Проведя пальцем по экрану, Со в диалоговом окне Со Чжунчуня обнаружил длинную вереницу голосовых сообщений, при расшифровке которых текст превратился в бессвязную кашу.
Сяо Вэнь, завтра в полдвенадцатого дня, в том самом Маньфулоу на северной окраине, тебя будут ждать старшие из семьи Лу. Придешь — покажи себя с лучшей стороны, пообедай с молодым господином. Если это дело выгорит, у нашей семьи появится надежда!
Сообщений было слишком много, и Со Вэнь лишь бегло просмотрел их, легко стукнув кончиком пальца по экрану в ответ напечатал: «Угу».
Сообщение улетело, и вместе с ним, казалось, ускользнуло с кончика пальца то назойливое раздражение на сердце — словно испарились следы воды, не оставив и капли.
Не успел он убрать телефон, как Со Вэнь почувствовал неладное. Медленно подняв глаза, он встретился взглядом с глубоким взором мужчины, сидевшего рядом.
Похоже, вид ковыряющегося в телефоне Со Вэня отвлек его: застывшая на лице мужчины улыбка полностью исчезла. Привычная острота в уголках глаз и бровей обнажилась без малейшего притворства — холодноватая, но чертовски привлекательная.
Сама собой ресторанная подсветка словно стала ярче; Со Вэнь слегка опешил, и от этого сердце пропустило удар.
— Кто это? — возвращенная на место улыбка была безупречна. Мужчина разглядывал Со Вэня, однако интерес его не шел дальше поверхности.
— Я...
Едва голос Со Вэня сорвался с губ, как его оборвала резкая трель рингтона. Мужчина извлек из внутреннего кармана пиджака телефон:
— Прошу прощения, отвечу на звонок.
Прижав динамик к уху, он понизил голос до предела:
— Говори.
Из трубки донесся едва слышный шепот. Мужчина слегка нахмурил брови, улыбка на его лице растаяла до тончайшей дымки, лишь изредка он ронял короткое: «Угу».
Наконец он спросил:
— Где?
Ответ из телефона предназначался лишь для слуха мужчины:
— Маньфулоу.
— Понял. Передай им, я буду вовремя.
Сбросив вызов, телефон небрежно бросили на стол. Стоило ему снова поднять глаза, как улыбка вернулась на свое место — теплая, словно только что растаявшая весенняя вода:
— Простите, дела рабочие.
— Кто этот молодой человек? — мужчина снова перевел взгляд на Со Вэня, изображая вежливое любопытство.
— Мой друг, Со Вэнь, — отрекомендовал Линь Чжии, после чего тут же настороженно добавил: — Только не вздумай на него покушаться. Те твои родственнички способны ободрать его до нитки.
Лишь в этот момент взгляд Лу Цзиньаня впервые по-настоящему упал на Со Вэня. От слегка поджатых кончиков пальцев до белой полоски шеи, выглядывающей из воротника рубашки, и вплоть до замерших за очками чересчур чистых глаз.
Непонятно почему... показалось знакомым.
Тенденция покачивающихся на ветру древесных крон в сумерках и смутная фигура у стены на мгновение промелькнули в памяти, а затем вновь расплылись.
Он протянул Со Вэню руку:
— Лу Цзиньань.
— Он правда не годится! — всполошился Линь Чжии. — Он готов клюнуть на удочку и пойти в кавалеры к какому-нибудь зеку! Разве с таким безвольным и наивным характером можно играть роль твоего притворного жениха?
— Настолько... — тихо пробормотал Лу Цзиньань, — легковерный?
Сухая ладонь сомкнулась на пальцах Со Вэня, он чуть подался вперед, обволакивая слова медовой мягкостью:
— Господин Со, не желаете подработать?
От автора.
Место действия этой главы: Маньфулоу.
Со Вэнь: Сначала выберите для меня самое главное, мне срочно нужно заняться любовными делами.
Глава 4. За дорого нанятого бойфренда надо бы хоть проверить на качество
На улице стояла жара. Стоило выйти из ледяного кондиционированного ресторана, как все поры на теле мгновенно затянуло душной пеленой.
Свернув за угол, Со Вэнь позволил Линь Чжии затащить себя в узкий переулок рядом с рестораном.
— Ты и впрямь собрался подыгрывать Лу Цзиньаню? — в персиковых глазах Линь Чжии промелькнула капля редкой искренности. — Ты вообще знаешь, кто такой Лу Цзиньань? Знаешь, зачем ему понадобилось притворяться геем? Знаешь, что все его домочадцы — сплошное зверье да хищники?
Глядя на Линь Чжии, Со Вэнь подумал, что в гневе тот тоже чертовски хорош собой: вся его расслабленная небрежность исчезла, и он стал похож на ярко цветущий куст, внезапно выпустивший тонкие шипы — уколы не то чтобы болезненные, но оставляющие легкий, щекочущий зуд прямо в сердце.
Не особенно задумываясь, он ответил в тон Линь Чжии:
— Не знаю.
— Не зная броду, полез подписывать контракт? — Линь Чжии покосился на зажатый в кулаке Со Вэня смартфон, где хранился только что оформленный электронный документ. Он легко вздохнул и выудил из кармана пятисотенную купюру: — Не говори, что я тебя не предупреждал — подработка та еще пакостная, а этот улыбчивый тигр Лу Цзиньань — фрукт крайне скользкий.
Смяв бумажные банкноты, он протянул их Со Вэню:
— Бери, а то у меня на душе скребут кошки, не по себе от чувства вины.
Со Вэнь взял деньги, машинально свернул их в трубочку и сунул в карман брюк:
— Если господин Линь и впрямь боится остаться должником, не отдать ли мне половину только что полученных комиссионных?
Выражение лица Линь Чжии мгновенно застыло, будто он никак не ожидал от Со Вэня такой прыти.
Десять минут назад, в ресторане.
Кончик электронного пера уже занесся над экраном, как вдруг Линь Чжии протянул руку и перехватил Со Вэня за запястье:
— Серьезно намерен подписать?
Со Вэнь повернулся к Лу Цзиньаню. Мужчина слегка сутулился, и хотя воротник его рубашки был безупречно накрахмален, это почему-то выдавало беспомощность солидного, но оказавшегося в тупике человека. Голос его звучал очень тихо:
— Мне действительно нужна твоя помощь.
Взгляд Со Вэня на мгновение задержался на точеных чертах его лица, прошелся по цепляющим его углам и только после этого спокойно выдохнул — кончик пера твердо опустился на поверхность.
— Двести тысяч, — внезапно сменив тон, Линь Чжии поднял глаза на Лу Цзиньаня, не скрывая расчетливого блеска в глазах. — Генеральный директор Лу, Сяо Со познакомился со мной через меня же, и раз уж он теперь подписывает с вами контракт, забрать комиссионные с моей стороны вполне справедливо, верно?
— Двести тысяч? — напускная беспомощность с лица Лу Цзиньаня испарилась без следа. Он выпрямился, откинувшись на спинку стула, и впервые поднес к губам чашку чая. Лицо оставалось приветливым, но голос повеячил холодом: — А у генерального директора Линь счета всегда ведутся излишне резво.
Линь Чжии ни капли не смутился:
— Мы с Сяо Со друзья, а слово друга имеет наибольший вес. Кто знает, в какой момент он решит передумать?
Помолчав пару секунд и снова взглянув на Линь Чжии, Лу Цзиньань заметил, как смягчившийся было изгиб уголков его глаз окончательно распрямился. Он провел пальцем по экрану:
— Все тот же старый счет?
— Именно, — охотно отозвался Линь Чжии.
Знойный ветер в узком переулке изнурял, и Линь Чжии расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
— Винишь меня за то, что продал тебя? — в его голосе прозвучало наигранное обиженное недоумение. — Я же пытался тебя остановить, ты сам уперся насчет подписания контракта с Лу Цзиньанем. Грех отказываться от денег, которые сами плывут в руки, правда ведь?
В переулке мелькнула дикая кошка, и взгляд Со Вэня проследовал за ней, рассеянно бросив:
— Угу.
Линь Чжии цыкнул языком. Переведя взгляд с кошки обратно на Со Вэня, он вдруг усмехнулся:
— Сяо Со, теперь-то я тебя раскусил. На вид ты такой тихий и податливый, словно любой может крутить тобой как хочет. На деле же ты вовсе не бессловесная груша, просто до ужаса беспечный. — Он внезапно подался вперед, произнеся чуть задумчиво: — Или... тебе попросту плевать, и лень утруждать себя лишними мыслями?
Теплое дыхание вперемешку с духотой обдало лицо, а взгляд Со Вэня застрял на подрагивающих ресницах собеседника; в голове снова словно все заволокло туманом, и из только что сказанных слов он не расслышал ни звука.
— Что? — тихо переспросил он.
Линь Чжии едва не взбесился от такого вида, вытащил телефон и яростно затыкал пальцем по экрану:
— Максимум переведу тебе двадцать тысяч. Запомни хорошенько: старший братец преподает тебе сегодня урок — у капиталистов сердца всегда чернее сажи.
Выйдя из переулка, они увидели уже ожидавшую машину Линь Чжии.
Со Вэнь все еще помнил лежавшую на оконном стекле руку, окутанную сизым дымком сигареты, источающую ледяную отчужденность к посторонним, но при этом непостижимым образом притягивающую взгляд к сильным линиям запястья.
Когда Линь Чжии сел внутрь, машина сорвалась с места. При разъезде мужчина за рулем бросил мимолетный боковой взгляд. Брови и глаза, как и ожидалось, были острыми, с опасной ноткой норовистой свирепости, но в метнувшемся в его сторону взгляде таилось нечто неопределенное — пожалуй, даже оттенок жалости к чужой участи.
В то же самое время сидевший на пассажирском сиденье Линь Чжии выудил из щели между креслами опавший листок.
Потерев его подушечками пальцев, он заставил листочек закружиться.
Медленно подняв глаза, он капризно вздернул подбородок в сторону водительского места:
— В машине валяются листья, никакой чистоты. Вычитаю из зарплаты.
Нажав на газ, мужчина на водительском месте глухо выругался:
— Твою...
Со Вэнь отыскал укромное местечко, вытащил из туфель картонные стельки и, обувшись, притопнул ногами — ступни немилосердно ломило и жгло.
Добравшись до ближайшей остановки, он замер под палящим солнцем у дорожного знака.
Одинокий железный столб, увенчанный квадратной табличкой, отбрасывал на землю лишь узкую трапециевидную тень.
Тени хватало ровно на то, чтобы спрятать от солнца голову Со Вэня; на все остальное ниже шеи рассчитывать не приходилось, оставалось лишь терпеть, как знойная волна облепляет кожу.
Внезапно повеяло ветерком, и бесшумно скользнувший черный «Майбах» плавно затормозил прямо перед ним.
Окно задней двери медленно поползло вниз, являя миру точеные чертуры лица Лу Цзиньаня.
Сперва на нем не было и следа улыбки, но затем уголки губ дрогнули — правда, предназначалось это вовсе не Со Вэню.
Лу Цзиньань приветствовал стоявшую неподалеку женщину:
— Жарко сегодня, матушка.
Пожилая женщина с корзинкой для овощей бросила косой взгляд на прохлаждающегося в роскошной машине Лу Цзиньаня, презрительно закатила глаза и отвернулась.
Лу Цзиньань хмыкнул и перевел взгляд на Со Вэня. Растворились без следа и малейший намек на беспомощность, и таившаяся в ресторане надежда — теперь на него смотрели с откровенным, не прикрытым ничем оцениванием с головы до ног.
Медлительный взгляд сделал полный круг по фигуре Со Вэня.
— Поделили награбленное? — Лу Цзиньань, примостив локоть на дверце, подался вперед, разглядывая жарящегося под солнцем в пределах своей трапециевидной тени Со Вэня.
Без улыбки Лу Цзиньань выглядел зловеще и не сулил ничего хорошего, однако этот пробирающий до костей холодный взгляд снова полоснул по сердцу Со Вэня, странным образом задевая за живое.
Со Вэнь все еще завороженно пялился на его лицо и мыслительно не успевал за ходом беседы, брякнув первое, что пришло на ум:
— Какое еще награбленное?
Мужчина в салоне наконец усмехнулся, но смех этот сочился ядом:
— А актерская игра ничего, ловко прикидываешься дурачком. — Глаза его сузились: — Те самые двести тысяч.
— А, — озарило Со Вэня, и его щеки под тенью трапециевидного навеса слегка порозовели. — Поделили.
Лу Цзиньань презрительно фыркнул:
— Похоже, вы с Линь Чжии одного поля ягоды. — Откинувшись на спинку сиденья и возвращаясь в прежнее положение, он сухо приказал: — Садись в машину.
Со Вэнь чуть отступил назад и вежливо помахал рукой:
— Не стоит утруждать себя, я подожду автобус.
http://bllate.org/book/29650/3607598
Готово:
