Изнеженного и избалованного молодого господина Чжоу от гнева, должно быть, просто разрывает на части.
Если бы он остался в Семье Чжоу, еще неизвестно, какие безумства начал бы творить Чжоу Юйань.
— В ближайшие дни ты будешь жить здесь. Мы оформим тебе перевод в школу, будешь в одном классе с Сяо Чэнем, — улыбнулась Шэнь Ваньцзюнь. — Отныне это твой дом.
Дом?
Вэнь Юй пожевал губами это незнакомое слово. Он посмотрел на Фу Чэнцзэ, затем бросил взгляд на Фу Чэня и, наконец, снова перевел взор на Шэнь Ваньцзюнь.
У него не хватило бы наглости вообразить, что он может стать частью семьи для этих людей из Семьи Фу.
— О помолвке вы оба, должно быть, уже знаете. Послезавтра обе семьи поужинают вместе, это и будет нашей церемонией помолвки, — сказала Шэнь Ваньцзюнь.
Фу Чэнь холодно усмехнулся и с язвительной интонацией произнес:
— Некоторые люди словно жабы, мечтающие отведать лебединого мяса, совсем с ума посходили, раз готовы использовать любые низкие методы.
Эти слова прозвучали слишком грубо. За столом сидело всего четверо, и сказанное могло относиться как к одному человеку, так и к двум, а то и сразу ко всем трем.
Фу Чэнцзэ бросил холодный взгляд на своего сына:
— Фу Чэнь.
Всего одна фраза, произнесенная спокойным тоном, но от нее невольно повеяло внушительной силой. Годы решительных сражений на деловом поприще закалили ауру Фу Чэнцзэ, сделав ее мощной и такой, которую невозможно игнорировать.
Фу Чэнь, очевидно, не боялся своего отца: предупреждение Фу Чэнцзэ влетело в одно ухо и тут же вылетело из другого.
— Кто хочет помолвиться с мусором, тот пусть сам и идет на эту церемонию, меня не впутывайте.
Шэнь Ваньцзюнь в этот момент вмешалась, чтобы сгладить углы:
— Эта помолвка, конечно, не означает, что вы обязательно поженитесь в будущем. Это лишь формальность. Когда тебе, Сяо Чэнь, станет лучше, все это, естественно, потеряет силу.
— Так что помолвка не значит, что вы обязаны провести всю жизнь вместе. В будущем вы сможете свободно выбирать тех, с кем захотите разделить свою судьбу. Просто сейчас ситуация действительно сложная, поэтому вам временно нужно быть связанными друг с другом.
Голос Шэнь Ваньцзюнь был очень нежным, обладая врожденной способностью очаровывать, но на Фу Чэня это явно не подействовало.
Шэнь Ваньцзюнь выражалась весьма обтекаемо, но как Семья Фу могла позволить благородному молодому господину Фу действительно жениться на ком-то вроде него — крысе из подворотни?
Вэнь Юй отнесся к этому с пониманием.
К тому же он ясно осознавал, что Семья Чжоу тоже не планирует по-настоящему выдавать Вэнь Юя замуж за Фу Чэня, иначе Чжоу Юйань закатил бы истерику с попытками вскрыть вены.
— Как красиво говоришь. Тогда, может, позволишь своему сыну помолвиться с ним? Он точно так же может жить в доме Семьи Фу, — глядя на Шэнь Ваньцзюнь, насмешливо бросил Фу Чэнь.
Вэнь Юй посмотрел на Шэнь Ваньцзюнь: эта идеальная маска наконец дала трещину — выражение лица женщины заметно окаменело.
Вэнь Юй нашел это забавным: слова Фу Чэня ударили Шэнь Ваньцзюнь прямо в сердце. В конце концов, Шэнь Юйцин раньше говорил, что хочет быть с Вэнь Юем. В те времена у Шэнь Ваньцзюнь еще не было нынешнего актерского мастерства: обнаружив это, она буквально обезумела и пришла допрашивать Вэнь Юя.
Тот, с кем Вэнь Юй хотел прожить жизнь, все равно был для него недостижим, так что к фиктивной помолвке он относился равнодушно. Вот только то, что Фу Чэнь испытывает к нему такое отвращение, вызывало лишь тошноту.
