Чи Синьжань первой зажарила один кусочек, с трудом вытянула руку и положила мясо в тарелку Ши Ваньань, чтобы утешить её печаль из-за того, что они не смогли сесть рядом.
Ши Ваньань тоже положила для Чи Синьжань приготовленное хрустящее мяско со своего края. Попробовав вкусное угощение, приготовленное подругой, она наконец расслабила свои разочарованные брови, и уголки её рта приподнялись в улыбке.
Сун Цинчжоу не то чтобы не заметила их маленьких тайных махинаций, просто сейчас она была абсолютно не в силах смотреть в глаза той извращенке, которая обнимала её одежду, усердно принюхивалась к ней и приговаривала, как же вкусно та пахнет.
Сую Цююэ всё это время тихо сидела, а её палочки и пиала оставались совершенно чистыми.
Чи Синьжань разделила мясо, которое зажарила сама, а затем охнула:
— Сестрица Чжоу Чжоу, мне не хватит на Цююэ, положи-ка ей немного со своей стороны.
Более очевидного повода и придумать было нельзя.
Сун Цинчжоу беспомощно вздохнула, но всё же переложила несколько кусочков в пустую пиалу этой девчонки.
Сую Цююэ смотрела на мясо в пиале так, будто обрела сокровище, и радостно произнесла:
— Спасибо.
Сун Цинчжоу нахмурилась. Тьфу ты, из-за такого её поведения Чи Синьжань легко может не так всё понять и решить, будто она как-то неправильно относится к Сую Цююэ.
Что же касается того, почему она не боялась недопонимания со стороны Ши Ваньань...
Сун Цинчжоу повернула голову и взглянула на Ши Ваньань, которая совершенно не разбиралась в атмосфере за соседним столом и уплетала еду так, что у неё глаза от удовольствия сузились в щёлочки. Сун Цинчжоу тихонько усмехнулась, а затем покачала головой.
Да потому что та была сущим деревянным чурбаном.
Закончив ужин, они вернулись в общежитие как раз перед комендантским часом.
Изначально Чи Синьжань хотела снять номер в отеле на ночь и не спешила возвращаться в комнату, но Сун Цинчжоу по какой-то причине наотрез отказывалась ночевать вне стен кампуса.
Поскольку речь шла о коллективном мероприятии, где во главу угла ставится именно общность, Чи Синьжань увидела её упорство и тоже пошла на уступки.
От древесного угля от одежды исходил стойкий запах, и по возвращении в общежитие все четверо выстроились в очередь в душ.
Сую Цююэ не стремилась оказаться первой: стоило ей только опустить голову на стол, как Чи Синьжань позвала её мыться первой, пообещав, что после душа та сможет сразу лечь в постель и отдохнуть.
Заботливая соседка даже приготовила ей сменную одежду. Сую Цююэ опустила взгляд на приготовленные вещи, немного подумала и выдавила из себя два слова, обращенные к круглолицей девушке:
— Спасибо.
Чи Синьжань удивилась и, махнув рукой, ответила:
— Не забудь.
Точнее, не стоит благодарить.
Когда та скрылась в ванной, Ши Ваньань не удержалась и решила перепроверить у Чи Синьжань:
— Цююэ только что сказала тебе спасибо?
— Ага.
Чи Синьжань прекрасно понимала её возбуждение.
Обычно Сую Цююэ проявляла теплоту лишь по отношению к Сун Цинчжоу, а с остальными держалась холодно — нельзя было сказать, что её отношение было хорошим или плохим, скорее невероятно отчуждённым.
— Есть прогресс, есть прогресс, — с облегчением произнесла Ши Ваньань.
— Вам не стоит быть с ней такими снисходительными всё время, — подала голос Сун Цинчжоу.
— Она же у нас самая младшая в общежитии, поступила в университет экстерном, она даже меня на два года младше! — возразила Чи Синьжань, занимавшая теперь третье место по возрасту в комнате. — Мы обе — старшие сестры, так что, конечно, должны проявлять больше снисходительности.
— Она тебя на два года младше? — удивилась Сун Цинчжоу. Выходило, что разница между ними составляла целых четыре года.
Её удивление озадачило Чи Синьжань и Ши Ваньань.
— Ну да, сестрица Чжоу, вы же с ней подруги детства, неужели ты не знаешь её возраст? — уточнила Ши Ваньань.
— Сестрица Чжоу Чжоу, неужели ты на самом деле до сих пор не знаешь Цююэ? — засомневалась Чи Синьжань.
— Нет, знаю, — опровергла Сун Цинчжоу и в спешке соврала: — Сую Цююэ говорила, что мы с ней ровесницы.
— Наверное, она не хотела, чтобы ты считала её маленькой и незрелой, — предположила Ши Ваньань.
