У Цюэ сделал пару вдохов из баллончика, его состояние немного улучшилось. Ухватившись за руку Ван Фэя, он покачнулся, поднимаясь на ноги, и еще несколько раз кашлянул.
Он покачал головой:
— Всё в порядке, не нужно.
Красивый омега хотел сказать что-то еще, но увидел, что только что применивший силу смазливый альфа отряхивает одежду от грязи. На лице альфы запечатлелось раздражение, впрочем, вмиг сменившееся поджатыми тонкими губами, а выражение лица вернулось к обычному.
— У Цюэ, — подал голос Ян Шиань, которому У Цюэ строго-настрого запретил приближаться. На столе все еще шел разговор по телефону, у которого был отключен Bluetooth. — Я помогу тебе.
Тан Цзысинь только что закончил звонок в полицию и объяснился с мамой Ван Фэя. Посмотрев на телефон, где все еще продолжался вызов, он поднял взгляд на замерших друг напротив друга двоих и решил пока оставаться на своем месте — разберется, если возникнет еще какая-нибудь чрезвычайная ситуация.
У Цюэ запрокинул голову и медленно выдохнул:
— ...Тебе не нужно мне помогать.
Отец Ван Фэя подметал осколки бутылок. С расположившимися на полу альфами он церемониться не стал и каждый раз, проходя мимо, пинал их:
— Дорогу загородили, подвиньтесь.
Подавленные феромонами и страдающие от головокружения альфы с трудом поднялись. Посетителей в шашлычной становилось все больше; несколько неравнодушных местных жителей даже забыли про собственную еду — каждого буяна надежно прижали к земле, не забывая при этом отчитывать:
— Мать вашу, и правда напились и всю свою гнилую сущность наружу вывалили!
— У вас дома омег нет, что ли? Законов не знаете? Говорю вам, сегодня вы нарвались на крепких орешков...
……
У Цюэ сомневался.
В голове все еще роились слова вчерашнего врача: феромоны Ян Шианя способны унять симптомы его аллергии, а их совместимость явно не из низких.
Если позволить ему приблизиться, а феромоны снова смешаются, что, если у него самого начнется дикая течка?
Последствия все равно придется расхлебывать самому.
Ян Шиань ничего не ответил и сделал несколько шагов в обход У Цюэ.
Стоило этому комфортному, заставляющему забыть обо всем винному аромату проникнуть в нос, как У Цюэ вздрогнул и, словно отвечая на раздражитель, попятился на два шага назад.
— Ничего больше не случится, — Ян Шиань не прекращал источать успокаивающие феромоны, выпуская их крошечными струйками, которые смешивались с прохладной мятой. — Обещаю.
Мятные феромоны сопротивлялись несколько секунд, но затем оба аромата успешно слились воедино. У Цюэ, едва не лишившись сил, завалился набок в сторону Ван Фэя и судорожно за что-то ухватился.
Он изо всех сил прижался к бете, велел Ван Фэю снять верхнюю одежду, снова сел на свое место и набросил куртку друга прямо себе на голову.
Его железа еще никогда не чувствовала себя так легко и комфортно, а во всем теле появилась невесомость.
Казалось, аллергия исчезла, а период течки смягчился.
Вопли Чэнь Хуна то приближались, то отдалялись. В затуманенном сознании У Цюэ продолжал прятаться под курткой, даже съежившись еще сильнее.
Спустя какое-то время он издал тихий смешок, полный самоиронии, и его голос прозвучал леденяще:
— Ты со всеми омегами так сюсюкаешься?
Ян Шиань протянул руку, взял телефон и с удивлением обнаружил, что старшая сестра прослушала всё от начала до конца. Он позвал:
— Сестра.
Тан Цзысинь ответила обычным тоном:
— Закончили? Ничего страшного, не обращай на меня внимания, продолжайте.
Ян Шиань сохранял невозмутимость:
— Всё в порядке, не забудь потом заглянуть в участок и вытащить меня.
В трубке на несколько секунд повисла тишина. Воспользовавшись этим, Ян Шиань бросил взгляд на окруженного толпой У Цюэ, но приближаться не стал.
В следующее мгновение он услышал изменившийся голос Ян Шицзин:
— Секунду назад еще шашлыки ели, а в следующую — уже в кутузке?
Не дождавшись ответа от брата, ожидавшего отклика Ян Шицзин услышала, как Ян Шиань произнес:
— Нет. Только с тобой так поступал.
Глава 7. Больница
У Цюэ:
— ...
У Цюэ продолжал лежать лицом вниз, ему было лень открывать рот — такими словами разбрасываться каждый горазд, поверит только дурак.
— ...Только что говорил, что тебе неинтересно, — в гибком разуме Ян Шицзин зрел затык, в ней закипало раздражение. — А сам тут же подкатываешь к омеге? Куда подевалось твое мне неинтересно?
Ян Шиань отодвинул телефон на пару сантиметров и невозмутимо парировал:
— Раньше мне было некогда интересоваться.
Ян Шицзин:
— ...Жди, еду вытаскивать тебя из участка.
Даже в участке правда была на их стороне, и в помощи Ян Шицзин они не нуждались. Камеры видеонаблюдения идеально запечатлели весь процесс от начала и до конца, так что тем альфам придется провести за решеткой несколько суток.
Ребята из группы закончили давать показания и ожидали У Цюэ на скамейке у входа.
Стоило У Цюэ закончить с бумагами, как женщина-полицейский в звании бесты увела его в комнату для допросов.
— А ты, омега, оказывается, неплохо дерешься, — женщина-полицейский извлекла аптечку. Запах роз от феромонов был настолько едким, что даже она, будучи бетой, чувствовала жжение, что уж говорить о сидевшем перед ней омеге.
Она достала специальный медицинский нейтрализатор запахов. При распылении он пах спиртом, но отлично справлялся с уничтожением остаточных феромонов альфы.
Она сделала несколько пшиков на потерявшего ориентацию омегу. Его блуждающий взгляд заставил ее нахмуриться, она похлопала его по плечу и протянула полотенце:
— Эй, парень? Молодой человек, ты держишься? Если тебе плохо, я прямо сейчас позову врача.
Пот катился градом по щекам У Цюэ, запутавшись в прядях волос. Крепко зажмурившись, он взял полотенце, кое-как вытерся и кивнул:
— Нормально.
— Чуть что — говори мне, не нужно геройствовать, ладно? — женщина-полицейский повидала немало конфликтов между альфами и омегами, но омег с такой силой воли ей встречалось раз-два ичеллендж.
Она всё же сочла нужным добавить еще пару предостережений.
— У вас есть пластыри-супрессоры? — пальцы У Цюэ, сжимавшие полотенце, мелко дрожали. Он сдерживал подступающую тошноту, а голос его осип.
— Есть, — женщина-полицейский снова нырнула в аптечку и протянула пластырь.
У Цюэ взял его так крепко, что кончики пальцев побелели.
Чутко заметив, что у омеги совсем нет сил, женщина предложила:
— Если хочешь, я могу помочь тебе сменить пластырь.
У Цюэ был без очков, лишь спустя пару секунд заторможенности он тяжело кивнул:
— Спасибо.
Женщина-полицейский с пластырем в руках зашла ему за спину. Этот хмурый омега сжав губы приподнял волосы, прикрывавшие шею, и кончики рыжих прядей качнулись в такт движению. Чокер закрывал старый пластырь, и женщина предупредила:
— Я сначала сниму вот это с твоей шеи.
— Хорошо, — хрипло отозвался У Цюэ.
На полицейском пластыре красовались милые мультяшные цветочки. Женщина аккуратно отлепила омежий пластырь, и в лицо ей пахнуло слабым ароматом трав.
Свежесть мяты с легкой ноткой сладости.
Этот омега все еще находился в периоде течки.
Уловив этот сладковатый аромат, женщина-полицейский слегка удивилась. Быстро приметив явный румянец на шейке У Цюэ, она оперативно наклеила новый пластырь и поспешно застегнула чокер.
В тот самый момент, когда пластырь был заменен, в помещении остался лишь крошечный шлейф только что вырвавшегося наружу аромата, который через несколько секунд окончательно растворился.
Женщина-полицейский перевела дыхание и заметила:
— Глядя на то, как ловко ты дрался, ни за что бы не подумала, что ты в периоде течки.
— У Цюэ в порядке? — спросил Ян Шиань, сидя на лавке и наблюдая за тремя ребятами, чье душевное состояние наконец пришло в норму.
— Не знаю, — Ван Фэй почесал затылок. — Но я почуял его мятный запах, ему, наверное, капец как хреново, обычно от него вообще ничем не пахнет.
Едва он договорил, как троица почувствовала, что свет слегка загородили. Подняв головы, они услышали, как Ян Шиань позвал:
— Сестра.
Ян Шицзин была одета в сшитый на заказ черный костюм. Четкий крой подчеркивал ее высокую, стройную фигуру, длинные волнистые волосы падали на одно плечо. Холодная и эффектная внешность, элегантные и невозмутимые манеры — чертами лица и взглядом она была вылитый Ян Шиань.
Она подняла подбородок, и хотя ее лицо не казалось чересчур суровым, от нее исходила аура, которую было невозможно игнорировать.
— Поели шашлыков — и сразу в кутузку? — проронила она с легкой усмешкой, приоткрыв алые губы.
Чэнь Хуны забились в угол, прильнув друг к другу, а Ван Фэй остался стоять посредине, не зная, то ли сделать шаг вперед, то ли назад.
Подобное давление чужой властной ауры сверху вниз он ощущал в последний раз, когда в школьные годы его застукал за нарушением дисциплины завуч.
Появилось то самое чувство вины.
— Ага, — Ян Шиань ни капли не смутился давления сестры и легко кивнул.
— И заставил меня вытаскивать тебя? — Ян Шицзин изогнула бровь, и ее взгляд стал еще острее.
Чэнь Хун шлепнул Ван Фэя по протянутой руке:
— Ты чего лезешь, я с Эр Го держусь!
Ван Фэй мысленно взвыл:
— Да я тоже боюсь! Ощущение такое, будто притащил чужого младшего брата погулять, а мы влипли в полицию! Вы ведь тоже боитесь, ну добавьте меня к себе, мы же лучшие друзья!
Подал голос Тан Цзысинь:
— Бойся не бойся, а мужчинам и женщинам не положено тесно сближаться.
Товарищи по команде ни капельки не утешили, и Ван Фэй отчаянно затоптался на месте:
— Когда ты мою еду отжимал, я что-то не припоминаю правил про не положено сближаться!
Тан Цзысинь бросил на него взгляд:
— Заткнись.
— Теперь уже не нужно, — Ян Шиань перекинул ногу на ногу, уголки его губ приподнялись, обнажив намек на ямочки. — Это они накосячили.
— Пойдем со мной, — бросила Ян Шицзин и зашагала прочь.
Ян Шиань последовал за ней.
— А где омега? — остановившись, Ян Шицзин нахмурилась и понизила голос: — Я же не то чтобы не расслышала, что у тебя там происходит. Ты мог справиться сам, но вдруг увязался за мной — неужели просто захотел познакомить меня с этим омегой? И где он?
— Нет, — отверг обвинение Ян Шиань. — Мы из одной группы, он просто тяжело переносит альф. Ситуация была сложная, я лишь помогал ему.
— Ого, мало того что после возвращения на родину заделался музыкантом, так еще и разыгрываешь сценку любви с первого взгляда? Ну, старайся тогда изо всех сил.
Ян Шицзин скрестила руки на груди, на ее лице не дрогнул ни один мускул, и весь ее вид говорил о том, что она отпускает шпильки.
Слегка подразнив брата, она увидела, как дверь комнаты для допросов отворилась и из нее вслед за женщиной-полицейским вышел молодой парень. На долю секунды в глубине ее глаз промелькнуло какое-то незнакомое выражение.
Ян Шиань ничего не ответил, а она и не настаивала. Спустя пару секунд, тяжело вздохнув, она мягко произнесла:
— Организуешь ты группу или преследуешь омегу — твое дело. Главное, не застрянь в прошлом.
— С чего бы мне застревать в прошлом? — улыбнулся Ян Шиань. — Позвал тебя просто соскучился, да и предупредить хотел. В ближайшее время домой не вернусь, у меня есть квартира вне дома, соскучишься — пиши.
— Ладно, развлекайся сам. — Ян Шицзин бросила мимолетный взгляд на того омегу, уловив в его ауре какую-то смутно знакомую нотку, и махнула рукой. — У компании еще дела, не буду с тобой болтать.
— Угу.
— Мы впервые собрались вместе, да еще и загремели в участок.
Разобравшись со всем, ребята шли рядышком. Стоило Ван Фэю прекратить двигаться и замолчать, как он сразу превращался в холодного и стильного паренька — его ежик из выкрашенных в желтый цвет волос вмиг приобретал суровый вид. Но стоило ему сделать хоть одно движение, как из него снова фонтаном бил неизлечимый идиотизм.
http://bllate.org/book/29815/3628077
Готово:
