Готовый перевод Rebirth: Don't Give Up On Me / Перерождение: Пожалуйста, не оставляй меня: Глава 9

— Я могу помочь тебе уладить дела в стране М, разобраться с тем, что связано с Гоу Ши, и гарантировать, что он вернется на родину целым и невредимым.

— Твоя компания тоже может остаться за тобой, и твои родные будут в безопасности.

Услышав слова Цзянь Юйчуаня, Гоу Шэн перестал сопротивляться. Он уже успокоился, да и в Семье Гоу сейчас был лишь сплошной беспорядок, хуже уже некуда.

Если бы всё действительно произошло так, как говорил Цзянь Юйчуань, это можно было бы назвать лучшим исходом для Семьи Гоу.

Всё в этом мире имеет свою цену, и Гоу Шэн это прекрасно понимал, поэтому он спросил: — ...Каковы же твои условия? Чего ты хочешь?

— Ты. Прыгни с тридцатого этажа.

Цзянь Юйчуань отпустил воротник Гоу Шэна: — В отличие от тебя, я не стану заставлять людей умирать не пойми за что. Это твой выбор: жить или умереть — решай сам, я лишь выдвигаю свои условия.

Цзянь Юйчуань отступил на два шага назад, и на его губах неожиданно промелькнула легкая улыбка: — Жду твоего ответа в течение суток. Прощай, директор Гоу.

Сказав всё, что хотел, Цзянь Юйчуань ушел, оставив Гоу Шэна сидеть на полу. Тот был сам не свой, а его дыхание сбилось.

Каждый человек боится смерти, и Гоу Шэн не был исключением. Такие злобные люди, как он, ценили свои жизни еще больше.

Но разве оставался у него в этот момент какой-то другой выбор?

Ответ был прост: нет.

На следующий день Секретарь Лю принес новости: — Директор Цзянь... Гоу Шэн выбросился из окна.

— Мм. Передай Ваньянь Цзиньжаню, чтобы Гоу Тяньцая перевели в их больницу на лечение.

Цзянь Юйчуань всегда держал свое слово. Врагом для него был только Гоу Шэн, а к остальным людям у него не было причин относиться жестоко.

Чу Чжи испытывал сейчас невиданную доселе боль. Такой выдающийся, ослепительный мужчина отдал за него столько сил, вложил столько времени и душевного тепла, да еще и поставил на кон собственную шедшую до этого гладко жизнь.

Грубо говоря, руки Цзянь Юйчуаня теперь были обагрены кровью, пусть всё это и делалось ради него.

Из-за его безрассудства и упрямства расплачиваться за всё пришлось даже Цзянь Юйчуаню.

С этого момента Чу Чжи воочию стал свидетелем того, как Цзянь Юйчуань сдержал свое слово.

Те самые слова.

— Не бойся, ты не будешь одинок, я составлю тебе компанию.

Цзянь Юйчуань предупредил Секретаря Лю, что какое-то время не появится в компании, и велел тому через неделю забрать прах Чу Чжи у него дома.

Он составил план дальнейшего развития Семьи Цзянь, а после стал тихо ждать смерти.

Потеря Чу Чжи означала для Цзянь Юйчуаня, что весь мир лишился красок. Каждый раз возвращаясь домой, Цзянь Юйчуань чувствовал, что его тело пронизано холодом, и как бы высоко ни настраивали отопление, это уже не помогало.

Цзянь Юйчуань вовсе не был таким холодным и невозмутимым, каким казался снаружи — он просто привык прятать любые чувства глубоко внутри. Об этих терзаниях, о боли и тоске знал лишь он один.

Чу Чжи был для Цзянь Юйчуаня духовной опорой, но теперь эта опора рухнула...

Разве мог он продолжать жить в одиночестве?

Лишь тогда, когда Цзянь Юйчуань спокойно закрыл глаза в своей спальне, Чу Чжи осознал: с того самого момента, как те слова были произнесены, Цзянь Юйчуань уже спланировал свой уход.

Цзянь Юйчуань заранее отдал все распоряжения Матушке Ли и связался с работниками крематория.

— Пожалуйста, положите мой прах в урну, которая стоит у моего изголовья.

Спустя неделю, когда Секретарь Лю пришел в дом Цзянь Юйчуаня, он нашел на журнальном столике ту самую знакомую изящную урну с прахом.

Секретарь Лю не до конца понимал, почему Директор Цзянь так сильно любил Чу Чжи, но после того, как надгробный камень был установлен, сам он не захотел лично привезти прах.

Наверное, чем ближе подходишь к могиле, тем сильнее страх? Секретарь Лю почти мог это понять.

Только вот... этот ящик не показался ли ему слишком тяжелым?

По дороге Секретарь Лю аккуратно взвесил его в руках: — Мне что, показалось?

Впрочем, он не стал придавать этому особого значения: поставив урну на переднее сиденье, он поехал прямиком на кладбище Наньшань.

Поместив урну на положенное место, Секретарь Лю достал из багажника букет цветов. Цзянь Юйчуань заказал их заранее, нужно было лишь забрать заказ.

Оставив цветы у надгробия, Секретарь Лю немного постоял в тишине, а затем вернулся в город на машине. Был будний день, и раз Директора Цзяня не было, ему предстояло сделать еще очень многое.

Секретарь Лю даже не подозревал, что Директор Цзянь уже остался на кладбище Наньшань навсегда.

Вокруг было пусто, ни души, но Чу Чжи всё еще не мог прийти в себя.

Букет белых роз и лилий у надгробия выглядел невероятно свежим, и от налетевшего ветерка лепестки чуть подрагивали в лучах солнца.

Он больше никогда не увидит Цзянь Юйчуаня.

Цзянь Юйчуань сказал, что составит ему компанию, и сдержал обещание.

Чу Чжи стоял перед могильной плитой, и его постепенно захлестнули беззвучные рыдания.

— Цзянь Юйчуань, ты дурак что ли? Зачем ты ради меня зашел так далеко, зачем ты пошел на это ради такого человека, как я!

Цзянь Юйчуань действительно умер. В отличие от Чу Чжи, он не превратился в Духовное тело — он исчез по-настоящему.

Пока Цзянь Юйчуань был жив, Чу Чжи не мог подарить ему объятия; теперь же, когда Цзянь Юйчуань умер, Чу Чжи не мог даже взглянуть на него.

До чего же тщательно всё продумал этот мужчина, тихо попросив людей поместить их прах в одну урну.

Раз уж им не суждено было быть вместе при жизни, то после смерти они могли хотя бы переплести свои судьбы — в этом заключался его маленький эгоистичный жест.

Чу Чжи стоял неподвижно, внезапно вспоминая бесчисленные моменты из прошлого.

Мягкость, скрывавшуюся под внешней холодностью Цзянь Юйчуаня, его молчаливую заботу и то, как он неизменно покрывал его, прекрасно осознавая все ошибки.

И то снисхождение, с которым он принимал любое его упрямство.

Цзянь Юйчуань отомстил за него. За всю боль, что выпала на долю его самого и Семьи Чу, Цзянь Юйчуань заставил Гоу Шэна расплатиться сполна.

Любовь Цзянь Юйчуаня была глубокой, а привязанность — невероятно стойкой. От этого у Чу Чжи перехватило дыхание, и сквозь пелену слез букет цветов и надгробная плита начали расплываться.

В конце концов, это он был виноват перед Цзянь Юйчуанем, именно он оставил после себя столько сожалений.

Пусть это всего лишь одно надгробие, но отныне здесь будут жить двое.

...Прости меня, Юйчуань, прости...

http://bllate.org/book/30821/3757918