Шэнь Ваньцзюнь привела лицо в порядок и перевела тему, сказав Вэнь Юю, что надеется, будто он будет проводить больше времени с Фу Чэнем — это поможет феромонам Фу Чэня стабилизироваться.
Что бы ни говорила Шэнь Ваньцзюнь, Вэнь Юй послушно кивал, издавая лишь короткое «угу».
Взгляд Фу Чэня становился все холоднее.
Видеться хоть раз он считал отвратительным, а тут — проводить время вместе постоянно?
Это прямо как в поговорке: матушка отвращения открыла дверь для отвращения, отвращение пришло домой.
Завершив этот весьма занимательный обед, Вэнь Юй машинально начал помогать слугам убирать посуду. Шэнь Ваньцзюнь сказала ему, что делать этого не нужно: теперь он часть семьи, и она относится к нему как к родному сыну.
Вэнь Юй вздрогнул от слова «сын», прозвучавшего из уст Шэнь Ваньцзюнь, — по всему телу побежали мурашки. Если Шэнь Ваньцзюнь способна так легко произносить подобные отвратительные слова, неудивительно, что она смогла успешно войти в Семью Фу. С таким умением терпеть унижения она добьется успеха в чем угодно.
Шэнь Ваньцзюнь рассмеялась, увидев его реакцию, и погладила его по голове:
— Почему наш Сяо Юй такой милый?
Вэнь Юя слегка замутило — то ли оттого, что переел, то ли от омерзения, вызванного Шэнь Ваньцзюнь, но он все же вежливо ответил:
— Спасибо.
— Мастер притворства, — холодно фыркнул Фу Чэнь, наблюдавший за их взаимодействием, после чего направился к прихожей, надел кроссовки и вышел.
***
Хотя Шэнь Ваньцзюнь и Фу Чэнцзэ хотели, чтобы Вэнь Юй часто проводил время с Фу Чэнем, оба парня молчаливо придерживались правила: не встречаться, если родителей нет дома.
Фу Чэнь не хотел видеть Вэнь Юя, а Вэнь Юй чувствовал это нежелание и старался максимально избегать столкновений с ним в доме Семьи Фу.
Избегать Фу Чэня было нетрудно: тот часто возвращался лишь глубокой заживо, а по утрам спал до обеда.
Вэнь Юй привык рано вставать и до поздней ночи сидеть в своей комнате, изучая программу второго года старшей школы, поэтому, сохраняя свой привычный распорядок, он без труда разминулся с Фу Чэнем.
До начала учебы оставалось три дня. Вэнь Юй подумал, что это, возможно, последние дни, когда он может наслаждаться покоем.
На следующий день после обеда Шэнь Ваньцзюнь повела Вэнь Юя покупать одежду. Он во всем послушно ей потакал. У Шэнь Ваньцзюнь был хороший вкус: она выбрала для него вещи в мягких тонах, из приятной на ощупь ткани и простого кроя. Вэнь Юй был хорош собой, стройный, и в любой одежде смотрелся отлично.
Верно говорят: встречают по одежке. В таком простом наряде Вэнь Юй с первого взгляда действительно походил на юного господина из богатой семьи, разве что в его взгляде читалась излишняя скованность.
Шэнь Ваньцзюнь похлопала его по спине, прося не нервничать, и купила все, что он только что примерял.
Вэнь Юй сказал, что не нужно покупать так много, но Шэнь Ваньцзюнь ответила, что дети в его возрасте быстро растут, так что лишнее не помешает.
Вэнь Юй молча принял это.
По пути домой, когда они несли множество пакетов, мягкая улыбка, не сходившая с лица Шэнь Ваньцзюнь весь день, окончательно исчезла:
— Что стоит говорить, а что нет — сама решай. И еще: держись подальше от Юйцина.
Вэнь Юй все понял. Он растерянно пробормотал:
— Тетя Шэнь, о чем вы? Я не понимаю.
Шэнь Ваньцзюнь тут же снова одарила его нежной улыбкой, от которой ее глаза сузились в полумесяцы:
— Ни о чем. Я просто хотела сказать: если чего-то не хватает — проси у тети.
Когда они вошли в дом, то столкнулись с Фу Чэнем, который как раз собирался уходить.
Казалось, у Фу Чэня каждый день с полудня до рассвета было полно дел. Он бросил взгляд на пакеты — сплошь бренды, которые он сам часто носил. Вэнь Юю с его статусом не купить такого даже за всю жизнь.
Пришел всего несколько дней назад, а уже подбил Шэнь Ваньцзюнь накупить ему столько всего. И правда, коварный человек.
Проходя мимо Вэнь Юя, Фу Чэнь холодно фыркнул, выказав максимум презрения.
Вэнь Юй, не понимая причин, встретился взглядом с Фу Чэнем. Похоже, у этого молодого господина Фу развилась странная болезнь — фыркать всякий раз, как он видит Вэнь Юя.
***
На церемонии помолвки Фу Чэнь не появился. Фу Чэнцзэ и Шэнь Ваньцзюнь пытались с ним связаться, но не нашли.
На самом деле, если бы Фу Чэнцзэ действительно захотел его найти, он бы нашел. Вероятно, все прекрасно понимали, что эта помолвка — не более чем обмен выгодами. К тому же Фу Чэнцзэ знал характер сына, поэтому лишь для вида пару раз позвонил ему. Когда в трубке зазвучал механический женский голос, сообщающий, что аппарат выключен, Фу Чэнцзэ притворился рассерженным:
— Этот негодник! Совсем его избаловали! Прошу прощения, уж не обессудьте.
Появится Фу Чэнь на помолвке или нет — было не так уж важно. Чжоу Юаньян и Шэнь Ячжи лишь улыбались, говоря: «Ничего страшного, ничего страшного», ничуть не обижаясь на отсутствие Фу Чэня.
Вэнь Юй тихо сидел, слушая их взаимную лесть, и чувствовал, что находится не на помолвке, а на финале актерского конкурса.
Глава 5. Ты так приятно пахнешь
Завтра в школу. Вэнь Юй не ожидал, что Фу Чэнь учится в Первой школе. Он думал, что Фу Чэнь пойдет в какую-нибудь элитную школу вроде Тринадцатой. Первая школа, конечно, тоже была неплохой, но проходной балл туда был довольно высоким.
К тому же в Первой школе, помимо детей богачей, училось много одаренных учеников, которых школа переманила высокими стипендиями ради статистики поступлений.
Поэтому в школе на самом деле сформировались два лагеря, и каждый предпочитал общаться со «своими».
Вэнь Юй раньше учился в Шестой школе — там большинство составляли ребята из трущоб, да и контингент был так себе.
В свое время Вэнь Юй выбрал Шестую только потому, что его оценки позволяли рассчитывать на освобождение от части платы за обучение.
Шестая школа славилась посредственным преподавательским составом и большим количеством нерадивых учеников.
Выходцам из бедных семей нелегко пробиться в люди: нехватка материальных благ и жизненное давление делают детей из трущоб более склонными опускать руки.
Напротив, в действительно богатых и знатных семьях больше внимания уделяли воспитанию детей. Конечно, подонков-мажоров хватало, но дети из семей с прочным фундаментом редко оказывались пустышками.
Так как завтра начиналась учеба, Вэнь Юй в этот вечер долго не занимался — около десяти часов он лег в постель, готовясь ко сну. Как раз когда он почти заснул, в дверь его комнаты постучали.
— Тук-тук-тук!
Срочный стук разбудил Вэнь Юя. Он встал и открыл дверь — это был Дядя Чэнь.
— Молодому господину снова плохо! — голос Дяди Чэня был полон тревоги. — Врача уже вызвали, но он говорит, что до его приезда вы должны находиться рядом с молодым господином и успокоить его своими феромонами.
Услышав это, Вэнь Юй подошел к дверям спальни Фу Чэня. Даже через закрытую дверь он ощутил запах сильных феромонов Альфы.
Это был запах улуна.
Вэнь Юй был Омегой столько лет, но впервые мог так отчетливо почувствовать феромоны Альфы. В конце концов, низкосортные Омеги почти равны Бетам: они редко вырабатывают феромоны и почти не реагируют на чужие.
Из-за столь высокой совместимости Вэнь Юй почувствовал, как участилось его сердцебиение. Через феромоны он ощущал мучения Фу Чэня, Вэнь Юй нахмурился, чувствуя, как сам начинает страдать вместе с ним.
http://bllate.org/book/30262/3689639
Готово:
