Чжан Цзюньтоу привел Линь Жоюнь к режиссеру и замолвил за нее словечко.
Режиссер и без того ценил Линь Жоюнь: эта девочка была совершенно лишена высокомерия, свойственного другим омегам, и он видел, сколь упорна она и как талантлива.
На съемочной площадке она трудилась усерднее всех и никогда никому не доставляла хлопот.
Поэтому Чжан Цзюньтоу не пришлось долго уговаривать режиссера — тот сразу согласился оставить Жоюнь и даже выделил ей роль с несколькими репликами.
Линь Жоюнь отыскала ступеньку в уголке за пределами съемочной площадки, села, прижала к груди сценарий и принялась со всем усердием вникать в суть.
Пусть реплик было всего ничего, она не смела относиться к делу спустя рукава.
Неважно, что слов мало — Линь Жоюнь просто обожала играть, воплощать на экране самых разных людей, проживать их радости, печали, встречи и расставания.
У входа вдруг поднялся шум, и множество людей подобострастно бросились навстречу. По одному этому зрелищу стало понятно: появилась исполнительница главной роли, Чжань Цин.
Чжань Цин с первого же взгляда заметила Линь Жоюнь в углу, надменно приблизилась и насмешливо бросила: Ой, да кого я вижу, неужто сама принципиальная мисс Линь.
Линь Жоюнь не желала раздувать скандал и предпочла отмолчаться.
Однако ее уступчивость Чжань Цин истолковала как презрение, и ее лицо вмиг помрачнело еще сильнее.
Атмосфера на площадке в одно мгновение застыла, воцарилась такая тишина, что было слышно, как работают приборы.
Режиссер мысленно посочувствовал Линь Жоюнь: такой редкий природный дар, а угораздило же ее разозлить Чжань Цин — теперь, пожалуй, даже каскадером вместо нее никто работать не осмелится.
В условиях давления со стороны капитала режиссеру тоже приходилось прогибаться ради куска хлеба. Он махнул рукой и подозвал Чжан Цзюньтоу.
Чжан Цзюньтоу, какого черта ты ее привел? Разве я не говорил тебе, что больше в моих картинах Линь Жоюнь сниматься не будет?
Чжан Цзюньтоу виновато улыбнулся, скосил глаза на Линь Жоюнь в углу, затем перевел взгляд обратно на разъяренную Чжань Цин — и в тот же миг все понял.
Простите, режиссер. — Чжан Цзюньтоу согнулся почти на девяносто градусов и, с досадой глядя на Линь Жоюнь, потащил ее за собой: — Я сейчас же ее уведу.
Погодите! — Чжань Цин неожиданно развернулась и с зловещей улыбкой пододвинулась к Линь Жоюнь: — Пусть останется подыгрывать мне.
Изменив своему обыкновению, Чжань Цин вдруг решила оставить девушку. Режиссер и Чжан Цзюньтоу обменялись взглядами, мысленно переживая за Линь Жоюнь.
И точно: стоило им начать совместную сцену, как Чжань Цин принялась всячески придираться к Линь Жоюнь.
То она заявляла, что у той игра поверхностная и эмоций не хватает, то утверждала, что та путает реплики, мешая ей войти в образ.
А когда придраться стало и вовсе не к чему, Чжань Цин просто и нагло устраивала истерику. В общем, была ли виновата Жоюнь или нет, дубль все равно приходилось переснимать.
После трех часов изнурительной возни на лицах всех сотрудников съемочной группы читалось откровенное раздражение.
Режиссер в очередной раз поднял рупор: Сцена тридцать девятая, дубль первый, фильм Судьба мечты, экшн!
По сюжету служанка, которую играла Линь Жоюнь, по неосторожности уронила в воду нефритовое украшение, не расстававшаяся с ним хозяйка, а испугавшись гнева госпожи, прыгнула в реку на поиски.
Линь Жоюнь уже была готова: в этой сцене ей предстояло почти целиком оказаться в воде.
