглощения энергии инь» провалились, Лю Сянъи на этот раз решил проявить осторожность. Поднявшись, он шепотом позвал:

— Директор Чжун?

Тишина. Отлично.

Затем он слегка подтолкнул его. В тот миг, когда пальцы коснулись кожи на руке Чжун Циньхуая, Лю Сянъи ощутил холод.

Никакой реакции. Прекрасно!

Убедившись, что тот действительно спит, Лю Сянъи склонился над ним, постепенно приближаясь. До губ Чжун Циньхуая оставалось не больше ширины пальца. Лю Сянъи глубоко вздохнул, закрыл глаза и осторожно приник к ним.

Он коснулся чего-то тонкого и мягкого. Очень холодно. Возникло ощущение, словно на губы упали снежинки.

Лю Сянъи оставался в таком положении некоторое время, но вскоре почувствовал нечто необычное. Из приоткрытых губ Чжун Циньхуая тонкой струйкой начала сочиться прохлада, просачиваясь прямо в него.

Лю Сянъи замер: «!»

Это было подобно тому, как в изнуряющий летний зной, после марафонского забега, когда тело готово взорваться от жары, ты внезапно погружаешься в ледяную горную воду. Каждая пора на теле с блаженством раскрылась, принося небывалое облегчение и прохладу.

Неужели это и есть так называемая «энергия инь»?

Боясь разбудить его, Лю Сянъи продержался всего пару секунд и бесшумно отпрянул, вернувшись на свое место. Он не заметил, как в тот самый момент, когда он лег, человек рядом медленно открыл глаза.

***

На следующее утро, стоило Лю Сянъи открыть глаза, как он сразу почувствовал неладное: на его лицо был устремлен пристальный, тяжелый взгляд. Тот казался липким и холодным, словно мох, растущий у глубокого омута.

Лю Сянъи повернул голову и увидел, что Чжун Циньхуай сидит в гробу, а его бледное лицо, скрытое в тени, безмолвно и пристально наблюдает за ним.

Лю Сянъи рывком сел:

— Директор Чжун, знаете, пугать людей, просто пялясь на них без звука, — это не очень вежливо.

Уголки губ Чжун Циньхуая изогнулись в многозначительной улыбке:

— Если вас так легко напугать, господин Лю, не скрываете ли вы какую-то нечистую совесть после прошлой ночи?

Лю Сянъи замер, собираясь отбросить одеяло. Он внезапно вспомнил, что именно вытворял с Чжун Циньхуаем, но, кашлянув и притворившись невозмутимым, он все же сбросил одеяло, выбрался из гроба и перевел тему:

— Вы уснули раньше меня, директор Чжун, но это был только первый день. Я не признаю поражения. Вы рискнете продолжить соревнование?

Как только эти слова слетели с его губ, он заметил, что выражение лица Чжун Циньхуая на мгновение стало странным.

Лю Сянъи: «?»

Но в одно мгновение Чжун Циньхуай снова принял свой обычный отстраненный вид, словно это странное выражение было лишь игрой воображения Лю Сянъи. Не став зацикливаться, он наклонился, взял из гроба телефон с наушниками и, поднявшись, улыбнулся:

— Что такое? Неужели за один день вы уже передумали спать со мной, директор Чжун?

Закончив фразу, он снова заметил в выражении Чжун Циньхуая странную нотку. На этот раз это точно не было игрой воображения. Впрочем, разбираться, что именно значило это лицо, было некогда — пора было ехать в офис.

Когда Лю Сянъи ушел, на подоконник бесшумно приземлился Маленький Ворон. Он отодвинул тяжелую штору и высунул крошечную голову. Взмахнув коготком, он вызвал из воздуха маленькую книжицу размером с ладонь.

Маленький Ворон открыл клюв, и раздался детский, тонкий голосок, похожий на речь маленького ребенка, который только учится говорить и то и дело запинается:

— Твоя… твоя бабушка сказала, что я должен читать это тебе каждый день.

Затем он привычно открыл первую страницу и начал декламировать, точно евнух, зачитывающий императорский указ:

— Не смей сближаться с людьми. И не смей… заводить с ними любовных отношений.

Хотя Чжун Циньхуай слышал это уже много раз, он каждый раз слушал очень внимательно. Это были последние слова его бабушки перед тем, как ее душа обрела Рассеяние души.

Прочитав, Маленький Ворон сердито топнул по подоконнику:

— А-Хуай не слушается! Заключил Призрачный брак с этим человеком!

Чжун Циньхуай взглянул на закрытую дверь спальни и лениво произнес:

— Это всего лишь брак, никакой любви. Разве это считается нарушением правил?

