Готовый перевод The Beauty's Pitiable Charm [Quick Transmigration] / Искусство соблазна: как спасти несчастных красавцев: Глава 11

В их прошлых тайных посиделках Цзинь Сичэн не раз принимал Тан Мяня за Юй Цин, воображая, что его давняя любовь, его лучезарный идеал, наконец-то рядом с ним. Поначалу друзья даже пытались проверить это у самой Юй Цин, но, получив от неё нагоняй, перестали верить Цзинь Сичэну.

Факты доказывали: не верили не зря, ведь Юй Цин, словно неприступная вершина, даже не смотрела в сторону такого никчемного альфы, как Цзинь Сичэн.

Только Тан Мянь, неискушенный в делах сердечных и по-детски наивный, попался на удочку Цзинь Сичэна, который очаровал его пустой болтовней и парой проведенных вместе вечеров.

Вспомнив об этом, приятель Цзинь Сичэна насмешливо улыбнулся.

Цзинь Сичэн, заметив это, насупился, толкнул друга локтем в бок и, захмелев, пробормотал: Это была Юй Цин. Ты даже не подумал — если бы это был Тан Мянь, разве мог бы я в такое время выбраться с вами выпить?

Когда он был с Тан Мянем, то, хоть и оставался гулякой, все же из-за внешнего сходства парня с Юй Цин кое-как сдерживался и даже слушал его — например, когда тот просил не пить тайком или не ходить по клубам к сексуальным омегам.

Цзинь Сичэн усмехнулся, снова пихнул приятеля в плечо и с дерзкой искрой в глазах спросил: Как думаешь, через сколько Юй Цин окажется в моей постели?

За три года с Тан Мянем он даже толком не целовался, не говоря уже о чем-то большем, и это до того его извело, что он постоянно искал разрядки на стороне. А теперь, когда появилась новая цель, грех не наверстать упущенное.

Цзинь Сичэн предвкушающе улыбнулся и, вспомнив слова Юй Цин, добавил: Думаю, скоро. Ты не представляешь, как сильно она хочет выйти за меня. Она совсем не похожа на Тан Мяня — она куда страстнее.

Приятель даже не взглянул на него, лишь бросил: Притормози, подстилка.

Цзинь Сичэн только фыркнул, осушил бокал до дна и похлопал друга по растрепанной макушке: Я пошел.

Затем он подозвал официанта, указал на номер столика и привычно бросил: Счет, как обычно, запишите на мое имя. В конце месяца попрошу адъютанта моего брата всё оплатить.

Сказав это, Цзинь Сичэн покрутил в руках ключи от аэрокара и с важным видом вышел из бара.

Теперь он хотел вернуться домой и хорошенько допросить своего дешевого братца, с какой стати тот решил жениться на Тан Мяне. Если все пройдет удачно, уже сегодня вечером он разрушит этот нелепый союз и заставит своего неблагодарного бывшего прочувствовать весь позор поражения.

В это же самое время адъютант Цзинь Яня припарковал аэрокар у входа в Центральный госпиталь Столичной планеты. Заметив двух людей, вышедших из дверей, он нажал на кнопку открытия люка.

Господин генерал-полковник, как успехи?

Цзинь Янь ответил уклончиво: Никаких изменений.

Адъютант молча нахмурился, вспомнив, что в салоне находится омега, и на всякий случай спросил: Как отец господина Тан Мяня?

Тан Мянь вздрогнул, вынырнув из своих мыслей, и отрешенно ответил: Все в порядке.

Затем он перевел взгляд за окно аэрокара. Небо окончательно почернело, и лишь разноцветные огни Столичной планеты прорезали темноту. Посмотрев на них какое-то время, он прислонился головой к стеклу и полуприкрыл глаза.

Несколько часов назад, когда свадебный банкет подошел к концу, он вместе с альфой проводил гостей. Затем альфа предложил заехать в госпиталь, и, поскольку Тан Мяню как раз нужно было внести очередной взнос за лечение отца, он согласился.

