Маммочки, почему же я вернулся так быстро!
Он перевел взгляд на сереброволосого юношу, который до сих пор бранился и беспорядочно творил заклинания внутри барьера.
Его уголки губ слегка приподнялись.
Увидев эту улыбку, Дунфан Сюнь почувствовал, как у него затылок покрывается мурашками — у него неизменно возникало дурное предчувствие.
Он запустил в сторону Сун Сяньюня несколько ледяных клинков и выругался:
— Чего лыбишься, а? Смешно тебе?!
Сун Сяньюнь продолжал улыбаться, а затем, сжав в руке артефакт телепортации, шагнул внутрь.
Дунфан Сюнь широко раскрыл глаза, и его прекрасные персиковые глаза отразили крайнее неверие.
Он взревел:
— Сун Сяньюнь, ты сожрал что ли не то?!
Несколько ледяных клинков, которые должны были обрушиться на барьер, в этот момент вонзились прямо в живот Сун Сяньюню.
Звук входящих в плоть лезвий прозвучал удивительно отчетливо в мгновенно стихнувшей тишине.
Острая боль пронзила тело — ранение от наполненной силой магии разительно отличалось от всего остального, это было куда больнее сломанной ноги.
Сун Сяньюню опустился на колени, прижав руки к животу и наблюдая, как из-под него ручейками сочится алая кровь. Его красные верхние одежды упали на землю, идеально сливаясь с кровавыми оттенками, и теперь он напоминал цветок мака, лепестки которого сотканы из крови, медленно и неотвратимо распускающийся.
Дунфан Сюнь был потрясен поступком Сун Сяньюня.
Неужели... неужели ради достоинства и чести тот был готов даже расстаться с жизнью?
Сун Сяньюнь разжал пальцы, позволяя артефакту телепортации покатиться обратно к ногам Дунфан Сюня, и жалобно произнес:
— Большое спасибо.
Дунфан Сюнь уже было собрался восхититься принципиальностью Сун Сяньюня, чья гордость не позволяла стерпеть унижение, как вдруг створки дверей распахнулись.
Затем он увидел своего дико крутого старшего брата.
Лицо Дунфан Вэньтяня, и без того пылавшее гневом, при виде этой картины замерло на несколько секунд.
Следом он рассеял барьер и уставился на изнеможенного Сун Сяньюня, распростертого на земле.
Его взгляд скользнул к артефакту телепортации, застывшему у ног Дунфан Сюня.
В одно мгновение ему стало абсолютно всё понятно, и он взревел в ярости:
— Дунфан Сюнь, что ты творишь?!
Стоило Дунфан Вэньтяню разгневаться, как мощнейшее давление обрушилось на комнату. Дунфан Сюня прижало к полу, заставив опуститься на одно колено, и изо рта у него хлынула кровь.
В тот же миг Дунфан Сюнь сообразил, что именно означал недавний трюк Сун Сяньюня.
Его снова, в который раз, провели!
Он поднял голову и, глядя на Дунфан Вэньтяня, который как раз применял заклинание, чтобы остановить кровотечение у Сун Сяньюня, принялся оправдываться:
— Старший брат, да этот подлец просто сеет раздор! Он нарочно...
— Ах! Тьфу... — Дунфан Сюнь не успел договорить, как мощный поток магической ци, посланный Дунфан Вэньтянем, отбросил его к стене.
Дунфан Вэньтянь даже не удостоился взглянуть на него и холодно бросил:
— Хочешь сказать, он нарочно заставил тебя убить его?
Ты вообще понимаешь, какой смертельной опасности подвергаются твои ледяные клинки для заклинателя, лишенного духовной силы? Или я и впрямь слишком потворствовал тебе, позволив свободно входить и выходить из моих покоев и калечить моих людей?
Дунфан Сюнь отказывался верить, что ради какого-то постороннего человека Дунфан Вэньтянь поднимет на него руку, и взвизгнул:
— Старший брат, неужели ты веришь какому-то чужаку, а не родному брату?!
Уже теряющий сознание Сун Сяньюнь протянул руку, ухватил Дунфан Вэньтяня за отворот халата и, прерывисто подливая масла в огонь, пробормотал:
— Он замышлял... против меня... дурное... я не согласился... и тогда он, тогда он...
Не договорив и слова, он окончательно потерял сознание.
Самой последней мыслью в голове проваливающегося в темноту Сун Сяньюня было то, что он, слава богам, хотя бы временно сберег свою пятую точку.
Дунфан Сюня едва не разорвало от злости. Бросив свирепый взгляд на лежащего на руках брата Сун Сяньюня, он перевел глаза на старшего и выдавил:
— Старший брат, не слушай его брехню!
Дунфан Вэньтянь и без того кипел от ярости после недавней выходки Хэ Сюаньнаня, а тут, едва появившись, застал собственного младшего брата за столь жестокой расправой над его людьми — это переполнило чашу его терпения.
Подхватив на руки потерявшего сознание Сун Сяньюня, он бросил напоследок Дунфан Сюню:
— Проведешь полмесяца в заточении, без моего приказа носа не высовывай.
И запомни, Дунфан Сюнь: я прекрасно знаю обо всех твоих попытках соперничать со мной во всем. Но с этим человеком — никаких игр. Заруби это на носу, иначе пеняй на себя, моя рука не дрогнет.
С этими словами он удалился, оставив тяжело раненого Дунфан Сюня одного.
Тот никак не ожидал, что он, славный второй принц Мира демонов, так глупо попавется в искусно расставленную ловушку какого-то мальчишки из секты Шаньфань.
Сун Сяньюнь, да будь ты на краю света, наш принц всё равно выследит тебя и вернет, чтобы поквитаться за сегодняшний позор!
Сун Сяньюнь, пребывавший в это время в беспамятстве, понятия не имел, что ненависть Дунфан Сюня к нему достигла критической точки.
Во Дворец демонов один за другим непрерывным потоком доставляли целебные травы и снадобья.
Тело Сун Сяньюня, получившее столь тяжелые увечья — от которых в современном мире пришлось бы восстанавливаться по меньшей мере несколько месяцев, — стараниями Дунфан Вэньтяня и его бесчисленных редких сокровищ было приведено в чувство гораздо раньше.
Когда он очнулся, ужасные раны на животе уже затянулись рубцами.
Хотя выглядело это все еще жутковато, такой адской боли уже не было.
Вдобавок ко всему, он ощутил, как всё его тело переполняет мощь.
Совсем как в книгах описывают избыток духовной силы — то самое ощущение предельного насыщения перед прорывом.
И правда, после великой беды неизменно приходит великое благо.
В комнате не было ни души.
Сун Сяньюнь попытался мысленно воззвать:
— Скорей, исполняй приказ, меч, ко мне!
Длинный меч, до сих пор торчавший в полу спальни Владыки демонов, со свистом влетел в комнату и опустился прямо в ладонь Сун Сяньюню.
В прошлый раз, во время побега, ему было не до того, чтобы как следует разглядеть оружие прежнего владельца, но теперь он мог насладиться зрелищем в полной мере.
Меч прежнего хозяина походил на него самого: сиял ослепительным блеском, словно благородный нефрит.
Сам клинок был безупречно белоснежного оттенка, гладкий и приятный на ощупь, а от рукояти до самого кончика по обеим сторонам тянулась тонкая алая нить.
Снаружи послышались шаги, и Сун Сяньюнь мгновенно спрятал меч.
Он послушно принял смирный вид.
Увидев, что Сун Сяньюнь сидит на кровати тихо и смирно, без криков и истерик, Дунфан Вэньтянь удивленно приподнял бровь:
— Смо-ка, ты больше не рвешься сбежать?
Сун Сяньюнь невинно развел руками:
— Разве мои прежние попытки сбежать не окончились провалом?
Затем он поинтересовался:
— Сколько же я был без сознания?
— Ровно три сутка. Остался всего час до назначенного времени обмена на Чудесную кисть, порождающую цветы. Должен признать, твой расчет оказался безупречным.
Сун Сяньюнь слегка кивнул:
— Что вы, пустяки.
Дунфан Вэньтянь опустился за столик, взмахнув рукавом, сам налил себе чаю, а его густые черные брови слегка сошлись на переносице.
— Хвалю твой хитрый план: ты и отношения между братьями расстроил, и ночную повинность благополучно избежал.
http://bllate.org/book/29884/3638055
Готово:
