Готовый перевод Husband, Say Something_Wasting Daylight / Любимый, ну скажи хоть слово! (Завершено): Глава 4

Парк был открыт для свободного посещения, покупать билет не требовалось. Миновав небольшую тенистую аллею, они вышли к реке. По широкой водной глади курсировали круизные лайнеры, а на противоположном берегу высились ряды небоскребов, чьи яркие неоновые огни заставляли воду переливаться всеми цветами радуги.

Они шли рядом по пешеходной дорожке, соблюдая социальную дистанцию около метра. Чжу Синхэ чувствовал исходящий от Ли Жушэня аромат парфюма — тонкий, изысканный запах сосны.

Чжу Синхэ украдкой взглянул на него и тут же перевел взгляд на реку, размышляя про себя: Почему он молчит? Неужели он тоже интроверт?

— Мама говорила, что вы часто бываете в ROOM. Должно быть, мы уже виделись раньше? Я иногда прихожу туда помогать, — первым нарушил тишину Чжу Синхэ. Его голос, еще не успевший окончательно огрубеть после периода ломки, звучал чисто и нежно — как говорила Сяо Цзинтин, настоящий дар для озвучки, причем идеально подходящий для образа слабого и хрупкого персонажа.

— Виделись, — скупо отозвался Ли Жушэнь.

— И в женской одежде тоже видели? — Чжу Синхэ склонил голову, глядя на него снизу вверх. Ли Жушэнь был на голову выше, и эта разница в росте казалась идеальной.

— Видел.

Словно почувствовав на себе взгляд Чжу Синхэ, Ли Жушэнь повернул голову. Чжу Синхэ поспешно отвел глаза.

Помолчав несколько секунд, Чжу Синхэ спросил:

— Вы не против этого?

Ли Жушэнь ответил вопросом на вопрос:

— Против чего именно?

— Многим не нравится мой типаж. Считают меня слишком женственным, лишенным мужского начала. — Чжу Синхэ вспомнил прошлогодний инцидент. — Однажды я встретился с человеком из сети, и он заявил: геи любят мужчин, а мужчина должен выглядеть как мужчина. Мол, если кому-то нравятся такие женоподобные, как я, то проще сразу начать встречаться с женщинами.

— А ты считаешь, что он прав? — глядя на него, спросил Ли Жушэнь.

— Конечно, нет. Это неприкрытая дискриминация по половому признаку и стереотипное мышление. Его взгляды на гендер словно застряли в десятилетней давности, это так старомодно, — спокойно ответил Чжу Синхэ. — Никто не имеет права указывать человеку, как ему выглядеть, кроме него самого. Сейчас я именно такой, каким хочу быть. Я никогда не считал слово женственный ругательством. Мне нравятся во мне эти черты, и я ими горжусь. К тому же, чтобы я мог оставаться собой, моей маме пришлось пройти через множество трудностей, поэтому я ни за что не стану меняться в угоду другим. На самом деле, меня даже немного пугают мужчины с избытком маскулинности, например…

Он внезапно замолчал на полуслове. Ли Жушэнь догадался, что, должно быть, Чжу Синхэ вспомнил кого-то конкретного — человека, который, возможно, причинил ему боль и о котором ему было тяжело говорить.Ли Жушэнь проявил деликатность и не стал расспрашивать дальше, вместо этого ответив на его предыдущий вопрос: Если бы мне не нравилось, как ты выглядишь в женской одежде, меня бы здесь сегодня не было.

Сердце Чжу Синхэ пропустило удар. Ему очень хотелось взглянуть на выражение лица Ли Жушэня в этот момент, но он стеснялся встретиться с ним взглядом, хотя и чувствовал, что Ли Жушэнь всё это время не сводит с него глаз.

Двойное отрицание означает утверждение — смысл слов Ли Жушэня сводился к следующему: Мне нравится, как ты выглядишь в женской одежде, поэтому я и пришёл сегодня встретиться с тобой.

Неужели он действительно угадал, и его догадка попала в самую точку, задев странные наклонности Ли Жушэня?

Он внезапно вспомнил популярный несколько лет назад фильм под названием Пятьдесят оттенков серого. Главный герой, как и Ли Жушэнь, был красивым, богатым и властным бизнесменом, однако у него была тайная страсть — БДСМ: связывание и подчинение, господство и покорность, садизм и мазохизм.