Только вот зачем в госпиталь понадобилось самому альфе — оставалось загадкой.

Цзинь Янь полулежал на заднем сиденье, дремлющего. Как альфа, он обладал обостренными чувствами и сразу ощутил на себе взгляд Тан Мяня, но сейчас их отношения были слишком сложными для откровенных бесед, поэтому он притворился, что ничего не заметил, и продолжил отдыхать.

На самом деле, проблема была не такой уж серьезной.

Если говорить просто, Цзинь Янь, будучи пришельцем из другого Малого Мира, был вынужден подчиняться местным законам: у альф здесь случались периоды повышенной уязвимости и возникала острая потребность в омегах.

Но он годами был поглощен работой и никогда не заводил ни личных, ни партнерских отношений с омегами, поэтому спасался лишь аптечными подавителями. Однако его уровень духовной силы был настолько высок, что во всей Федерации насчитывалось лишь около дюжины S-ранговых альф, большинство из которых уже нашли себе подходящих омег для связи, чтобы облегчить симптомы уязвимости и биологические нужды.

И только он один продолжал годами принимать подавители, из-за чего организм выработал к ним резистентность, а эффективность препаратов упала. Пока не изобрели подавители, идеально подходящие для S-ранговых альф, врач настойчиво советовал ему как можно скорее найти подходящего омегу для связи.

При этой мысли Цзинь Янь бросил едва заметный взгляд в сторону Тан Мяня и тут же отвел его.

Нет, еще не время.

Адъютант, следивший за его реакцией в зеркало заднего вида, плотно сжал губы и промолчал.

В салоне вновь воцарилась тишина, и троица, погруженная в собственные думы, вернулась в особняк клана Цзинь.

После того как Цзинь Янь пошел на повышение, Цзинь Сичэн переехал вместе с ним в элитный район Столичной планеты, где располагались виллы богачей. В огромном доме жили лишь двое братьев и дворецкий-бета, отвечавший за быт.

После свадьбы Цзинь Янь пригласил Тан Мяня переехать, прямо заявив, что это нужно для укрепления супружеских чувств, а главное — для создания красивой картинки идеальной пары. Тан Мянь поначалу хотел отказаться, но, вспомнив бесконечный список долгов в своем личном терминале, стиснул зубы и согласился.

Правда, прежде чем дать окончательный ответ, он потребовал от Цзинь Яня строгого соблюдения условий контракта.

Альфа ответил, что это не проблема, и даже слегка удивился, что Тан Мянь вообще на такое способен. Подобное отношение успокоило омегу: в конце концов, он был самым обычным омегой, и если уж ему довелось получить столь высокооплачиваемую работу, то придирчивость нанимателя казалась ему вполне естественной.

Аэрокар завис над лужайкой перед особняком клана Цзинь. Гул двигателей разбудил Цзинь Сичэна, который валялся на полу в гостиной в стельку пьяный. Альфа-гуляка вскочил, шаркая тапками, распахнул входную дверь и заорал: Брат, ты вернулся!

Он редко проявлял такую горячность, если только ему что-то не было нужно.

Цзинь Янь, пребывавший в состоянии глубокой задумчивости, первым ступил на трап и встретился взглядом с Цзинь Сичэном, стоявшим на пороге.

Брат!

Цзинь Сичэн, с детства считавший Цзинь Яня своим дешевым братцем, подобострастно окликнул его. Его пьяный взгляд расфокусировался, но, увидев человека, выходящего из аэрокара следом, он застыл и выкрикнул: Юй Цин?

Его язык опередил мысли: Брат, почему ты с Юй Цин?

Сказав это, Цзинь Сичэн сделал пару шагов вперед, но тут же опомнился: перед ним была не его мечта, не лучезарная Юй Цин, а Тан Мянь — бывший, которого он с таким омерзением выбросил из своей жизни.

http://bllate.org/book/30237/3686285