Готовый перевод Straight Man? A Little THF Will Fix You / Тетрагидрофуран как лекарство от прямолинейности: Глава 13

— Ещё две недели — и я уеду. Похоже, я выбрал отличное время.

Он наконец улыбнулся.

Линь И отвел взгляд. Мимолетный порыв, нахлынувший на него мгновение назад, утих, но при виде улыбки Янь Рухая на душе всё равно стало радостно. Он не понимал, отчего его настроение так колеблется, но, к счастью, не был склонен к самокопанию. Доверившись внутреннему чутью, он просто продолжил неспешную прогулку, перебрасываясь фразами со своим спутником.

— На самом деле, мне очень хочется посмотреть на реку Миньцзян, — глядя на чистый ручей в лесу, внезапно заметил Янь Рухай. — В Жунчэне есть Миньцзян, в Жунчэне — Миньцзян. Как думаешь, есть ли у этих городов какая-то связь?

— Разве можно сравнивать южные окраины с Небесной страной изобилия? Если хочешь увидеть Миньцзян, лучше выбирай летний день без тайфунов. На набережной дует прохладный ветерок, а на мосту всегда полно пожилых горожан, которые неспешно попивают чай и удят рыбу.

Говоря это, Линь И похлопал себя по карманам и вдруг вспомнил, что забыл взять:

— Я-то думал, мы присядем где-нибудь выпить чаю, поэтому не взял с собой воды, а теперь мы уже прошли то место. Ты хочешь пить?

Взгляд Линь И невольно задержался на губах Янь Рухая, но он тут же отвел его, когда тот открыл рот, чтобы ответить.

— Вроде бы нет. Но мы так долго гуляли, что я проголодался. Что будем есть на обед?

— Рыбные шарики, лаохуа, Фо Тяо Цян, блюда кухни хакка… Местная еда бывает сладковатой, я такое не люблю. И Фо Тяо Цян предпочитаю не в традиционном исполнении, на курином бульоне вкуснее. — Линь И перечислил кучу всякой всячины и, вопреки обыкновению, не стал принимать решение сразу, предоставив Янь Рухаю право выбора.

— Пойдем туда, где ближе.

Решительность Янь Рухая рассмешила Линь И. Он было поднял руку, но тут же опустил её, сдержавшись, чтобы не взъерошить волосы собеседника:

— Похоже, ты и правда голоден. Кстати, я всё никак не мог спросить: где ты уже успел побывать?

— Гора Яньтай, Шансяхан, разные музеи и мемориалы — культурные достопримечательности я, в общем-то, осмотрел. — Янь Рухай достал телефон, чтобы проверить свои планы, и лишь тогда заметил, что они проболтали больше часа, даже не заглянув в экран.

— В Жунчэне, по сути, только такие места и есть, природные достопримечательности в одиночку осматривать не стоит. Что планируешь на следующую неделю? — Линь И невольно скользнул взглядом по экрану телефона Янь Рухая, где была открыта страница с онлайн-романом. Поняв, что именно он видит, Линь И тут же отвел глаза, стараясь не подглядывать за чужими делами.

— Хм… да, гулять больше негде. Скоро нужно будет входить в образ для съемок, так что следующую неделю проведу дома, изучая сценарий и оригинал произведения. — Янь Рухай, опустив голову, пролистал календарь, а затем поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза Линь И: — После обеда заглянем в супермаркет? Купим продуктов, на следующей неделе я буду готовить сам.

***

— Старший брат, хе-хе, я вернулся!

— Не сюсюкай, тошно смотреть. — Линь И, не меняясь в лице, уставился на хроматографическую колонку, не желая оборачиваться.

— Старший, у тебя сегодня такой тяжелый настрой. Может, ты проголодался? У меня остались три пачки лапши, очень вкусная! Не хочешь перекусить?

Линь И уже учуял пряный и острый аромат, который принес с собой младший соученик. Пахло действительно неплохо, но сейчас ему хотелось лишь поскорее попасть домой.

— Сегодня среда, самый тяжелый день недели. Нежелание работать сверхурочно — вполне естественное чувство, — медленно произнес Линь И, вздыхая перед вытяжным шкафом.

Младший соученик вздохнул в ответ:

— И то верно. Эх, одна чашка чая, пачка сигарет и колонка — так и проходит день…

— В лаборатории курить запрещено, — отрезал Линь И, напоминая об этом в который раз.

Младший соученик вздохнул ещё тяжелее. Помолчав немного, он вдруг вспомнил:

— Кстати, старший, я только что в туалете встретил старшего Чэня.

— …Ты что, в туалете решил перекусить? — Линь И наконец проявил интерес и взглянул на него.

— Да нет же, черт возьми! — младший соученик замахал руками. — Их группа, похоже, перенесла время окончания работы на девять вечера. Сейчас вся группа сидит в офисе, как кучка трупов.

Линь И посмотрел на соученика, перевел взгляд на колонку, а затем на время в телефоне:

— У них что, так много работы? Если есть задачи, можно и посидеть, но зачем менять расписание?

— Не знаю. Может, хотят равняться на крупные корпорации? Хорошо хоть, что наш наставник — человек. — Младший соученик отложил посуду, размял запястья и машинально потянулся к карману, но, коснувшись электронной сигареты, одернул руку. — Прямо невмоготу, когда во рту пусто…

— Их учет времени — это пренебрежение правилами безопасности, а ты ничем не лучше.

Линь И только собирался продолжить лекцию о лабораторной безопасности, как в дверь постучали:

— Вы двое всё ещё не закончили?

Линь И обернулся и мельком глянул на вошедшего:

— Старый Чэнь? Раз уж тебе нечего делать, можешь помочь мне с колонкой.

Старый Чэнь, который как раз открыл рот, чтобы что-то сказать, был вынужден проглотить слова. Он прислонился к дверному косяку и проворчал:

— Линь И, мы не виделись всего пару дней, а ты становишься всё бесчеловечнее.

— Это тебе стоит сказать своему наставнику. — Линь И закончил размечать тонкослойную пластинку и наконец с удовлетворением кивнул.

Старый Чэнь, глядя на то, как Линь И деловито собирается уходить, не скрывал зависти:

— Чего ты так спешишь? Ещё девяти нет, автобусы и метро всё ещё ходят.

— Я иду домой ужинать. — В голосе Линь И звучала твердость и легкое оживление.

— Вот видишь, старший, ты всё-таки проголодался, а ещё отрицал! — торжествующе воскликнул младший соученик.

Старый Чэнь покачал головой и погладил несуществующую длинную бороду:

— Старик вычислил: он просто проголодался. Быстро выкладывай название кафе, и я отпущу тебя домой.

Линь И покосился на Старого Чэня, который, как бесхребетный, прилип к дверному проему и зевал.

— Я завершаю аудиенцию, кто посмеет препятствовать? — насмешливо бросил он.

— Пф… кхе-кхе, черт, слюни, загрязнение… — Младший соученик не выдержал и расхохотался, да так, что нечаянно брызнул слюной на лабораторный стол. В ужасе он начал судорожно пытаться спасти результаты эксперимента, которые и так были скудными.

— Я же говорил: носи маску, — Линь И заглянул через плечо, довольно улыбаясь.

— Младший, тебе не кажется, что твой старший Линь в последнее время ведет себя как-то странно? — Старый Чэнь даже не пошевелился, чтобы выразить сочувствие, вместо этого подливая масла в огонь: — Линь И, ты что, влюбился?

Как оказалось, Старый Чэнь отлично умел привлекать внимание. Линь И снова посмотрел на него:

— Если бы ты приложил свою фантазию к разработке химических путей, наставник бы хоть раз похвалил тебя за креативность.

— Не влюбился? А чего тогда «возвращаешься» домой ужинать так поздно? — Старый Чэнь подозрительно прищурился.

Линь И безмолвно усмехнулся:

— Ты так стараешься найти, где вкусно поесть, это достойно уважения. Я иду в сычуаньскую закусочную, пойдешь?

— Э-э, нет, я боюсь острого, — с сожалением вздохнул Старый Чэнь.

— Старший, я хочу! — младший соученик поднял руку. — Хоть как-то утешу свою раненую душу.

— Тебе не достанется. — Линь И схватил лабораторный журнал и прихлопнул поднятую руку младшего.

— Я думаю, порции в сычуаньских заведениях не маленькие, неужели не хватит на младшего? Ты правда не влюбился? — Старый Чэнь не унимался, демонстрируя решимость выведать тайну, даже если не удастся перекусить.

— Друг мой, ты же знаешь, какая у нас нагрузка. Каждый день: лаборатория — общежитие, два этажа вверх-вниз. В нашей группе из женщин только младшая соученица, даже тараканов-самок нет. Где мне заводить отношения? — Линь И закончил уборку, снял перчатки и обернулся к Старому Чэню с выражением полного недоумения на лице.

— А младшая Сюй? Она же симпатичная… — Старый Чэнь знал, что это так, но не хотел сдаваться.

— Ты бы стал крутить роман с сокамерником? По-моему, это у тебя странности. — Линь И дошел до выхода из лаборатории и с сочувствием похлопал Старого Чэня по плечу.

Старый Чэнь и младший соученик переглянулись. Только когда Линь И ушел в свой кабинет, младший спохватился:

— Разве нет тараканов-самок? А кто тогда съел пюре с борной кислотой, которое я в прошлый раз раскладывал?

— …Не знаю, но раз никто не отравился, значит, ничего страшного. — Старый Чэнь понуро вздохнул: — Главное — это проклятое лицо Линь И. Если он не найдет себе пару, все мужчины в трех соседних группах так и останутся одинокими. На прошлой неделе пришла студентка-дипломница, даже она, не зная его, запомнила, что здесь есть красавчик, который занимается синтезом. Эх… эх… эх!

— Старший Чэнь, мне кажется, что девушки, даже если не обращают внимания на внешность, не любят мужчин, которые так сильно любят посплетничать. — Младший соученик выразил глубокое сочувствие, но всё же высказал всё, что думал.

— Иди делай свой эксперимент! Год проучился у Линь И и научился только огрызаться? — Старый Чэнь ткнул в него пальцем и сердито поплелся в свой кабинет «отбывать срок».

Линь И, закончив с делами, вышел из кабинета и увидел удаляющуюся спину Старого Чэня, но не придал этому значения. Его волновало только одно: что Янь Рухай приготовит на ужин.

В прошлую субботу они с Янь Рухаем гуляли до самого вечера, накупили кучу продуктов, а в воскресенье решили не выходить из дома и приготовили фьюжн-хого. Пусть бульон вышел не идеальным, зато поели они от души.

В понедельник Линь И задержался на работе, поэтому поужинал в столовой. Во вторник он ушел вовремя и, как обычно, собирался позвать Янь Рухая куда-нибудь поесть, но тот вдруг сам предложил поужинать дома тем, что приготовит сам.

До этого момента Линь И едва ли можно было назвать знатоком кулинарии Янь Рухая: он пробовал лишь хого в воскресенье да утреннюю кашу, когда они ещё были в Жунчэне. По этим двум блюдам сложно было судить о талантах актера.

Но ужин во вторник просто потряс Линь И. Он не мог представить, как актер может так искусно готовить.

Может, Янь Рухай, готовясь к роли ученого, специально устроился в лабораторию, а раньше, когда играл повара, прошел стажировку на ресторанной кухне?

Даже обычные домашние блюда в его исполнении оказались настолько вкусными, что Линь И никак не мог их забыть.

А может, именно потому, что это была простая домашняя еда, она так запала ему в душу.

Линь И уже не помнил, когда в последний раз ел по-домашнему. Кажется, ещё в средней школе.

Его мать была женщиной с традиционными взглядами. Она не смогла принять того, что её муж сядет в тюрьму на добрый десяток лет, а также считала, что сын должен следовать за отцом, поэтому при разводе отказалась от опеки.

Линь И не владел диалектом, поэтому формально жил с бабушкой, которая говорила только на нём, а на деле — каждый жил своей жизнью, изредка общаясь жестами. Мать навещала его раз в неделю, готовила обед и однажды даже пыталась научить сына готовить. Но маленький мальчик боялся: если мать научит его всему, то сразу уйдет. Он упорно отказывался учиться, а потом уже стало поздно — он так и не смог освоить это искусство.

http://bllate.org/book/30753/3750246