Маленький Ворон: «?»

Видя, что птица склонила голову, явно пытаясь осмыслить сказанное, Чжун Циньхуай достал телефон, открыл заметки и отправил его в полет. Маленький Ворон подхватил устройство когтями, открыл экран и с трудом принялся читать:

— Брак — это могила для любви…

Уже после первой фразы Маленький Ворон ахнул, а его золотистые вертикальные зрачки расширились! Могила? Глядя на эти два слова, он сделал вывод: судя по всему, в человеческом обществе этот брак — штука не самая приятная.

Он продолжил чтение:

— Проживать жизнь в браке без любви, каждую ночь делить одну постель — это долгая и мучительная пытка…

Маленький Ворон: «!»

— Какая… какая жуть!

Птица задрожала от страха, едва не выронив телефон.

— Так что ты зря волнуешься, — холодно заметил Чжун Циньхуай. — То, что я спал прошлой ночью с этим господином Лю… для него это скорее не близость, а настоящая пытка.

Маленький Ворон склонил голову: верно, спать со своим заклятым врагом — это же самая настоящая ментальная пытка! Кто вообще придумал такой способ мучений? Приглядевшись, он обнаружил, что эта заметка была написана бабушкой А-Хуая!

Маленький Ворон вспомнил: после смерти бабушка А-Хуая навещала его в подземном мире и рассказывала, что в детстве часто читала ему сказки на ночь. Члены их рода, начиная от А-Хуая и заканчивая восемнадцатью поколениями предков, все как один страдали от излишней влюбчивости — все они были безнадежными романтиками и великомучениками, и ни у одного из них жизнь не сложилась хорошо. А-Хуай — единственный продолжатель рода, и он ни в коем случае не должен повторять ошибок своих предков. Раз уж бабушка так усердно наставляла его в детстве…

Он, как пра-пра-пра-дед А-Хуая, обязан его оберегать!

Маленький Ворон сосредоточился: любви нет, только брак, значит, второе правило формально не нарушено. Но вот первое… Золотистые зрачки снова расширились.

— А-Хуай спал прошлой ночью с этим человеком в одном гробу! Я сам видел!

Разве совместный сон не считается близостью? Разве это не нарушение первого правила?

Чжун Циньхуай опешил, а затем рассмеялся:

— Дедушка, возможно, в твои консервативные древние времена это и было так, но времена изменились. В современном человеческом обществе двое незнакомцев могут лечь в одну постель, просто если приглянутся друг другу. Такое поведение не считается близостью.

Маленький Ворон: «?»

Маленькие глазки, большое недоумение.

Чжун Циньхуай немного помедлил и добавил:

— К тому же, я спал с ним лишь для того, чтобы узнать цель, ради которой этот господин Лю вступил со мной в Призрачный брак.

Маленький Ворон: «!»

Озарение! Этот человек внезапно заключил с А-Хуаем Призрачный брак, явно имея скрытые мотивы! А-Хуай лег с ним, чтобы тайно наблюдать, шпионить и узнать, что же у него на уме!

Маленький Ворон сердито захлопал крыльями:

— Люди такие коварные! Хорошо, что А-Хуай такой умный!

Затем он спросил:

— Ну… и удалось ли А-Хуаю узнать цель этого человека?

Чжун Циньхуай: «...»

Он подпер подбородок рукой, задумался на несколько секунд, и в его глазах промелькнуло редкое замешательство:

— Как ты и сказал, люди очень коварны. Прошел всего день, подождем до сегодняшнего вечера.

Маленький Ворон остался доволен, спрятал свою книжицу и гордо выпятил грудь. Бабушка А-Хуая умерла, когда тому было восемь, оставив его в мире живых в полном одиночестве. Она так волновалась, что, попав в подземный мир, собрала все восемнадцать поколений их предков, молила их на коленях, рыдала, умоляя защитить ее несчастного внука. В итоге, ценой того, что все их восемнадцать поколений обрели Рассеяние души, она добилась того, чтобы он — ворон, предназначенный для перерождения в теле животного, — обрел разум и взял на себя важную миссию по присмотру за этим маленьким потомком.

Под его присмотром А-Хуай был таким послушным! Никаких романов с людьми, никаких близких контактов. Единственный человек, с которым он часто контактировал, — его заклятый враг, с которым у них ужасные отношения!

Маленький Ворон успокоился и убрал книжицу.

В Городе Лю часто шли дожди, особенно весной. Лю Сянъи, ведя машину, взглянул в окно: с самого утра небо было хмурым, затянутым черными тучами — казалось, вот-вот начнется ливень.

http://bllate.org/book/30936/3771373