Огромная популярность этого фильма сделала подобные специфические наклонности широко известными, однако человеческие причуды бывают невероятно странными. Больше всего его потрясло короткое видео, которое когда-то прислал ему Цзи Сунчэнь: на нём огромный питон обвивал мужчину с очень светлой кожей и атлетичным телосложением, и мужской половой орган совершал фрикции внутри клоаки змеи... Это было настолько шокирующее зрелище, что он запомнил всё в деталях, даже желтовато-коричневый узор на коже той змеи.

По сравнению с подобными жуткими увлечениями, любовь к переодеванию в женщин казалась не такой уж странной, но что, если Ли Жушэнь хочет от него чего-то большего?Вся эта путаница мыслей сильно осложнила настроение Чжу Синхэ.

Он ощущал страх перед неизвестностью и в то же время волнение от предстоящего приключения. Его сердцебиение сбилось, а щеки слегка горели, но, к счастью, ночная темнота скрывала это.

— Осторожно.

Не успел Чжу Синхэ отреагировать, как кто-то схватил его за запястье и притянул к себе. Чжу Синхэ оступился и уперся одной рукой Ли Жушэню в грудь, чудом не врезавшись прямо в его объятия.

Мимо Чжу Синхэ, промчался маленький мальчик на скейтборде. Хоть он и не задел его, мама мальчика все равно извинилась. Чжу Синхэ ответил, что ничего страшного, и женщина бросилась догонять своего ребенка.

Запоздало сообразив, Чжу Синхэ убрал руку, которой только что упирался в грудь Ли Жушэня. На ладони осталось тепло чужого тела, и его пальцы невольно сжались, словно пытаясь удержать этот крошечный остаток тепла.

— Спасибо.

— Пустяки.

Чжу Синхэ попытался отстраниться, но рука, державшая его за запястье, не разжалась. Вместо этого она естественным образом перехватила его ладонь, и Ли Жушэнь, как ни в чем не бывало, пошел вперед, продолжая вести его за руку, словно вокруг не было никаких прохожих.

Чжу Синхэ: «……»С момента их встречи не прошло и пяти минут, почему они уже держатся за руки? Ли Жушэнь что, человек без личных границ?

Хотя он чувствовал себя немного растерянным и даже неловко, ему это вовсе не казалось неприятным. Он не пытался высвободить руку, лишь молча ликовал, а его сердце колотилось как безумное.

Неужели... это и есть то самое чувство влюбленности?

Нет, с чего бы ему так легко влюбиться, он просто слишком нервничает, должно быть, так оно и есть.

— Ты меня помнишь? — теперь пришла очередь Ли Жушэня задавать вопросы.

Чжу Синхэ бросил на него быстрый взгляд и вежливо ответил:

— Кажется, немного.

У него не было проблем с распознаванием лиц, просто вокруг него было слишком много по-настоящему красивых людей, да и звезды, за которыми он следил, считались общепризнанными красавцами в индустрии развлечений. Его глаза привыкли ко всевозможным симпатичным парням и девушкам, поэтому к красоте он относился не так чувствительно.

Как и говорила Сяо Цзинтин, Ли Жушэнь был потрясающе хорош собой, и стоило хоть раз увидеть его, как забыть уже не получалось. Но привлекательные люди всегда похожи друг на друга, и у него действительно было ощущение, что он где-то видел Ли Жушэня, однако в памяти не удавалось отыскать четких и конкретных воспоминаний.

Ли Жушэнь ничего не ответил, не издав даже вежливого «мгм» или «ага».

Чжу Синхэ тут же занервничал: вдруг Ли Жушэнь расстроится из-за того, что он его не запомнил?

Э-э... не слишком ли он самонадеян, раз думает о таком?

Чжу Синхэ изо всех сил попытался сгладить неловкость:

— Ты ведь обычно ходишь в ROOM по будням? Я-то учусь и прихожу помогать в ROOM только по выходным и праздникам, да и то не каждые выходные, так что мы, наверное, и виделись-то всего пару раз.

На этот раз Ли Жушэнь выдал короткое «угу» и снова замолчал.

Чжу Синхэ окончательно убедился: Ли Жушэнь тоже интроверт, причем даже больший, чем он сам.

Они какое-то время шли молча, пока Чжу Синхэ не заметил на обочине свободную скамейку. Словно увидев спасательный круг, он поспешно предложил:

— Давай присядем на минутку.

Усаживаясь, Ли Жушэнь попутно выпустил руку Чжу Синхэ.

Пока Чжу Синхэ пил воду, он сунул руку в карман брюк и украдкой поправил кое-что — стоило ему только подержаться за руки с Чжу Синхэ, как у него тут же встал.

Ветер с реки обдувал лицо, принося с собой приятную прохладу, но не в силах был рассеять неловкую атмосферу.

Неловкость порождает тревогу, тревога вызывает жажду. Чжу Синхэ отвинтил крышку бутылки, сделал несколько глотков улуна и, повернув голову, увидел, что Ли Жушэнь тоже пьет воду. Его выступающий кадык двигался вверх-вниз при каждом глотке, и само слово «сексуальность» в этот момент обрело вполне конкретное воплощение, на несколько секунд приковав к себе всё внимание Чжу Синхэ.

Он не смел смотреть слишком долго и, переведя взгляд, уставился на неоновые огни противоположного берега. На наружном экране какого-то высотного здания высвечивались чьи-то инициалы, между которыми горело красное сердечко — судя по всему, кто-то либо признавался в любви, либо делал предложение.

Его глаза помимо воли снова скользнули к сидевшему рядом мужчине. Их взгляды встретились, но тут же испуганно разбежались в стороны. Чжу Синхэ чувствовал себя так, будто он не на свидании вслепую, а занимается тайным адюльтером — уж слишком шпионским выглядело его поведение.

— Ты...

— Ты...

Они заговорили почти одновременно, и Чжу Синхэ наконец осмелился посмотреть прямо на собеседника:

— Говори сначала ты.

Ли Жушэнь проявил учтивость:

— Лучше ты.

Чжу Синхэ подкинул тему, которая была очень популярна и отлично подходила для легкой беседы:

— Какой у тебя МБТИ?

Ли Жушэнь ответил:

— Я не люблю навешивать на себя ярлыки, так что никогда не проходил тест.

Чжу Синхэ: «……»

Что ж, разговор снова зашел в тупик.

Но вот с тем, что вешать ярлыки не стоит, он был согласен обеими руками и ногами.

Нынешние интернет-пользователи и впрямь до безумия любят клеить ярлыки: интроверты, экстраверты, эмоциональные, сдержанные, социофобы, душа компании, любители сейю, любители басен, любители мужчин, любители женщин, латентные бисексуалки, легкие лесбиянки, неженки, подлизы, одержимые любовью, чистокровные бойцы за любовь… Все эти ярлыки раскладывают по полочкам самых разных мужчин и женщин. Некоторые из них безобидны и мягки, другие же обладают невероятной агрессивностью и разрушительной силой, позволяя в два счета развязать словесную войну на любой социальной платформе. Из-за этого в сети вечно царят дым от сражений и кровавые бури.

На самого Чжу Синхэ и он сам, и другие навесили немало ярлыков. Будучи обычным человеком, плывущим по течению, он искренне восхищался способностью Ли Жушэня идти против течения и сохранять индивидуальность.

Поняв, что он только что убил разговор, Ли Жушэнь поспешил исправиться:

— Впрочем, навидавшись этого повсюду, я кое-что усвоил. Кажется, я подхожу под определение интроверта.

— Заметно, — улыбнулся Чжу Синхэ. — Твоя интровертность бросается в глаза.

— Думаю, ты экстраверт, — с уверенностью произнес Ли Жушэнь.

— Не угадал, — возразил Чжу Синхэ. — Я INFP.

Ли Жушэнь кивнул и не стал продолжать тему, в которой не разбирался достаточно глубоко, чтобы не ударить в грязь лицом.

Сидеть вот так, ни то ни се, было хуже, чем продолжить прогулку. Чжу Синхэ уже собирался открыть рот, как его привлекло раздавшееся совсем близко кошачье мяуканье. Повернув голову, он увидел маленькую трехцветную кошечку, которая сидела у скамейки и жалобно смотрела на него.

Чжу Синхэ тут же перешел на умильный тон:

— Кошечка, привет тебе~

Малышка оказалась на редкость смелой: она тут же запрыгнула на скамейку и потерлась о ногу Чжу Синхэ, вызвав у него сладостное щекочущее чувство в груди.

— Ты такая красивая, можно тебя погладить?

Кошка ласково мяукнула и тут же устроилась у него на коленях. Ее задние лапки ступили на обнаженную кожу, оставив после себя мягкое и теплое ощущение.

http://bllate.org/book/30913/3768351