Чи Синьжань всё ещё сомневалась.
Сун Цинчжоу бросила какое-то дежурное «наверное», после чего быстренько нашла повод покинуть комнату.
— Сяо Вань.
— М?
Чи Синьжань сидела на стуле Сун Цинчжоу, подперев подбородок рукой:
— Тебе не кажется, что сестрица Чжоу ведёт себя немного странно?
— В чём именно странно? — переспросила Ши Ваньань и, задумчиво поразмыслив, ответила: — Да вроде нет.
И тут же принялась отговаривать Чи Синьжань:
— Перестань выдумывать всякие глупости, сестрица Чжоу ничем не отличается от обычного себя.
— Ну не считая того, что она вдруг разлюбила ходить на пары, вечно прогуливает занятия, ей плевать на выговоры, она пропускает экзамены, не ходит на подработки и вообще… — Ши Ваньань принялась загибать пальцы. Чем дальше она считала, тем сильнее леденело её сердце, и она шумно втянула воздух: — Что это с сестрицей Чжоу в последнее время?
— Неужели ей отказали в признании в любви, и она теперь совсем пала духом?
Любовь бери, если дают, а не хочешь — оставайся голодной.
— Это вы всё сами себе придумали.
В углу чайной лавки развернулось противостояние один на два.
Главная виновница торжества заявила со всей серьезностью:
— Я признаю, что в последнее время веду себя необычно, но причина вовсе не в этом, и с Сую Цююэ это никак не связано.
Столь категоричные слова не убедили ни Чи Синьжань, ни Ши Ваньань.
Напротив, чем сильнее та открещивалась, тем больше они убеждались, что связь тут есть.
— Сестрица Чжоу, — мягко позвала Ши Ваньань, и в её взгляде читалась искренность. — Если у тебя на душе тяжесть, просто расскажи. Мы с Сяо Жанянь никому не скажем, вдруг мы даже сможем чем-то помочь?
Сун Цинчжоу уже собралась было отказаться, как вдруг в следующую секунду ей что-то пришло в голову. Поколебавшись немного, она произнесла:
— Вообще-то... возможно, мне действительно понадобится ваша помощь.
Глаза Ши Ваньань тут же засияли, и она тотчас же принялась допытываться:
— В чём дело? Говори же, говори!
Сун Цинчжоу замялась, взвешивая, стоит ли рассказывать, и круглолицая девочка, заметив её нерешительность, тут же произнесла:
— Не переживай так, сестрица Чжоу Чжоу! Ты столько раз нам помогала, и у нас наконец-то выдался редкий шанс отплатить тебе тем же.— Тогда я скажу прямо.
— М-м, давай.
Сун Цинчжоу сжала в руке стакан с наполовину выпитым чаем с молоком и прямо спросила:
— Не могли бы вы одолжить мне немного денег?
— Конечно! — без малейших колебаний ответила Ши Ваньань.
Чи Синьжань тут же последовала её примеру:
— Только, сестрица Чжоу-чжоу, что ты затеяла?
Сун Цинчжоу не принадлежала к тем, кто вечно нуждается в деньгах, просто она всегда была довольно бережливой.
— Я купила квартиру.
Это была столь неожиданная новость, что обе девушки одновременно уставились на неё во все глаза.
— А? — изумленно выдохнула Ши Ваньань.
— Прямо сейчас купила? — не менее потрясенно переспросила Чи Синьжань.
Они с Сун Цинчжоу уже давно записали друг друга в подруг, связь с которыми не прервётся до конца дней. После какой-то совместной посиделки, когда они слегка опьянели, Сун Цинчжоу поделилась с ними своими планами на будущее: купить жильё там, где она будет работать, и перестать скитаться.
То, что она купила квартиру, не удивляло — удивляло то, что она сделала это прямо сейчас.
Предвидя их реакцию, Сун Цинчжоу тут же поспешила добавить:
— Да. Несколько дней назад я случайно просматривала сайты по продаже недвижимости и увидела квартиру, которая мне безумно понравилась. Я не захотела упускать этот шанс. К тому же вы обе живёте в этом городе, и я подумала, что тоже останусь здесь и не стану уезжать на работу в другое место.
Ши Ваньань растрогалась, и в её глазах заблестели слёзы:
— Сестрица Чжоу, ты ведь не хочешь с нами расставаться и поэтому решила остаться, да?
Сун Цинчжоу слегка запнулась и с лёгким смущением признала:
— Угу.
— О-о-ой… — Ши Ваньань бросилась к ней и крепко обняла. — Я так и знала, что ты не хочешь с нами расставаться! Как подумаю, что однажды мы не сможем жить вместе, мне становится так тоскливо.
Прозрачные слезинки покатились по щекам вместе с её возбуждённым голосом.
— Ну не плачь ты, — растерянно произнесла Сун Цинчжоу. Она совершенно не умела справляться с внезапными слезами Ши Ваньань. Её рука, занесённая для объятий, на секунду замерла, а затем она обняла девушку в ответ. — Я оставлю в квартире комнаты для вас обеих, мы ещё поживём вместе.
Покупка жилья — дело хорошее, хлопоты идут на пользу. Ши Ваньань сразу же успокоилась и без колебаний перевела Сун Цинчжоу деньги, оставив себе лишь сущие гроши.
Впрочем, сумма была немаленькой: Ши Ваньань была дочкой богатых родителей, и каждый месяц те выдавали ей по пятьдесят тысяч карманных денег.
Необходимая сумма, которую Сун Цинчжоу планировала вложить в дело, оказалась полностью покрыта переводом Ши Ваньань. Чи Синьжань тем не менее тоже настояла на переводе — пусть сумма была небольшой, но в неё входила частичка её души.
Видя, как неумолимо приближается конец света, нужно было ускорять все процессы. Действовать по обычному графику уже не получалось, а цены, разумеется, выросли вдвое.
Сун Цинчжоу уже брала кредит в банке, вот только деньги таяли гораздо быстрее, чем она рассчитывала.
В последние дни все её хлопоты вертелись вокруг денег.
Она уже давно подумывала о том, чтобы занять у Ши Ваньань, но опасалась вызвать у них подозрения, поэтому всё откладывала этот шаг. Теперь же финансовая проблема решилась сама собой, и Сун Цинчжоу лишь досадовала: почему она не заговорила об этом раньше? Обратись она за помощью раньше — деньги поступили бы быстрее, и удалось бы ещё лучше подготовить все запасы.
— Сестрица Чжоу-чжоу, если понадобится ещё какая-то помощь, сразу говори, — на прощание произнесла Чи Синьжань.
— Я поняла, спасибо вам, — ответила Сун Цинчжоу.
— Сестрица Чжоу, вернёшься сегодня вечером? — спросила Ши Ваньань.
— Вернусь, вы тоже не задерживайтесь. На улице небезопасно, гуляет много инфекционных болезней, — наказала Сун Цинчжоу.
— Знаем, мы будем всю дорогу в масках.
— Сестрица Чжоу-чжоу, ты тоже не забывай надевать маску.
— Хорошо, будьте аккуратны по дороге.
— Пока-пока.
Проводив взглядом отъезжающие такси с Чи Синьжань и Ши Ваньань, Сун Цинчжоу тоже поймала машину.
Электромобиль мчался по дороге. Ши Ваньань и Чи Синьжань, привычные к таким поездкам, сидели на заднем сиденье и подводили итоги.
— Сяожань, ты слышала? Сестрица Чжоу сказала, что не хочет с нами расставаться~ — с улыбкой протянула Ши Ваньань.
Когда они только познакомились, Сун Цинчжоу держалась невероятно холодно и почти не ходила с ними обедать. Позже благодаря какому-то стечению обстоятельств они постепенно сблизились, и после этого от неё стало исходить всё больше заботы, но подобные прямые признания из её уст звучали редко.
— Слышала, — Чи Синьжань была не столь возбуждена и многозначительно произнесла: — Только вот о ком именно из нас сестрица Чжоу-чжоу сожалеет больше — тут, знаешь ли, бабушка надвое сказала.
Ши Ваньань на мгновение замерла, немного подумала и внезапно просияла:
— Ты хочешь сказать, что на самом деле сестрица Чжоу больше всего не хочет расставаться с Цююэ!
— Раз уж сестрица Чжоу-чжоу смущается, давай сделаем вид, что всё так, как она сказала.
— Знаю-знаю, я ничего не скажу Цююэ.
Вбежав в общеежитие прямо перед самым закрытием дверей, все трое получили по выговору от вахтёра.
Болтая и смеясь, они дошли до своей комнаты и толкнули дверь.
В глаза бросился полумрак: единственным источником света был лунный свет, лившийся из окошка над балконной дверью.
Разве Су Цююэ не было в комнате?
Щёлк.
Внезапно вспыхнул белый свет, прогнав теснившуюся по углам темноту.
Кровать, на которой обычно лежала эта «гусеница», пустовала.
Су Цююэ действительно не было в общежитии.
Брови Сун Цинчжоу мгновенно нахмурились, а сердце кольнуло странное, неуловимое даже для неё самой предчувствие беды.
Чи Синьжань сориентировалась первой:
— Я загляну в туалет.
Спустя мгновение она вернулась с виноватым видом:
— Ни в туалете, ни в ванной никого нет.
http://bllate.org/book/30079/3664943
Готово:
