Говоря об этом, нельзя не вспомнить случай, произошедший с ним полмесяца назад на улице, когда он столкнулся с Му Циюй.
Тогда Му Фэнчуань на глазах у всех сорвал коварные замыслы Му Циюй и, сохраняя невозмутимый вид, заявил, что уже стал бойцом седьмого ранга.
В Городе Му боец седьмого ранга не был такой уж редкостью, но если прибавить к этому шестнадцатилетний возраст, то мощь такого заявления возрастала многократно.
Если в Городе Му и существовал тот самый сын маминой подруги, то в тот день Му Фэнчуань стал всеобщим сыном маминой подруги — стоило в какой-либо семье завестись детям, как родители тут же норовили сделать из него пример для подражания, возлагая на него все свои надежды на благополучие чада.
Не говоря уже о том, что эта история затронула множество побочных линий: и исчезновение Му Фэнъюня, и набор учеников в Зал Наследия Милосердия, и подстроенную Му Циюй ложь о мести за отца, и то, как Му Идэ вершил правосудие, возвращая людям доброе имя. Всё это было настолько драматично и легендарно, что напоминало театральное представление, обеспечив обывателей Города Му богатой пищей для сплетен.
С чьей-то легкой руки — неизвестно, сколько людей приложило к этому руку, — история об угнетенном одиноком юноше, который дни и ночи напролет упорно тренировался, сносил унижения и в конце концов добился великого успеха, прогремела на весь город.
А Му Циюй в один миг превратился во второго молодого господина-злодея, который, опираясь на связи Зала Боевых Искусств, творил бесчинства и притеснял слабых.
Ирония судьбы заключалась в том, что у прежнего владельца тела, хотя и не было близких друзей, репутация изгоя была незаслуженной — он просто никого не ставил ни во что!
Му Фэнчуань был готов отдать что угодно, лишь бы у него было на два уха меньше.
Слышать историю о самом себе в качестве главного героя, да еще и в совершенно безумной редакции — ощущения, надо сказать, поистине непередаваемые.
Чтобы избежать этой шумихи, последние дни он сидел дома и почти не выходил на улицу. Вот и сегодня он отправился на главную улицу лишь по делу — осмотреть торговые караваны.
Кто бы мог подумать: он наивно полагал, что буря улеглась, а люди всё еще воспринимали его как эталон и следили за каждым его шагом.
Знал бы заранее — лучше бы договорился с торговцами и помог им перевозить груз.
Му Фэнчуань не знал, смеяться ему или плакать.
К счастью, его затворничество в предыдущие дни принесло плоды: теперь внимание жителей Города Му сместилось с разглядывания гигантской панды на созерцание милой енотовидной собаки. Хотя полностью игнорировать его еще не могли, по крайней мере, пыл толпы значительно угас.
Заставив себя не обращать внимания на редкие любопытные взгляды, Му Фэнчуань зашагал по длинной улице, уставленной импровизированными лотками.
Настоящие крупные товары торговые караваны обычно обсуждали напрямую со старейшинами города, а на продажу выставляли всякую диковинку или то, что лучше подходило для розницы.
Например, в лавке по правую руку от него лежало всего несколько вещиц с весьма диковинными свойствами: тут тебе и драгоценные бусины, которые днем впитывали солнце, а ночью излучали свет, и железные подставки для быстрого разведения костра. Всё это до боли напоминало технологические продукты из его прошлой жизни — принципы работы, конечно, отличались, но назначение было тем же.
Правда, стоили такие товары баснословно дорого и до доступности и дешевизни из прошлой жизни им было далеко. Му Фэнчуань мог лишь поглазеть на них, не имея возможности тратить на это ограниченные средства.
Торговых караванов в Городе Му останавливалось немного. Походив вокруг и расспросив тут и там, Му Фэнчуань вскоре выяснил происхождение этих людей.
Чтобы осмелиться путешествовать по миру, глава торгового каравана должен быть как минимум Врожденным бойцом. Большинство караванов прибыло с Восточного Континента, а вот местных торговцев с Северного Континента оказалось совсем мало. Говорили, что торговля на Северном Континенте развита слабо, а условия суровы, поэтому местные караваны обычно закупали здесь материалы и увозили их на продажу на Восточный Континент.
Восточный Континент вызывал у Му Фэнчуаня жгучее любопытство.
— Чему тут удивляться? Всё примерно так же, как на Северном Континенте. Вот только культиваторов там полно, и выживать куда тяжелее, — бросил Му Фэнчуаню крупный, крепкого телосложения мужчина с Северного Континента, примкнувший к каравану.
Му Фэнчуань моргнул и спросил:
— Разве культиваторы станут чинить вам препятствия?
Мужчина презрительно скривил губы:
— С какой стати им опускаться до чинения препятствий нам? Они на нас и вовсе не смотрят.
— Кхе-кхе!
Из-за спины послышался кашель, и к ним приблизился невысокий, сухой и жилистый мужчина в облегающем дорожном костюме.
Взгляд Му Фэнчуаня на мгновение сосредоточился: до того как этот человек подал голос, он абсолютно не ощущал чьего-либо приближения. Более того, даже когда незнакомец встал прямо перед ним, Му Фэнчуань лишь смутно уловил слабое колебание ци. Присмотревшись внимательнее, он заметил, что те два шага, которые тот сделал с виду совершенно непринужденно, были совершены без единой бреши в защите.
Зренавшийся с ним здоровяк смущенно скривился и, потупив взор, произнес:
— У Лаода.
Мужчина, которого назвали У Лаода, властным взмахом руки отпустил знак. Метнув гневный взгляд на здоровяка, он отчитал его:
— Я же говорил: язык твой — враг твой. Перестань трепать языком о тех людях.
Здоровяк с согнутой спиной торопливо закивал:
— Есть-есть!
Один высокий, другой низкий — картина должна была выглядеть комичной, но под влиянием ауры У Лаода происходящее воспринималось как само собой разумеющееся.
Му Фэнчуань с серьезным выражением лица смотрел на этого У Лаода.
В Городе Му Врожденным бойцом был только городской глава, однако среди прибывших на днях торговцев каждый предводитель обладал силой, не уступающей силе главы города. Неудивительно, что Му Идэ предупреждал об опасностях за пределами стен.
В тот день, когда он совместно с Му Идэ разобрался с Му Циюй, назавтра старейшина сам заглянул к нему в гости, чтобы поведать об обстановке за пределами Города Му.
Только тогда Му Фэнчуань узнал, что желающих отправиться в странствия из Города Му всегда хватало, но вот возвращались единицы. Со временем уходящих становилось всё меньше, а те, кому удавалось принести хоть какие-то вести, уходили недалеко.
Тогда Му Идэ для виду дежурно предостерег юношу, но получив отказ, больше ничего не стал навязывать. Бросив напоследок фразу о том, что в тесном гнезде фениксу не тесно, а в мелкой воде дракону не спрятаться, он оставил ему три тысячи лянов серебра в качестве окончательного расчета за дело Му Фэнъюня.
Состояние Му Фэнчуаня легко удвоилось, но на душе от этого легче не стало.
Ему предстояло уйти, однако туманное будущее не сулило ничего хорошего. Сможет ли даже боец седьмого ранга обезопасить себя в большом мире?
У Лаода прогнал подчиненного и повернулся к Му Фэнчуаню.
Му Фэнчуань опомнился, пришел в себя, сложил руки в приветственном жестя и произнес:
— Это я лишнего спросил, прошу прощения.
К его удивлению, суровый со своими подчиненными У Лаода при встрече с Му Фэнчуанем доброжелательно улыбнулся.
Тот покачал головой и ответил:
— Ты тут ни при чем. Я вечно твержу им: меньше болтай, больше делай, да только мало кто из них держит это в голове.
Му Фэнчуань неловко улыбнулся. Будучи в прошлом офисным работником, он никак не мог подобрать подходящих слов для поддержки этого разговора.
У Лаода словно разгадал его мысли и, покачав головой, произнес:
— Братец, неужели тебе кажется, что я слишком суров с ними?
Му Фэнчуань торопливо замахал руками:
— Нет-нет, раз это ваши подчиненные, вам ими и командовать.
Хотя запрещать людям даже говорить действительно казалось перебором.
У Лаода хмыкнул и усмехнулся:
— Не побоюсь сказать тебе: мы на Северном Континенте, культиваторы здесь редки, и даже если кто сболтнет лишнего, есть шанс вовремя опомниться. А вернись мы на Восточный Континент, где в любой момент мимо может пролетать культиватор... за те слова, что он только что ляпнул, я бы и сам не смог добиться для него справедливости, если бы его прибили на месте, а наоборот, похвалил бы убийцу за дело. После этого ты всё еще считаешь, что я наказываю его несправедливо?
Му Фэнчуань шумно втянул воздух.
Он предполагал, что внешний мир полон опасностей, но никак не ожидал, что до такой степени. Неужели культиваторы могут творить всё, что пожелают?
В этот момент его взгляд на У Лаода значительно изменился. Если тот не лгал, то перед ним был вовсе не бессердечный босс, а отличный начальник, пекущийся о безопасности своих людей.
Но зачем ему вообще перед ним распинаться?
Подумав об этом, Му Фэнчуань так и спросил — он пока не считал, что обладает всеобщим обожанием.
Услышав это, У Лаода запрокинул голову и рассмеялся:
— Наверное, хочешь отправиться странствовать? Я повидал немало таких юнцов, как ты. Знаю, что отговаривать бесполезно, но, может, пара лишних слов кому-то и жизнь спасет.
К тому же, глядя на то, как ты молод и уже достиг седьмого ранга... если улыбнется удача и ты взмоешь в небеса, возможно, еще придет время, когда помощь потребуется мне самому. Научить тебя сейчас — всё равно что завязать добрую кармическую связь.
— Но вы же Врожденный боец, — приподняв бровь, напомнил Му Фэнчуань.
— Врожденный! — с горькой злостью выплюнул У Лаода. Казалось, сила, которой завидовали окружающие, не приносила ему ни малейшей радости.
Он холодно усмехнулся и горько проговорил:
— Когда ты выберешься наружу и увидишь внешний мир, то поймешь, чего стоит эта Врожденная стадия. Это всего лишь отправная точка для других. Они способны идти дальше, а я зашел в тупик.
Бросив взгляд на Му Фэнчуаня, он продолжил, и в его глазах блеснули слезы:
— Если бы можно было поменяться с тобой местами, я бы без раздумий отдал это Врожденное состояние!
В сердце Му Фэнчуаня шевельнулось удивление.
Однако, не зная всех обстоятельств, он не смел утешать человека наугад, опасаясь задеть не за ту струну и лишь сильнее разозлить собеседника.
Хотя, судя по всему, этот У Лаода был настроен к нему весьма дружелюбно.
Вспомнив о своем намерении покинуть Город Му в составе какого-нибудь торгового каравана, Му Фэнчуань мысленно встрепенулся. Судя по тому, как этот человек обращался с подчиненными, он вполне мог подойти на роль попутчика.
Му Фэнчуань не стал прямо заявлять о желании присоединиться к ним и уйти вместе, а лишь выразил любопытство к устройству торговых караванов и попросил разрешения походить и посмотреть на то, как работают их люди.
У Лаода проявил себя ровно таким же дружелюбным, каким показал себя с самого начала: он с легкостью согласился и даже вызвался лично проводить Му Фэнчуаня к их постоялому двору.
Оказавшись в Городе Му, караваны обычно целиком арендовали какой-нибудь внутренний двор, а если людей в отряде было немного, то жилплощадь даже оставалась полупустой.
Караван У Лаода считался средним по величине и насчитывал около тридцати человек. Арендованный ими двор был достаточно просторным, чтобы все кое-как уместились, вот только вьючные звери во дворе выглядели на редкость раздраженными, явно выражая недовольство условиями содержания.
Обойдя двор кругом, Му Фэнчуань не заметил ничего особенного.
Однако, судя по его наблюдениям, авторитет У Лаода среди подчиненных был чрезвычайно высок, что подтверждало: он действительно хорошо относился к своим людям, а не просто давил на них силой.
Приняв окончательное решение, Му Фэнчуань вернулся в главный зал и уже собирался заявить У Лаода о своем желании присоединиться, как вдруг в помещение вбежал один из членов каравана, обливаясь потом.
— У Лаода! В резиденции городского главы говорят, что возникли проблемы с какой-то сделкой, вам нужно лично во всем разобраться!
У Лаода на мгновение замер, а затем обратился к Му Фэнчуаню:
— У меня тут неотложные дела. Осматривайся как следует, а если приглянется что-нибудь, скажи моим людям — тебе сделают скидку в десять процентов. Будем считать это знаком дружбы с братцем.
С этими словами он спешно перешагнул порог и вместе с тем человеком скрылся из виду.
Му Фэнчуань, у которого рука уже была занесена для приветствия, беспомощно опустил ее.
Он было хотел уйти, но побоялся, что к его возвращению караван уже снимется с места. Торговые караваны не имели фиксированного времени стоянки — распродав большую часть товаров, они тут же отправлялись в путь, не задерживаясь подолгу на одном месте.
Только что во время осмотра он заметил, что повозки У Лаода уже были забиты местными диковинками Города Му, а это означало, что сделки с городом подходили к концу и караван мог отбыть в любой момент.
Что ж, придется немного подождать, в конце концов, хозяин должен вернуться.
Оставшись в главном зале, Му Фэнчуань от нечего делать принялся разглядывать обстановку, хотя смотреть было особо не на что — в конце концов, дома в Городе Му все выглядели примерно одинаково.
Выйдя на площадку, где содержались вьючные звери, он осторожно приблизился к одному из них и уже протянул руку, как вдруг его уши уловили доносившиеся издалека приглушенные голоса.
Подслушивать нехорошо, а быть пойманным за этим занятием — и вовсе сущий позор. Му Фэнчуань уже собирался демонстративно кашлянуть, чтобы привлечь к себе внимание, но, разобрав первые же долетевшие до него слова, вмиг переменился в лице, застыв со строгим и напряженным выражением.
http://bllate.org/book/29962/3647854
Готово:
