Глава 5. Безымянная высокая температура
— Брат, вы ругаетесь? — У Фэй закутался в пуховик, шлепая тапочками, прибежал в прихожую.
— Нет. — С лицом чернее тучи Шао Юньфань поджал губы, с трудом подавляя желание врезать кому-нибудь, резко повернулся и снова сел.
Когда У Фэй умылся, те двое в комнате по-прежнему сидели молча. Он перевел взгляд с одного на другого, сидевших на разных диванах, покрутил глазами и устроился рядом с Ло Чжэнем:
— Брат Ло Чжэнь, ты так круто дрался, где ты этому научился?
— Я служил в спецвойсках в Америке какое-то время.
— В спецвойсках? — Не только У Фэй, но и сидевший напротив Шао Юньфань широко раскрыл глаза.
— «Зеленые береты»? — Вообразив этого парня в военной форме и с каштановым беретом на голове, оба невольно посмотрели на него с завистью.
Ло Чжэнь лишь слегка усмехнулся синхронно замершим парням и ничего не ответил.
— Ушел в отставку в таком возрасте? — озадаченно спросил У Фэй. Вчера Шао Юньфань говорил, что Ло Чжэнь старше него на четыре года, значит, ему двадцать три?
— По ранению, — Ло Чжэнь указал на свой правый глаз. — Чуть совсем не ослеп. Больше не могу быть снайпером.
Лицо У Фэя выражало крайнее удивление, он пробормотал:
— Какая жалость…
За окном день сменялся ночами, и последний лучик света упал на лицо Ло Чжэня, золотистым напылением осыпавшись на его надбровные дуги и переносицу. Ло Чжэнь слегка прищурился и беззаботно улыбнулся.
Шао Юньфань нахмурился, глядя на него. Почему-то на душе у него скребли кошки. Он приоткрыл рот, но в итоге лишь с озасадованным видом сдвинул брови и ничего не сказал.
В комнате снова воцарилась тишина.
— Давайте поговорим о чем-нибудь приятном, что мы будем есть сегодня вечером? — У Фэй перевел взгляд с Ло Чжэня на Шао Юньфаня и потянулся к пакету с едой на журнальном столике: стоит всем поесть, как настроение сразу улучшится.
Шоколадные драже, жевательный мармелад, шоколад с молочной начинкой, палочки со вкусом креветок, жареная рыба, мясные снеки, роллы из нори, фисташки… У Фэй перебирал пакет по очереди, и его глаза от предвкушения превратились в узкие полумесяцы — всё, что выбрал Шао Юньфань, было его любимыми снеками. Разумеется, У Фэй никогда не задумывался о том, есть ли на свете хоть что-то, что он не любит.
В конце концов он выудил два пакета хлеба, два рисовых шарика, один сэндвич и банку тушенки. Шао Юньфань, доставая из другого пакета соки и молоко, напомнил ему:
— Отнеси немного сестре Джуди и Ка Ка за стенку, заодно посмотри, как там брат Шэнь и Сяо Чжан.
У Фэй скривил губы, засунул палочки с креветками и жареную рыбу под матрас Ло Чжэня и, подхватив пакет, направился к выходу.
Ло Чжэнь: ………………
На вопиющую попытку У Фэя припрятать припасы Шао Юньфань закрыл глаза, взял консервную банку с тушенкой и принялся отдирать жестяную крышку. Ло Чжэнь вытащил складной нож и, когда тот открыл банку, автоматически забрал её у него из рук, аккуратно нарезав мясо на ровные прямоугольные кусочки.
Ни один из троих толком не пообедал в этот день, а после сна у всех зверски засосало под ложечкой. У Фэй и Шао Юньфань набросились на еду и, сметая всё на своем пути, словно ураган, в мгновение ока опустошили запасы. Ло Чжэнь же съел всего лишь сэндвич и пару кусочков тушенки.
Увидев, что тот почти ничего не тронул, Шао Юньфань вытащил пачку куриных лапок с печеньем и с хлопком швырнул перед ним, не скрывая легкого раздражения:
— Не пойму, чего ты копаешься!
Разве при таком темпе успеешь урвать хоть что-то, когда за одним столом с тобой сидят такие обжоры, как он сам и У Фэй?
— Брат, как думаешь, когда спадет вода на улице? — Наевшийся до отвала и мающийся от безделья У Фэй крутил в пальцах трубочку с шоколадной пастой и подбежал к окну. Распахнув створку, он прижался лицом к стеклу, глядя вниз. Снаружи неизвестно когда снова задождило, и паводковые воды даже не думали отступать — весь город словно утонул в бескрайнем грязно-желтом океане.
На водной глади прямо под их окном покачивался какой-то красный предмет, прибитый к самой стене. Размером он был больше планшетника, а весь панцирь усеивали торчащие шипы. Присмотревшись, У Фэй опешил: это же гигантский краб!
— Даже если не спадет, завтра-послезавтра должны подоспеть спасатели, — утешил его Шао Юньфань, хотя сам неуверенно покосился на Ло Чжэня, словно пытаясь найти подтверждение его словам.
Ло Чжэнь молча кивнул. При катастрофах подобного масштаба аварийно-спасательные операции развертываются максимум через двенадцать-двадцать четыре часа. Первые семьдесят два часа после бедствия — «золотое время» для поиска выживших. Они всего лишь заперты в отеле и пока вне опасности, но многие снаружи, должно быть, борются за жизнь на волосок от смерти. К полузавтрашнему дню пройдет около шестидесяти часов, и спасательные отряды к тому моменту действительно обязаны прибыть. Иначе…
Получив его кивок, Шао Юньфань наконец немного расслабился.
Крадущийся в воде краб неуклюже вытянул огромные клешни, отчаянно пытаясь вскарабкаться на обломок бревна у стены, но из-за собственного веса каждый раз заваливался на полпути вместе с палкой, переворачивался в воде и с громким плюхом шлепался обратно. Несколько попыток подряд закончились крахом.
Ха-ха-ха! У Фэй рассмеялся над ним и, поддавшись наивному порыву, бросил в воду две красные шоколадные конфетки, пытаясь задобрить зверя едой. Такой огромный краб наверняка безумно вкусный!
— У Фэй, закрой окно, простудишься, — окликнул его Шао Юньфань.
У Фэй пришлось с тяжелым сердцем захлопнуть створку. Последнее, что он успел заметить внизу — краб, кажется, окончательно оставил попытки зацепиться за бревно.
Сна ни у кого не было и в помине. Полный энергии У Фэй принялся докучать обоим расспросами: он выпытывал подробности американской жизни Ло Чжэня и беззастенчиво выкладывал пикантные подробности тренировок Шао Юньфаня. Шао Юньфань несколько раз угрожающе порывался ущипнуть его за щеку: как можно выбалтывать его позорные секреты этой противной роже напротив? Ты вообще на чьей стороне? Втрое веселье и болтовня продолжались почти до одиннадцати вечера, пока они наконец не улеглись спать.
Ночь прошла спокойно.
Проснувшись на следующее утро, Шао Юньфань накинул куртку и вышел в прихожую. Прямиком направившись к окну, он выглянул наружу. После ночного ливня уровень воды не только не упал, но даже поднялся. На фасаде высотки в нескольких сотнях метров от них из многих окон торчали ярко завязанные шарфы и лоскуты ткани, а кто-то даже вывесил ярко-красную простыню, сплошь усыпанную розами.
— Зачем они привязывают эти штуки у окон? — Шао Юньфань обернулся к Ло Чжэню. Говоря это, он заметил изо рта облачко пара — воздух на улице стал еще холоднее, чем вчера.
Ло Чжэнь встал спозаранку и сейчас отжимался от пола. Его тело от пяток до затылка натянулось идеальной струной. Футболка Шао Юньфаня сидела на нем чуть в обтяжку, подчеркивая рельеф прекрасных мышц — прямо молодой леопард, мощный, гибкий и готовый к прыжку.
Какой у Ло Чжэня процент жира в организме? Одиннадцать? Десять? Шао Юньфань скривил губы: у него тоже были мышцы, но далеко не до такой завидно-совершенной степени, как у Ло Чжэня.
— Наверное, сигналы о помощи, — ровным голосом ответил Ло Чжэнь, похоже, вовсе не напрягаясь.
Тут проснулся и У Фэй. Раньше он по утрам неизменно стонал, мечтая проваляться в постели до самого пробуждения, а теперь, когда можно было предаваться неге с пуховым одеялом хоть до скончания веков, подскочил ни свет ни заря с абсолютно ясной головой и теперь ворочался в постели, совершенно не в силах уснуть.
Зажав во рту зубную щетку, У Фэй подтянулся к Шао Юньфаню и тоже уставился вниз. Грязно-бурая гладь воды пестрела от мириадов водных кругов под ударами капель, то и дело в толще воды проносились тени, похожие на рыбу, но вчерашнего краба не было и в помине. Он пробормотал:
— Так и тянет спуститься порыбачить.
Ради экономии электричества он больше не рисковал резаться в мобильные игры, а перспектива провести еще один день в абсолютном безделье сводила с ума.
— Губу раскатал, — Шао Юньфань покосился на покрытого белой пеной парня. И до чего же тот любит морепродукты! Даже в такой ситуации не забыл! — Если так скучно, иди репетируй соло. После Нового года в мгновение ока подступит концерт, постарайся получше всё отработать.
Услышав это, У Фэй скривил губы, но спустя мгновение его глаза неожиданно зажглись. Он развернулся с зубной щеткой наперевес и бросился к Ло Чжэню:
— Брат, научи меня драться, а?
Ло Чжэнь лениво бросил на него взгляд:
— Ты правда хочешь научиться?
У Фэй, не вынимая щетки, энергично закивал.
— Хорошо, после обеда начнем.
В ровно девять часов утра менеджер Сюй и персонал отеля разнесли по комнатам пайки — ровно по шесть бутылок воды, две упаковки печенья и по три вареных яйца в вакуумной упаковке на человека. Сегодня лица у всех выглядели гораздо лучше, чем вчера: по крайней мере, ночь выдалась спокойной и все выспались.
После завтрака вся троица заглянула в соседний номер к Шэнь Наню и Сяо Чжану. Джуди с тревогой в голосе рассказала, что Шэнь Нань приходил в сознание дважды, она напоила его водой с растолченным печеньем и дала жаропонижающее, однако Сяо Чжан продолжал беспробудно спать. Ка Ка обращалась к менеджеру Сюй, и тот привел врача-хирурга, застрявшего в отеле на отдыхе. К сожалению, без аппаратуры и медикаментов, да еще и вне своей специализации, тот оказался совершенно бессилен против столь загадочной высокой температуры. Он лишь посоветовал попробовать метод обтираний для физического снижения жара.
Днем, глядя на то, как У Фэй с побелевшим от усердия лицом сидит на корточках у дивана и усердно «стоит столбом», Шао Юньфань вдруг отчетливо понял смысл слов госпожи Ло насчет того, чтобы выплеснуть лишнюю энергию и не дурковать. Ло Чжэнь сейчас занимался ровно тем же самым!
В половине шестого сытый У Фэй с плиткой шоколада в руке вновь выглянул в окно на гигантского краснопанцирного краба. Приоткрыв створку, он комично замахал ему рукой, мысленно представляя, как вонзает зубы в его исполинские клешни, и едва не давился слюной. Шао Юньфань от скуки листал буклет отеля, а Ло Чжэнь сидел с закрытыми глазами, давая отдых мыслям.
— Юньфань! Сяо Фэй! — Снаружи послышался резкий стук в дверь.
От неожиданности У Фэй дернулся, и четыре или пять шоколадных конфет из его руки со стуком вылетели наружу, дождем сыпанувшись на водную гладь прямо рядом с гигантским крабом. У Фэй с болью в сердце проводил их взглядом, скривился и поспешно сунул оставшиеся сладости в карман. Какое транжирство! У него ведь осталось всего две банки.
Ка Ка? Шао Юньфань направился к двери.
— Быстро все сюда, с Сяо Чжаном вроде бы плохо! — в голосе Ка Ка звучала паника.
Шао Юньфань сорвался с места и бросился в их прежнюю комнату.
— Идем вместе, — Ло Чжэнь одним движением перемахнул через спинку дивана, следуя за ним. У Фэй, у которого после тренировки ныли ноги, окинул взглядом диван и, сочтя за благо не испытывать судьбу, с кислым выражением лица припустил в хвосте.
Жильцы из соседних номеров, услышав шум, с опаской приоткрыли двери, но, поняв, что их это не касается, тут же захлопнули их обратно.
Вслед за Ка Ка они влетели в бывший номер Шао Юньфаня. Шэнь Нань спал глубоко и ровно, а вот лицо Сяо Чжана приобрело мертвенно-бледный оттенок. Напуганная Джуди стояла рядом белее мела, тогда как Цзяньлян сохранял невозмутимость — он как раз проверял дыхание Сяо Чжана, приложив пальцы к его носу.
— Я спала всего часа два, а перед тем, как лечь, протирала им обоим лбы — тогда еще всё было в порядке, — виновато закусив губу, оправдывалась Джуди.
Цзяньлян покачал головой:
— Он умер.
— Да ну! — отказываясь верить, Ка Ка схватила его за руку и потащила к запястью Сяо Чжана. — Проверь пульс еще раз! Умер? Как такое возможно?
Цзяньлян моргнул:
— Хочешь позвать врача, чтобы подтвердить?
Шао Юньфань и У Фэй застыли перед кроватью, словно громом пораженные.
Умер?
Совершенно здоровый парень просто проспал весь день с температурой — и умер?
Ло Чжэнь прижал два пальца к сонной артерии Сяо Чжана: пульса не было, а тело уже начало остывать. Спасать было некого.
— Я за доктором! — Шао Юньфань резко развернулся и бросился к выходу. Вдруг у врача найдется способ!
— Я с тобой! — Ка Ка кинулась следом, но Ло Чжэнь вовремя перехватил ее за плечо. — Я сам.
В три шага преодолев коридор, Ло Чжэнь скрылся за дверью. Оценив разницу в скорости между собой и Ло Чжэнем, Ка Ка благоразумно замерла на месте. Эти длинные ноги… прямо оскорбление для ее собственного самолюбия.
У дежурной комнаты на шестнадцатом этаже толпились взволнованные постояльцы, требуя врача — очевидно, проблемы возникли у многих. Менеджер Сюй, вытирая пот со лба, пытался всех успокоить:
— Не паникуйте, сначала запишите номер комнаты и состояние, чуть позже врач обязательно к вам зайдет.
Шао Юньфань метался поблизости, бледный от тревоги, пока Ло Чжэнь не положил тяжелую руку ему на плечо, увлекая к столу регистрации.
Когда они вернулись, в комнате стоял полумрак и тяжелая тишина. Джуди, У Фэй и Ка Ка сидели на диване, накрывшись одним одеялом, а Цзяньлян сидел на краешке кровати и, глядя на секундомер в телефоне, спокойно прижимал пальцы к запястью Шэнь Наня, подсчитывая пульс.
Врач-хирург добрался до их комнаты лишь спустя час. В чернильной темноте помещения ориентироваться приходилось при помощи аварийного фонаря сотрудника отеля и экранов смартфонов.
Мужчина в очках в белой оправе покачал головой, и между бровей у него залегла складка в виде трех вертикальных линий:
— Соседний пациент страдает от обычной лихорадки, ничего критического. Но этот уже… Лучше поскорее перенесите его на десятый этаж. Я уже обсудил это с менеджером Сюй: мы рекомендуем поступать так со всеми, у кого похожие симптоматические проявления.
— На десятый этаж? — Ка Ка с сомнением посмотрела на врача. Впрочем, оставлять тело Сяо Чжана прямо здесь тоже казалось не лучшей идеей.
— Заразна ли эта инфекция — до сих пор неясно, а эффективных средств защиты у нас нет, поэтому лучше перенести его туда, — доктор поправил очки, тяжело вздохнул, виновато поклонился им и устало зашагал к выходу. Это была лишь временная мера. В их текущем особом положении идеальным вариантом стало бы предание огню, но к завтрашнему дню должен прибыть спасательный отряд со средствами более правильной утилизации, так что пока требовалось лишь изоляция.
Ло Чжэнь приподнял бровь и бросился за ним:
— Простите, хочу уточнить: судя по вашим словам, таких случаев много?
— На данный момент головную боль и жар обнаружили у сорок семи человек. Пятеро переносят банальную простуду — то просыпаются, то засыпают, а остальные сорок два погрузились в глубокий сон по неизвестной причине. Если исключить семерых относительно стабильных, у трех с лишним десятков наблюдаются признаки сердечной недостаточности, а четырнадцать, как и ваш друг, уже ушли.
Врач перевернул лист в журнале учета, с сожалением покачал головой и в сопровождении сотрудника отеля направился к следующему зарегистрированному номеру. Конусообразный луч фонаря раскачивался из стороны в сторону и растаял за поворотом коридора.
Ло Чжэнь нахмурился: больше тридцати человек одновременно с одинаковыми симптомами? Тут явно что-то не чисто. Неужели неизвестный вирус?
Вернувшись в комнату, Ло Чжэнь подхватил бездыханное тело Сяо Чжана на руки и шагнул за порог. Ка Ка приоткрыла рот, но в конце концов промолчала, не став останавливать его.
— Подождите, — Шао Юньфань резко поднялся со своего места, выудил из кармана Ка Ка пачку сигарет с зажигалкой и бросил: — Я с тобой.
— Я тоже пойду, — опираясь на подлокотник дивана, встала Ка Ка.
— И я, — поднялись У Фэй и Джуди.
В итоге, за исключением оставшегося присматривать за Шэнь Нанем Цзяньляна, все последовали за Ло Чжэнем вниз по лестнице. У Фэй подсвечивал дорогу фонариком смартфона. От двадцать первого этажа до десятого стояла гробовая тишина — раздавались лишь тяжелые шаги и сбитое дыхание людей.
Смерть Сяо Чжана подступила настолько внезапно, что они до сих пор не могли до конца осознать произошедшее.
Изначально Ло Чжэнь планировал оставить Сяо Чжана во второй комнате от лестничного пролета, но стоило им переступить порог, как маленькая коричневая собачонка согнулась в дугу и злобно зарычала, обнажая в полутьме острые, оскаленные зубы с жутковатым металлическим блеском.
— Злюка — уже не милашка, — пробормотал У Фэй. Он помнил эту собаку: еще позавчера вечером она была исключительно послушной. Коричневая шерстка, блестящие пуговки глаз — когда она сидела неподвижно, то казалась игрушкой из магазина. Теперь же ее нрав переменился кардинально.
Шао Юньфань посветил внутрь комнаты и невольно нахмурился: позади собаки на кровати лежала женщина, та самая, что позавчера вечером с таким грохотом колотила по стойке администратора. Какого чёрта? Неужели она тоже скончалась столь же нелепо, как и Сяо Чжан?
— Пойдемте, поищем другую комнату. Она просто преданна хозяйке, наверное, боится, что мы потревожим ее покой, — Ка Ка тоже узнала собаку, похлопала Ло Чжэня по плечу и развернулась к выходу.
В коридоре то тут, то там валялись сорванные решетки вентиляции. Ло Чжэнь с недоумением бросил взгляд на потолок: с чего бы им отваливаться?
Миновав еще несколько дверей, они наконец нашли пустой номер. Уложив Сяо Чжана на кровать, Шао Юньфань и Ка Ка зажгли для него три сигареты и молча воткнули в пепельницу у изголовья вместо благовоний.
Человек, который еще два дня назад был полон сил, теперь вот так нелепо угас. Жизнь человеческая оказалась до смешного хрупкой. Шао Юньфань опустил веки, чувствуя себя еще мрачнее, чем грозовое небо за окном.
— Пойдемте, — Ло Чжэнь взъерошил волосы Шао Юньфаня и, приобняв его за плечи, первым вышел из сумрачной комнаты. Мертвые мертвы, но что бы ни случилось впредь — по крайней мере, он будет рядом с ним.
У Фэй и Ка Ка двинулись следом. Лишь Джуди осталась на месте:
— Вы идите, я сейчас догоню, — кивнула она Ка Ка. Вина за гибель Сяо Чжана терзала ее душу, ей хотелось побыть здесь чуть подольше. Ка Ка потрепала ее по плечу: — Мы подождем тебя у входа в секретный чат.
Проходя мимо предыдущей комнаты, Шао Юньфань бросил внутрь беглый взгляд: темный силуэт по-прежнему преданно караулил у постели, чуть подрагивая хвостиком в надежде, что хозяйка вот-вот откроет глаза. Для этого существа она была целой вселенной — и в прошлом, и теперь.
— А-а-а! — пронзительный, леденящий душу вопль полоснул тишину из глубины темного коридора, отразившись гулким эхом по стенам.
— Помо… Помогите…
Шао Юньфаня пробрала ледяная дрожь. Это голос Джуди!
http://bllate.org/book/29524/3589942
Готово:
