Тан Цзянь всё ещё был погружён в шок от услышанного только что треска. Ему казалось, что на поприще кулинарии он зашёл в тупик, словно рыба, сваренная в железном котелке, — ни всплеска, ни движения.
После ужина, перед выходом, Тан Цзянь наказал Старому Тану:
— Завтра до больницы и обратно езжайте на такси. Как закончите, дайте знать.
Едва он положил руку на дверную ручку, как снизу снова донеслись крики ссоры. Тан Цзянь обернулся к Старому Тану:
— Когда у них там всё стихнет, ложись спать пораньше, нужно набраться сил перед больницей.
— Хорошо, как только у них закончат, сразу лягу, — улыбнувшись, ответил Старый Тан.
Проходя мимо нижнего этажа, Тан Цзянь невольно прислушался: опять скандалили из-за ребёнка. Старуха и мужчина хотели отдать девочку в чужие руки, а женщина была против. Тан Цзянь не понимал: если они её не любят, зачем вообще рожали?
Вечером Тан Цзянь получил щедрые чаевые за один заказ. Клиент из-за внезапных дел попросил его проводить друга до квартиры. Тан Цзянь не счёл это обременительным и согласился, но не ожидал, что после выполнения заказа клиент расщедрится на сто восемьдесят восемь юаней.
Когда было уже за одиннадцать, Тан Цзянь зашёл в лапшичную неподалёку от ночного рынка. В заведении были только муж и жена: один варил лапшу, второй встречал гостей.
Тан Цзянь иногда баловал себя едой, если получал крупные чаевые. В этом месте порции были большими, а цены — доступными, даже в маленькой миске мяса оказывалось много. Хозяин уже запомнил его в лицо и иногда перебрасывался парой фраз.
Видимо, люди, выпивавшие поблизости, ещё не разошлись, поэтому в лапшичной было немноголюдно. Когда Тан Цзянь вошёл, хозяин сидел, уткнувшись в телефон, но, увидев посетителя, сразу поздоровался:
— Мастер Тан, давно не заходили!
Тан Цзянь улыбнулся:
— В последнее время много заказов по вечерам. Сделайте, пожалуйста, маленькую порцию, побольше кинзы, хозяин.
Когда он уже ел, в кармане звякнул телефон. Тан Цзянь достал его и взглянул: это Лю Сяоюй просила завтра с утра не завтракать — она принесёт всем рисовые колобки. Она спросила, можно ли ему с тунцом, на что Тан Цзянь ответил, что ест всё.
На следующее утро, добравшись до магазина, Лю Сяоюй открыла свою большую сумку и начала раздавать колобки. Внутри было много тунца, зёрна кукурузы, салатная заправка и ещё какие-то хрустящие, очень ароматные мелкие кусочки. Тан Цзянь не разобрал, что это, но колобок показался ему невероятно вкусным.
Чэнь Панпан, держа колобок обеими руками, спросил:
— Сяо Цзянь, вкусные? Мама Сяоюй их просто божественно готовит! Я обожаю эти жареные мясные и хлебные крошки внутри.
Дело раскрыто: это были жареные мясные и хлебные крошки.
Тан Цзянь, который было подумывал, не повторить ли рецепт дома — ведь консервированный тунец не требует особой приправы — тут же отбросил эту мысль. Кулинария, требующая этапа жарки, была ему не под силу.
— Очень вкусно, а эти хрустящие кусочки просто прелесть, — подтвердил Тан Цзянь.
Ближе к полудню в магазин пришёл Вэнь Сюй. Юй Лили как раз обсуждала с остальными, что заказать на обед. Увидев босса, она спросила:
— Босс, вы обедали? Если нет, заказать вам вместе с нами?
— Заказывайте там, где считаете нужным, возьмите и на меня порцию, — ответил Вэнь Сюй.
— Договорились! Кстати, босс, почему вы в последнее время не приводите Тантан поиграть? Мы все по ней соскучились.
Тан Цзянь навострил уши.
— Отдал её в детский сад. В пятницу сделаю ей спа, а потом приведу к вам на пару часов.
Ван Юэ удивлённо воскликнула:
— Босс, разве Тантан может ходить в детский сад?!
— Я видела в интернете, что там учат считать, она ходит на такие занятия?
— Она научилась только скулить и выпрашивать вкусняшки, считать она не умеет, — ответил Вэнь Сюй.
Неужели дети подонков — какие-то особенные люди? Почему они так удивлены, что она ходит в сад, да ещё и не умеет считать? Как же это жалко, а её отец всё ещё занят тем, что ищет ей новую мачеху.
Вэнь Сюй боковым зрением наблюдал за Тан Цзянем. Видя, что тот нахмурился и о чём-то задумался, он спросил:
— Сяо… Цзянь, ну как, ты освоился? — он чуть было не назвал его Жёлтым Хохолком.
Тан Цзянь посмотрел на подонка:
— Всё в порядке, босс.
В итоге все решили заказать холодную лапшу и лепёшки с мясом. Ли Нань наказала Юй Лили не класть в лапшу чеснок, иначе после обеда всех клиентов распугают. Юй Лили, боясь, что еды не хватит, заказала побольше лепёшек, но Тан Цзянь всё равно съел две штуки и целую порцию лапши.
Чэнь Панпан посмотрел на фигуру Тан Цзяня, которая, казалось, вот-вот рассыплется костями, а потом перевёл взгляд на собственный живот. Он не понимал, что не так с его организмом: почему он толстеет на два килограмма, съев всего один? Коэффициент возврата в два раза превышает коэффициент вложений!
Если бы такое происходило с деньгами, это радовало бы, но когда дело касалось жира, Чэнь Панпан никак не мог обрадоваться…
После обеда в магазин привезли новый товар. Ребята переносили его на склад. Чэнь Панпан споткнулся и с грохотом упал, а ящик приземлился прямо на ногу Тан Цзяню.
Все тут же бросили свои коробки и подбежали. Ли Нань спросила:
— Сяо Цзянь, ногу сильно ушиб? Сними ботинок, посмотри, всё ли в порядке. — Она обернулась к Чэнь Панпану: — А ты куда упал, не ушибся?
Лю Сяоюй помогла Чэнь Панпану подняться:
— Панпан приземлился на филейную часть, кожа толстая, ничего ему не будет.
Сама ты филейная часть!
Чэнь Панпан, держась за ушибленное место, попросил Тан Цзяня всё же разуться и проверить ногу — ящик был тяжёлым, он боялся, что нанёс парню травму.
Тан Цзянь пошевелил стопой. Она немного ныла. Он снял носок — нога чуть покраснела и припухла, но кости, к счастью, были целы, ничего серьёзного.
Ли Нань успокоилась и проводила Тан Цзяня в кабинет Вэнь Сюя. Босс, выглянув из-за монитора, спросил, что случилось.
— Панпан не удержал равновесие, ящик упал Сяо Цзяню на ногу. Немного опухло. Помню, у вас был юньнань байяо, когда Лили подвернула ногу на лестнице.
Вэнь Сюй открыл ящик стола и действительно нашёл спрей. Он велел Тан Цзяню сесть на диван. Вэнь Сюй протянул руку, обхватил щиколотку Тан Цзяня и приподнял ногу. Опухоль была не такой уж страшной, но из-за того, что кожа у Тан Цзяня была невероятно бледной, красное пятно бросалось в глаза — словно роза на белом листе бумаги, контраст был слишком резким.
Вэнь Сюй почувствовал, что его воображение разыгралось, и поспешно положил ногу Тан Цзяня на журнальный столик, чувствуя себя неловко и потирая нос.
Процесс занял от силы секунд десять. Пока Тан Цзянь, опешив, соображал, что произошло, Вэнь Сюй уже открывал крышку флакона.
— Босс… вы… только что трогали мою ногу… — пробормотал Тан Цзянь, а потом услышал вопрос:
— Что такое? Ноги трогать нельзя?
— Не… не в этом дело… вы не помыли руки и потрогали себя за лицо…
Вэнь Сюй на мгновение замер, а потом рассмеялся:
— Ничего страшного… я тобой не побрезгую.
Пш-ш-ш.
— Всё готово. Держи лекарство, не забудь побрызгать вечером. А после обеда посиди на кассе, не утруждай себя.
Ли Нань, оглядываясь по сторонам, чувствовала, что происходит что-то странное. Вэнь Сюй вёл себя непривычно… но она не могла понять, в чём именно дело.
Когда рабочий день подошёл к концу, Лю Сяоюй помогла Тан Цзяню подать его небольшую холщовую сумку. Она заметила на ней крошечную игрушку-собачку, которая выглядела очень мило.
— Сяо Цзянь, какой у тебя брелок классный!
Тан Цзянь взял сумку:
— Сам сделал. Если нравится, могу и тебе сделать, этот уже немного потрепался.
Лю Сяоюй в изумлении уставилась на него:
— Боже мой! Ты и это умеешь? Ты такой красавчик, и при этом сам шьёшь кукол?
Тан Цзянь за эти дни уже привык к манере общения Лю Сяоюй: о чём бы они ни говорили, она всегда сводила всё к тому, что раз он такой красавчик, то как он может уметь (или не уметь) делать что-то определённое.
Юй Лили и Ван Юэ, услышав это, тоже посмотрели на брелок и захотели себе такой же, но постеснялись попросить.
После того как магазин закрыли, все отправились по домам. Тан Цзянь направился к своему маленькому электроскутеру. Вдруг у обочины посигналила машина. Тан Цзянь обернулся — это была та самая машина, на которой он пару раз ездил.
Вэнь Сюй вышел из автомобиля и направился к нему:
— Грузи скутер в машину, подвезу тебя.
— А? Нет-нет, не нужно, нога болит не так сильно, на скутере вполне можно ехать, — Тан Цзянь замахал руками.
— Садись. Это производственная травма, если по дороге что-то случится, я несу ответственность. — Вэнь Сюй сам подхватил скутер и потащил его к машине. У Тан Цзяня не было выбора, пришлось подчиниться.
— Где живёшь? — спросил Вэнь Сюй.
— Возле перекрёстка Пэнлай-роуд и Чанцин-роуд.
— Ясно, пристегнись.
Дорога прошла в молчании. Когда они встали на светофоре, у Вэнь Сюя пиликнул телефон — Лю Чан прислал короткое видео: его сын Тантан бежал за Цюцю, обнюхивая его зад. Маленький негодник, и не брезгует же.
Обычно он не задерживался в магазине так поздно, но сегодня остался, только чтобы отвезти Тан Цзяня домой, и попросил Лю Чана забрать Тантан к себе вместе с Цюцю. Вэнь Сюй на самом деле испытывал любопытство к Тан Цзяню, но тот всё время смотрел в окно, явно не желая общаться, поэтому все подготовленные вопросы так и остались невысказанными.
Ближе к нужному месту Вэнь Сюй спросил, куда ехать дальше.
— Высадите меня на дороге, босс, там дальше узко, развернуться будет сложно.
— У меня отличные навыки вождения, говори, куда поворачивать.
Тан Цзянь:
— …Дальше направо.
Машина остановилась у дома Тан Цзяня. Едва они вышли, как из дома донеслись крики и рыдания. Вэнь Сюй помог выгрузить электроскутер, Тан Цзянь поблагодарил его.
— Куда ты дел Чжаоди?! Если сейчас же не скажешь, я заявляю в полицию! Если она вам не нужна, она нужна мне!
Летом окна были открыты, и вопли женщины в тихом переулке звучали особенно пронзительно. Тан Цзянь застыл, на его лице не осталось даже дежурной улыбки.
Вэнь Сюй хотел спросить, что происходит, но, увидев мертвенно-бледное лицо Тан Цзяня, побоялся, что скандалят его родные, и промолчал. Перед тем как уехать, он всё же не удержался и добавил:
— Ты сегодня… отдохни. Вечером не ходи никуда, нога ведь всё ещё опухшая.
— Хорошо, спасибо, босс. — Тан Цзянь развернулся и ушёл в подъезд.
Вэнь Сюй сел в машину, открыл бардачок, достал сигарету и закурил. Он смотрел на лестницу: этаж за этажом медленно зажигался свет, пока не дошёл до пятого. Значит, ссорились не в его квартире. Но почему же тогда Тан Цзянь так резко изменился в лице?
http://bllate.org/book/29621/3603517
Готово:
