Готовый перевод The Little Coroner of the Scheming Prince / Судмедэксперт для хитрого принца: Расследования в эпоху туманов: Глава 6

Сказав это, она еще и несколько раз ткнула Сюй Сяоюаня пальцем.

Увидев, в каком жалком состоянии он находится, Чуньсян поспешно протянула руки, чтобы защитить своего хозяина:

— Две почтенные наставницы, Брат Сюй еще не оправился от тяжелой болезни, да и князь распорядился отложить его обучение этикету. В том, что случилось, нет вины Брата Сюй. Надеюсь, вы не станете вымещать на нем свой гнев.

— Ох, он натворил таких бед, из-за него мы все мерзнем на улице и несем наказание, а ты еще пытаешься его оправдать? — пронзительно закричала наставница-воспитательница.

— Ванфэй приказала ему опуститься на колени и поразмыслить над своим поведением, но она не говорила, что его нужно бить. Неужели вы собираетесь ослушаться воли госпожи и вершить самосуд? — не осталась в долгу Чуньсян.

— Хорошо, очень хорошо, а у тебя, оказывается, язык острый. Посмотрим, как ты запоешь, когда попадешься нам в руки, — пригрозила управляющая наставница.

— Сначала дождись, когда я попадусь, а пока не советую вам нарушать волю ванфэй. Иначе, если об этом дойдет слух до госпожи, боюсь, вам, уважаемая наставница, будет нелегко оправдаться, — парировала Чуньсян.

— Хорошо, хорошо, — управляющая наставница была так взбешена, что даже рассмеялась. — Чуньсян, ты молодец, я запомню твое сегодняшнее рвение.

— Чуньсян лишь исполняет волю госпожи. Если управляющая наставница затаит из-за этого злобу, мне нечего сказать, — невозмутимо ответила та.

Управляющая наставница от ярости лишилась дара речи. Вторая наставница, помогавшая ей по хозяйству, поспешила вперед, чтобы погладить ее по груди, успокаивая дыхание, а затем бросила в адрес Чуньсян еще несколько колкостей, заодно приложив и Сюй Сяоюаня.

Видя, что те не прибегают к физической расправе, Чуньсян перестала отвечать. Она лишь тихо спросила Сюй Сяоюаня, может ли он еще держаться, а потом сняла с себя плащ и укутала его:

— Брат Сюй, вы должны продержаться. Чуньсян будет рядом, два часа пролетят быстро.

Сюй Сяоюаню, стоящему на коленях на ледяной каменной плитке, было невыносимо тяжело. Но поскольку ванфэй Нин оставила людей следить за наказанием, ему не к кому было взывать о помощи, оставалось лишь терпеть.

Услышав утешительные слова Чуньсян, Сюй Сяоюань слабо улыбнулся:

— Хорошо, я буду держаться. Чуньсян, прости, я подвел тебя.

— Вы мой господин, вам не подобает просить прощения у служанки, — ответила Чуньсян.

Сюй Сяоюань вспомнил, как ранее она наставляла его о различии между господином и слугой, и, чтобы не доставлять ей лишних хлопот, промолчал. Посмотрев на плащ, который она сняла для него, он спросил:

— Чуньсян, ты отдала мне свой плащ, а как же ты?

— Мне не холодно, главное, чтобы с вами, Брат Сюй, все было хорошо, — ответила та.

Две служанки ванфэй Нин, оставленные наблюдать за наказанием, видели всё происходящее. Одна из них, помедлив, обратилась к Чуньсян:

— Чуньсян, мы с тобой как сестры, и я не хочу видеть, как ты идешь по неверному пути. Твой хозяин безнадежен, не думай, что сможешь чего-то добиться, полагаясь на него. Лучше поскорее дай что-нибудь управляющей, чтобы тебя перевели на другую должность, иначе рано или поздно ты погибнешь из-за него.

— Гуйсян права, сестрица Чуньсян, прислушайся к совету, — добавила другая служанка. — Мы вместе вошли в Княжескую резиденцию, и я говорю это от чистого сердца, как сестра.

— Хм, она уже совсем с ума сошла, боюсь, доброта этих двух девушек будет воспринята как неблагодарность, — язвительно бросила наставница.

Чуньсян проигнорировала колкость наставницы и ответила служанкам ванфэй Нин:

— Чуньсян благодарна сестрам за заботу. Но суть службы — в верности. Раз меня назначили прислуживать Брату Сюй, я обязана исполнять свой долг.

Видя, что Чуньсян непреклонна, служанки оставили попытки вразумить ее.

Сюй Сяоюань простоял на коленях некоторое время, и когда Чуньсян увидела, что он теряет последние силы, она, набравшись решимости, подложила свои руки под его колени, используя их как живую подстилку.

— Сестрица Чуньсян… — в испуге воскликнул Сюй Сяоюань, пытаясь убрать ее руки.

Но Чуньсян осталась неподвижна и строго пресекла его попытку:

— Брат Сюй, не нарушайте порядок старшинства.

Управляющая наставница в стороне от возмущения била себя в грудь:

— Истинные отбросы без капли стыда! Разве можно так попирать границы между господином и слугой?

Однако две служанки ванфэй Нин, услышав, как Сюй Сяоюань называет Чуньсян сестрой, заметно смягчились. Хотя у Сюй Сяоюаня еще не было ни статуса, ни положения, в глубине души каждый человек, независимо от того, господин он или слуга, жаждет, чтобы к нему относились как к равному.

Чуньсян и Сюй Сяоюань, измотанные этим наказанием, были не в состоянии думать о мнении окружающих, они лишь мечтали, чтобы эти два часа поскорее прошли. Однако Сюй Сяоюань, едва оправившийся от тяжелой болезни, не выдержал такого испытания. Даже несмотря на то, что Чуньсян подкладывала руки под его колени, не прошло и полутора часов, как он потерял сознание.

У пруда снова начался переполох.

Ванфэй Нин, не желая, чтобы в Княжеской резиденции пролилась кровь, все же распорядилась отправить Сюй Сяоюаня обратно в его покои. Он пролежал без сознания еще целые сутки, прежде чем прийти в себя.

Открыв глаза, он увидел сидящего перед кроватью молодого мужчину в роскошных одеждах и с высоким головным убором.

Чуньсян, заметив, что он очнулся, радостно сказала мужчине:

— Князь, князь, вы поистине приносите удачу! Каждый раз, когда вы приходите, Брат Сюй приходит в себя.

Сознание Сюй Сяоюаня медленно прояснилось: «А, так это Нин-ван».

В тот же миг его прошибло током: Нин-ван пришел? Он вспомнил, что попал в этот мир и, как-никак, является главным героем. А раз главный герой страдает, то второстепенные персонажи непременно должны поплатиться.

В прошлой жизни он был человеком миролюбивым, но это вовсе не означало, что он должен безропотно сносить унижения. Разве мог он не затаить обиду после того, как позавчера его публично унизила ванфэй Нин, а наставницы притесняли его? В одиночку противостоять им было невозможно, но теперь, когда у него появилась опора, он не собирался спускать это с рук.

Он должен пожаловаться князю, чтобы тот восстановил справедливость и показал этим второстепенным персонажам силу его «главного героя».

Сюй Сяоюань открыл глаза и, разглядев лицо Нин-вана, испытал легкое разочарование. Нин-ван не был уродлив, но его внешность была самой обычной, в толпе такого и не заметишь. Это было так далеко от описаний главного героя-мужчины, которые он читал в веб-новеллах в своей прошлой жизни.

Впрочем, подумал Сюй Сяоюань, Нин-ван — важная персона, его статуса более чем достаточно, так что сойдет. А то, что он не такой уж красавец — должно быть, просто не повезло.

Сюй Сяоюань посмотрел на князя, с трудом приподнялся, опираясь на изголовье, и со слезами на глазах произнес:

— Князь, умоляю, вступитесь за меня! Ванфэй, не разбираясь в причинах, приказала мне два часа стоять на коленях на каменных плитках, где еще не растаял снег, а управляющая наставница, пользуясь своей властью, всячески изводила меня…

http://bllate.org/book/30839/3760085