Готовый перевод The Cannon Fodder Villain Attacks the Male Lead / Злодей-пушечное мясо: захват главного героя: Глава 7

— Цзяо Юй! — Хань Чу внезапно вытащил из Пространственного Кольца длинный меч и, не раздумывая ни о чём, бросился вперед.

Эта внезапная перемена застала всех присутствующих врасплох.

После того как Цзяо Юй вышел из Иллюзорной Обитель Закалки Сердца, Цянь Му осталась весьма довольна его выступлением и заодно взяла его с собой нанести визит главе секты Небесного Меча.

Все в секте Небесного Меча, будь то мужчины или женщины, практикующие путь меча.

Глава секты Небесного Меча Дунфан Цинь уже достиг Средней стадии Великой Махаяны. Он и Цянь Му были давними друзьями, они были знакомы уже много лет, и их связывала глубокая привязанность.

Однако за этой крепкой дружбой Дунфан Цинь скрывал пылкое и глубокое чувство.

Он годами тайно любил Цянь Му, но так и не решился до конца выразить свои чувства.

Дунфан Цинь был облачен в черные одежды, расшитые золотистыми нитями, которые ярко сияли в лучах солнца.

Его лицо напоминало искусно выточенный нефрит: бледное и излучающее мягкое сияние, брови походили на горные вершины, а глаза сияли подобно звездам на небосводе, голову же венчала изысканная нефритовая корона.

Каждое его движение источало врожденное благородство.

Цзяо Юй последовал за Цянь Му к Дунфан Циню и почтительно поприветствовал его поклоном.

Когда поклон был завершен, его взгляд случайно привлек человек, стоявший рядом с Дунфан Цинем.

Тот был одет в ученические одежды секты Небесного Меча — халат цвета индиго с вышитыми белыми журавлями развевался на ветру, напоминая текучую гладь озера и излучая какую-то особенную живость и непринужденность.

Он обладал выдающейся осанкой и словно сошедший с небес небожитель — поистине непревзойденной красотой.

Цзяо Юй мысленно восхитился внешностью этого человека: если он не ошибался, перед ним был не кто иной, как Цюань Вэньсюань, первый красавец Восточного Континента, которого было трудно описать словами в книге.

Будучи любимым учеником главы секты Небесного Меча, Цюань Вэньсюань в столь юном возрасте уже достиг Ранней стадии Золотого Ядра, да к тому же постиг намерение меча, бесспорно являясь новой восходящей звездой мира бессмертных и привлекая к себе всеобщее внимание.

Цзяо Юй прекрасно знал, что Цюань Вэньсюань не любит титул первого красавца и презирает тех, кто безучастно пялится на него из-за его внешности.

Хотя в мыслях Цзяо Юя роилось множество соображений, на лице его не дрогнул ни один мускул, и он приветствовал Цюань Вэньсюаня.

Цюань Вэньсюань слегка кивнул в ответ, и это движение, казалось бы, небрежное, источало врожденную элегантность и невозмутимость.

Цянь Му и Дунфан Цинь обменялись парой дежурных фраз, после чего Цянь Му распрощалась и удалилась вместе с Цзяо Юем.

Взгляд Дунфан Циня неотрывно следовал за удаляющейся фигурой Цянь Му, и в этом взгляде читалось столько нежности и тоски, будто силуэт Цянь Му был единственным пейзажем в его глазах.

— Наставник, перестаньте пялиться, они уже далеко, — лениво произнес Цюань Вэньсюань, бросив косой взгляд на Дунфан Циня.

Выведенный из задумчивости этим окликом, Дунфан Цинь слегка покраснел, словно смутившись.

Он отвел взгляд и, напустив на себя вид оскорбленного, занес руку и легко шлепнул Цюань Вэньсюаня, с шутливой брайню ругая: — Ах ты паршивец, как посмел подшучивать над наставником!

Цзяо Юй как раз разговаривал со своим наставником Цянь Му, как вдруг остро ощутил накатившую волну свирепой жажды убийства. Это намерение смерти походило на ледяной порыв ветра, от которого у него по спине пробежали мурашки.

Не раздумывая, он тут же пустил в ход циркуляцию внутренней Духовной энергии и выставил полную защиту, настороженно глядя вперед.

Разглядев в нападающем Хань Чу, он мгновенно воспылал боевым духом — его глаза, словно два горящих факела, уставились прямо на Хань Чу.

Заметив накаленную до предела атмосферу между Хань Чу и Цзяо Юем, Цянь Му нахмурилась, и ее лицо помрачнело.

Увидев это, Цзяо Юй поспешно сказал Цянь Му: — Наставница, это наши с ним личные счеты, пожалуйста, не вмешивайтесь.

Заметив, что Цзяо Юй отразил его удар мечом, Хань Чу холодно фыркнул и извлек из Пространственного Кольца низкоранговый массив пространства.

Этот диск был сплошь покрыт загадочными рунами, которые тускло мерцали в лучах заходящего солнца.

Хань Чу незамедлительно бросил в массив три духовных камня низкого качества, и в тот же миг массив ярко вспыхнул. Ослепительный луч вырвался из него, мгновенно окутав Цзяо Юя и Хань Чу.

После этого фигуры обоих исчезли с прежнего места.

Лицо Цянь Му омрачилось беспокойством, однако Чэнь Фэйи легким покачиванием головы дал ей понять, чтобы она не беспокоилась.

Он уже раскусил ситуацию: между Хань Чу и Цзяо Юем существовала давняя вражда, так почему бы не позволить им разобраться в бою и поставить точку в их конфликте?

Лю Сюэ, увидев эту сцену, невольно замерла в растерянности: почему Хань Чу сегодня сорвался и так внезапно обнажил меч против Цзяо Юя?

Прежде Хань Чу, хоть и недолюбливал Цзяо Юя, максимум отпускал в его адрес язвительные замечания и никогда не опускался до подобных безрассудных выходок.

Неужели внутренний демон Хань Чу был как-то связан с Цзяо Юем?

Фань Цзяэр стояла рядом с Лю Сюэ и с застывшим от изумления лицом наблюдала за происходящим.

Она дернула Лю Сюэ за рукав и тихо спросила: — Старшая сестра Лю Сюэ, что с ними? Почему Третий старший брат вдруг набросился на Цзяо Юя с мечом?

Услышав это, Лю Сюэ посмотрела на Фань Цзяэр, собираясь что-то сказать, но запнулась.

Цянь Му и Чэнь Фэйи, услышав слова Фань Цзяэр, одновременно устремили на нее взгляды.

Почувствовав на себе внимание окружающих и осознав, что только что при двух старейшинах назвала Цзяо Юя по имени, Фань Цзяэр испуганно втянула голову в плечи и поспешно исправилась: — Простите, я оговорилась, Третий старший брат... то есть старший брат Цзяо.

Внутри пространственного массива атмосфера накалилась до предела, напоминая натянутую тетиву, готовую лопнуть от малейшего прикосновения.

Взгляд Цзяо Юя стал острым, он мгновенно вытащил из-за пазухи две духовные печать и громко рявкнул: — Разорвись!

Стоило ему издать этот крик, как духовные печати ярко вспыхнули.

Следом раздался взрыв, и заключенная в печатях мощная Духовная энергия, смешанная с яростными молниями, подобно свирепому дикому зверю бросилась на Хань Чу, разинув пасть.

Заметив это, Хань Чу резко изменился в лице и не смел проявлять ни малейшей беспечности.

Он поспешно мобилизовал Духовную энергию внутри своего тела, непрерывным потоком направляя ее в клинок меча. В тот же миг меч засиял, и вокруг лезвия образовался плотный защитный барьер из чистой энергии.

Сила духовных печатей, созданных мастером печатей третьего ранга, была колоссальна — она не уступала атаке практика на пике стадии Закладки Основания.

Осознав, что собственная защита начинает сдавать под натиском печатей, Хань Чу встревожился и поспешно достал из Пространственного Кольца низкоранговый защитный Магический Артефакт.

Этот артефакт имел круглую форму, излучал слабое голубое сияние и был исчерчен защитными рунами.

Хань Чу влил в него Духовную энергию, и артефакт мгновенно вспыхнул, воздвигнув перед ним еще более прочный защитный барьер в попытке отразить мощную атаку печатей.

Отразив удар печатей, Хань Чу воспользовался короткой передышкой и, вскинув меч, бросился на Цзяо Юя.

Его фигура двигалась стремительно, словно молния, а занесенный высоко над головой меч нес в себе непреклонный разрушительный порыв — он со злости обрушил его на Цзяо Юй.

Цзяо Юй увернулся в сторону, едва избежав этого свирепого удара.

Его движения напоминали призрачные тени — столь же проворные и изворотливые.

Цзяо Юй градом метал в сторону Хань Чу духовные печати, и каждый взрыв сопровождался оглушительным грохотом.

Видя это, Хань Чу вновь был вынужден извлечь из Пространственного Кольца защитный артефакт, чтобы отражать атаки печатей.

В мгновение ока все пространство заволокло клубами пыли и густого дыма, сквозь которые было совершенно невозможно разглядеть фигуры сражающихся.

Внезапно в районе поясницы Цзяо Юя вспыхнула острая боль. Опустив взгляд, он понял, что Хань Чу выждал подходящий момент, подлетел ближе и нанес сокрушительный удар мечом прямо в него.

Заметив, что ему удалось ранить Цзяо Юя, Хань Чу сначала остолбенел, словно не веря собственным глазам, а затем его лицо исказилось от дикого ликования.

Однако триумф длился недолго: Хань Чу выдернул меч, собираясь нанести повторный удар.

Но Цзяо Юй, стиснув зубы от жгучей боли в боку, воспользовался моментом, пока Хань Чу вытаскивал меч, и изо всех сил швырнул в него последнюю, самую мощную Громовую Печать.

Почувствовав смертельную угрозу, Хань Чу в ужасе переменился в лице — он прекрасно понимал, что при столь близком расстоянии уклониться было просто невозможно.

В этот самый критический момент по телу Хань Чу внезапно пробежала вспышка таинственного золотого света.

Этот золотой свет, подобно исполинскому водовороту, мгновенно поглотил колоссальную духовную силу, таившуюся в Громовой Печати, и та бесследно растворилась.

Сам же Хань Чу тут же погрузился во тьму и потерял сознание.

Заметив это, Цзяо Юй выплюнул кровь и подумал про себя: Ну конечно!

Из-за истощения духовных камней пространственный массив деактивировался, выбросив Цзяо Юя и потерявшего сознание Хань Чу наружу, и их фигуры вновь предстали перед глазами всех присутствующих.

А сам диск массива вернулся к своему обычному виду и безмолвно валялся на земле.

— Третий старший брат! — с криком ужаса бросилась вперед Фань Цзяэр.

Лю Сюэ посмотрела на без чувств лежащего Хань Чу, на мгновение замешкалась, но в итоге так и не сделала шаг вперед.

Чэнь Фэйи быстрым шагом подошел к Хань Чу, опустился на колени и принялся внимательно осматривать его раны.

Спустя мгновение он слегка расслабился и произнес: — К счастью, это лишь истощение Духовной энергии, ничего страшного. Отдохнет — и придет в норму.

Тем временем Цянь Му, заметив, что Цзяо Юй прижимает руку к ране и бледлен лицом, протянула ему Пилюля Возвращения Весны высшего качества.

Под воздействием пилюли рана на боку Цзяо Юя перестала кровоточить и начала затягиваться, а к его лицу постепенно возвращался здоровый цвет.

— Юй-эр, что здесь стряслось? — нахмурившись, Цянь Му пристально посмотрела на Цзяо Юй, и в ее глазах читались недоумение и тревога.

Цзяо Юй тихо кашлянул, неторопливо поднялся на ноги, и в его манерах не было заметно ни капли растерянности — напротив, он держался весьма непринужденно.

— Наставница, несколько дней назад ученик нечаянно отнял у младшего сородича Хань Чу его самое заветное сокровище, вот младший брат в гневе и решил предать меня смерти, — на губах Цзяо Юя играла неуловимая улыбка, а в голосе сквозило откровенное подшучивание.

Ну а как же иначе, ведь Хань Чу — главный герой романа о драконе, и никто прежде не смел зариться на это сокровище, а тут он умудрился влезть в это дело, как же Хань Чу было не взненавидеть его после этого?

Видя, что выражение лица Цзяо Юя не похоже на ложь, Цянь Му окинула его слегка озадаченным взглядом, затем перевела глаза на Хань Чу, которого поддерживал Чэнь Фэйи, и временно подавила бушевавшее в душе раздражение.

После этой схватки Цзяо Юй окончательно убедился, что Хань Чу по праву носит звание абсолютного протагониста этого мира, любимчика небесной удачи, живучего и несгибаемого, словно неистребимый таракан.

http://bllate.org/book/30607/3731736