Готовый перевод I Became the Villain's Master [Transmigration] / Я стала наставницей злодея: Выжить в мире бестселлера: Глава 14

С этого момента у этой пустынной горы появилось имя — Могильник Мечей, и она стала главным местом, куда сотни культиваторов приходили выбирать себе оружие.

В оригинальной истории не было сюжета о том, как Лань Си ведет учеников в Могильник Мечей на поиски оружия, но эта локация упоминалась неоднократно. Жун Лювей прекрасно знал, сколько глаз и лап у тамошних чудищ, поэтому не паниковал.

Му Чао тоже не нервничал и серьезно произнес:

— Ученик сделает все возможное и приложит вдвое больше усилий, чтобы не разочаровать Учителя.

Жун Лювей посмотрел на него со многозначительным выражением лица.

Желание? Ну, одно есть — лишь бы он не свернул на кривую дорожку.

Время летело, как вода, и несколько дней спустя мир совершенствующихся наконец дождался дня открытия Могильника Мечей.

День отправления.

Каждый год в этот день бесчисленные молодые культиваторы, едва начавшие свой путь, отправлялись к Могильнику Мечей, чтобы найти себе оружие. Людей собиралось много, и чтобы избежать непредвиденных инцидентов, Четыре великих секты объединяли усилия: главы сект лично вели своих учеников к Заставе Цзяньмэнь, откуда они вместе направлялись к Могильнику Мечей.

Об этом Жун Лювей узнал, выведав информацию у Лин Сяо.

Каждый раз, когда он не был уверен в сюжете, Жун Лювей на несколько секунд тосковал по системе, которая могла бы дать ответы на его вопросы. Сейчас же, когда нужно было филигранно выуживать информацию, не обнаружив при этом, что он ничего не помнит, это было изматывающе.

Однако, судя по его многолетнему опыту чтения романов, системы обычно появляются вместе с кучей странных заданий, так что лучше уж оставаться в нынешнем положении — без них спокойнее.

К счастью, Лин Сяо был простачком и совершенно не остерегался его, отвечая на всё, о чем бы тот ни спросил.

Позади время от времени доносились обрывки разговоров.

— Старший брат, почему мы не летим на мечах? Так утомительно идти пешком.

— ...Как ты можешь этого не знать? Не вздумай кому-нибудь сказать, что ты мой младший брат. Мы не летим, потому что над Могильником Мечей на сотни ли простирается Барьер. Наши летающие артефакты просто не смогут туда пробраться. Иначе зачем нам мучиться пешком, если можно лететь на мече? Ты что, думаешь, наш глава секты глупый?

Жун Лювей: «...»

Впервые он подумал, что слишком обостренные чувства — не всегда благо.

Интуиция подсказывала, что ответ молодого ученика, который последовал бы дальше, ему вряд ли понравится, поэтому он просто на время заблокировал слух — меньше слышишь, крепче спишь.

Когда делегация секты Плывущих Облаков прибыла на место, у подножия Заставы Цзяньмэнь уже теснилось множество людей, но всё было организованно. Судя по цвету одежд, там находились ученики секты Цинлюй и секты Тяньинь.

Бросив взгляд вдаль, он увидел группу из нескольких десятков молодых людей, которые стояли в кругу и переговаривались с улыбками. Возглавлявший их мужчина в одеянии цвета индиго и стоявший рядом с ним мужчина в зеленом — один строгий и суровый, другой мягкий и утонченный, оба статные, стоящие бок о бок словно две прекрасные скульптуры — сразу выделялись из толпы. Это были Фан Мэнчэнь и Шэн Цзинчуань. Похоже, они ждали уже давно.

Зная, что сегодня предстоит важное дело, Жун Лювей специально встал пораньше, рассчитывая прибыть первым и продемонстрировать всем свой боевой дух, но, как оказалось, занял почетное предпоследнее место.

Неужели вы, культиваторы, вообще не спите по ночам?

Впрочем, хорошо, что нашелся кто-то, занявший последнее место, чтобы скрасить его неудачу.

Лин Сяо, увидев это, очень обрадовался и, повернувшись к учителю, искренне произнес:

— Здорово, Учитель! В этом году мы наконец-то не опоздали!

...Значит, раньше они постоянно опаздывали? Что ж, это его совсем не удивило.

Жун Лювей достал Водный веер, обмахнулся и небрежно бросил:

— Хм, неплохо.

— Лю Вэй.

Шэн Цзинчуань сделал шаг вперед и сказал ровно то же самое, что и Лин Сяо:

— В этот раз вы прибыли довольно рано.

Жун Лювей, помахивая веером, неловко улыбнулся:

— Новый год, новые порядки.

В этот момент раздался приятный, но крайне неприятный по тону насмешливый голос:

— Новые порядки? По-моему, если происходит нечто аномальное, значит, здесь замешана какая-то нечисть.

Жун Лювею не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.

Фан Мэнчэнь — этот капризный гордец!

Жун Лювей не обернулся, но собеседник сам подошел к нему вплотную, чтобы встать перед глазами.

Сначала в поле зрения попали безупречно чистые сапоги, затем полы одеяния цвета индиго, а подняв взгляд выше, он увидел Девятисекционный Хлыст длиной около трех футов, который тот держал в руке острием вниз; по металлу пробегали электрические разряды. Это был Цзинцин — прославленное в Списке сотни артефактов божественное оружие, изготовленное из позвоночника и костей демонического зверя.

Обладатель хлыста был красив и суров, его брови и глаза светились непреклонной гордостью, с которой он смотрел на Жун Лювея свысока.

Надо признать, этот гордец выглядел даже лучше, чем он себе представлял.

Жаль только, что Жун Лювей — натурал, и для него мужская красота не имела никакого значения. Он мягко улыбнулся:

— Глава секты Фан, вы что, с самого утра наелись пороха?

Фан Мэнчэнь одарил его свирепым взглядом и прошипел:

— Ничего я не ел!

Хотя они «встречались впервые», Жун Лювей чувствовал, что эта манера препираться до боли знакома.

Фан Мэнчэнь пронзил его холодным взглядом, затем перевел его на стоявшего рядом с Жун Лювеем Му Чао, и, заметив недовольное выражение на лице юноши, вскинул бровь:

— Это твой новый ученик, Жун Лювей?

Он сразу ощутил скудную Духовную силу подростка и безжалостно усмехнулся:

— Каков учитель, таков и ученик. И правда, ничем не лучше своего наставника.

Услышав это, Му Чао сжал кулаки, опущенные вдоль тела, сделал шаг вперед и низким голосом произнес:

— Глава секты Фан, прошу, подбирайте слова.

Жун Лювей придержал его и слегка покачал головой.

Боевая мощь Му Чао сейчас была практически равна нулю, так что перед Фан Мэнчэнем его кулаки не значили ничего.

Прежний хозяин тела имел скверную репутацию и нажил немало врагов среди людей из секты Тяньинь, поэтому ненависть Фан Мэнчэня была вполне оправдана.

Поэтому Жун Лювей не разозлился, а лишь равнодушно ответил:

— Можешь говорить гадости обо мне, но не обязательно цеплять моего ученика. Глава секты Фан, неужели вы всегда столь неразумны?

Фан Мэнчэнь дернул хлыстом, из которого вырвалась очередь пугающих электрических разрядов, и гневно воскликнул:

— Вспомни, какие пакости ты творил в прошлом, как у тебя вообще хватает совести упрекать меня!

Увидев это, Му Чао поспешил заслонить собой Жун Лювея, на его юном лице не было ни тени страха.

В это же время Шэн Цзинчуань бросился разнимать их. Встав между ними, он с видом человека, у которого разболелась голова, попытался урезонить их:

— Лю Вэй, Мэнчэнь, нам скоро нужно вести новых учеников в Могильник Мечей, давайте не будем ссориться в такое время.

Хотя это было вполне серьезное и правильное примирение, Жун Лювею послышалось: «Вы двое, хватит уже драться», и он, не удержавшись, рассмеялся:

— Мы не ссоримся.

http://bllate.org/book/30721/3744818