В ноябре в Тяньхай уже стояла глубокая осень. В искусственном бассейне, использовавшемся для съемок, вода поначалу еще сохраняла тепло, но из-за того, что Чжань Цин намеренно путала реплики и затягивала время, заставляя переснимать дубль за дублем, вода давно уже остыла.
Линь Жоюнь провела в воде совсем немного времени, но уже продрогла до костей. Когда она выбралась наружу, налетел холодный ветер, от которого у нее заныли колени.
В следующей сцене Линь Жоюнь должна была вернуть нефритовую подвеску хозяйке. Она произнесла свои реплики, обращаясь к Чжань Цин, и справилась с мимикой и движениями безупречно — даже легкое подрагивание ресниц отлично передавало страх и чувство вины, охватившие служанку в тот момент.
Однако Чжань Цин осталась крайне недовольна. Стоя за спиной режиссера и вглядываясь в монитор, она проговорила вкрадчивым голоском: Режиссер Чжан... мне кажется, тот жест с поправлением волос можно было сыграть лучше. Давайте переснимем этот дубль.
Режиссер отчаянно завыл про себя, но на лице его застыла вежливая улыбка: Сестра Цин, вы сыграли просто великолепно, давайте на этом закончим. Иначе из-за срыва графика мне придется оправдываться перед инвесторами.
Но Чжань Цин и не думала сдаваться. Она уже собиралась закатить скандал, как вдруг помощница шепнула ей на ухо: Сестра Цин, в следующей сцене по сюжету нужно дать служанке пощечину.
Чжань Цин тут же загадочно улыбнулась: Меняем костюмы, готовимся к следующей сцене.
***
Гуань Инхань одиноко сидела под карнизом киностудии. Налетал легкий ночной ветер, трепля ее черные, слегка завитые пряди и обнажая изящный, холодный профиль.
Она тихо опустила голову и разжала ладонь — от фруктовых леденцов, что дала ей Жоюнь, осталась всего одна конфетка.
Она развернула фантик, положила апельсиновый леденец в рот и не отрывая глаз смотрела в сторону съемочной группы.
Жоюнь обещала, что, как только она доест конфеты, приедет и заберет ее домой.
Но она ведь уже съела все леденцы, почему же Жоюнь до сих пор не появилась?
Они воссоединились всего несколько дней назад, и реальность происходящего казалась призрачной, словно во сне: казалось, в следующее мгновение она снова все потеряет.
Четыре часа разлуки с Жоюнь казались Гуань Инхань пренделом того, что она способна вынести.
Ей хотелось увидеть Жоюнь, пусть даже издалека, хоть одним глазом взглянуть на нее.
Пока она думала об этом, ноги Гуань Инхань сами, помимо ее воли, понесли ее к съемочной площадке.
Навстречу ей шли несколько массовщиков из числа тех, что перебивались случайными заработками. Какая-то начинающая актрисулька в розовом костюме служанки отчитывала партнера, одетого слугой.
Эта Чжань Цин просто невыносима! Пользуется тем, что за ее спиной стоят инвесторы, никого ни во что не ставит и заставляет всю толпу страдать из-за ее капризов.
И то верно! — заладил в ответ актер-слуга. — Она просто завидует Линь Жоюнь — тому, что та и играет лучше, и красивее нее, вот и цепляется к ней.
В глазах служанки мелькнула тревога: Линь Жоюнь сейчас приходится хуже всего. Мало того, что та нарочно пакостила ей, заставляя три часа сидеть в ледяной воде, так теперь она еще и под предлогом съемок лупит ее по щекам. Я видела, как Чжань Цин ударила ее в этот раз — без всяких там трюков, по-настоящему...
Этот разговор долетал до Гуань Инхань, не упуская ни единого слова.
Она так сильно сжала пальцы, что в ладони заболело от резких, глубоких уколов.
Раньше у нее не было сил защитить Жоюнь, но теперь в ее руках сосредоточена вся Корпорация Жунхай, она стоит на вершине власти — и если кто-то посмеет обидеть Жоюнь, она заставит этого человека заплатить втройне.
http://bllate.org/book/30024/3657341
Готово:
