Ранней весной начались официальные съемки антиутопического фильма «Птица, падающая в воду», созданного на средства двух крупнейших кинокомпаний отрасли.
Опубликованные ранее пробные фотографии образов уже наделали много шума в интернете. Большинство сторонников этого фильма, снятого по роману с сайта Люйдиндин, составляли фанаты первоисточника. Когда появились снимки Сюэ Мяня в гриме, поклонники оригинальной книги погрузились в мучительные сомнения.
У молодого человека на фотографии было потрясающе красивое лицо, заставлявшее сердце трепетать. Его глаза были чистого, светлого янтарного оттенка, губы — цвета свежих бутонов роз, а кожа отличалась снежной белизной. Под правым глазом темнела крошечная красная родинка, которая в сочетании с приподнятыми уголки губ его обладателя придавала ему неуловимый безумный и демоничный вид.
Честно говоря, внешностью Сюэ Мяня я восхищен, но проблема в том… эммм.
Под этим эммм тянулась бесконечная череда таких же эммм, очевидно, отражавших общее мнение. Судя по снимкам в гриме, лучшего попадания в образ романа и представить было нельзя. Кое-кто даже предполагал, что внешность Королевы автор списал прямо с Сюэ Мяня, однако актерские способности Сюэ Мяня вызывали просто испанский стыд.
Какая бы ни была красота, лишь бы он не двигался. Стоит этому Сюэ-Бревну начать двигаться, как всё пропало.
+1, надеюсь, он останется существовать лишь на фото, а не в видеозаписях.
Неужели «Упавшую в воду птицу» отдали Сюэ Мяню просто ради забавы? Съемочная группа, проявите хоть немного усердия! С таким исполнителем главной роли этому фильму уже конец.
…
Этот фильм уже обречен, — Сюэ Мянь вник в слова этого пользователя сети. — А ведь он в чём-то прав.
Линь Шаодун: «Шеф, почему ты возвышаешь чужой авторитет и подрываешь собственный боевой дух? Съемочная группа же не слепая».
Сюэ Мянь: «Сяо Дундун, неужели ты не знаешь, что я попал сюда через заднюю дверь?»
Линь Шаодун: «……»
Сюэ Мянь: «Даже прослушивания не было, на что ты вообще во мне надеешься?»
Когда он произнес эти слова, мимо как раз проходил Инь Чэнь и услышал всё от начала до конца. Инь Чэнь презрительно усмехнулся: «А у тебя неплохо развита самокритика».
«Птица, падающая в воду» была фильмом с двумя главными мужскими персонажами. Четырнадцать участников смертельной игры в оригинале от начала и до конца не имели настоящих имен, их заменяли цветовые кодовые обозначения. Персонаж, которого играл Сюэ Мянь, носил кодовое имя Красный, а другой участник, Альфа с кодовым именем Синий, был единственным, к кому Красный испытывал симпатию. Именно Синего и играл Инь Чэнь.
Инь Чэнь дебютировал уже давно, происходил из хорошей семьи, да и личными талантами обладал немалыми. Хотя его карьера шла как по маслу, даже такой ресурс, как «Птица, падающая в воду», Инь Чэню пришлось бы добывать, чинно и благопристойно проходя прослушивания. Сюэ Мянь же свалился в съемочную группу прямиком с небес, и с самого момента прибытия на площадку отношение Инь Чэня к нему было не слишком дружелюбным. Сюэ Мянь заметил: «Польщен».
Инь Чэнь без особого выражения взглянул на Сюэ Мяня, в то время как его собственный помощник повесил трубку и доложил: «Брат, дублер найден».
Инь Чэнь: «Кто?»
Помощник бросил взгляд на Сюэ Мяня: «Кажется, он тоже из компании учителя Сюэ, по фамилии Лу, зовут Лу Цзяян».
У роли Синего было несколько сложных трюков, которые требовалось отснять, к тому же по сюжету у него имелась сцена с оголенным торсом. По определенным причинам Инь Чэнь вовсе не горел желанием сниматься в подобных эпизодах, поэтому и заставил агента подыскать ему дублера. Соглашались на роль дублеров лишь малоизвестные артисты с самыми обычными условиями, так что Инь Чэнь лишь равнодушно хмыкнул. Куда больше съемок его волновало предстоящее вечернее свидание.
Получив звонок от Хань Ияня, Сюэ Мянь слегка удивился: он никак не ожидал, что тот свяжется с ним первым. Старший молодой господин Хань поинтересовался на том конце провода, свободен ли он вечером: «Если тебе удобно, не мог бы ты составить мне компанию за ужином?»
Сюэ Мянь: «?»Хань Исянь сказал: Моя мама устроила мне свидание вслепую. Я сказал девушке, что у меня есть любимый человек, но она не поверила и потребовала встречи. Я всё равно её обманул, так что хочу попросить тебя выручить меня и подыграть.
Сюэ Мянь улыбнулся, догадавшись, что Хань Исянь собирается использовать его в качестве щита: — Если я помогу тебе отвадить нежелательное внимание, какую награду ты мне предложишь?
Хань Исянь ответил: — Чего ты хочешь?
Сюэ Мянь произнес: — Сходу придумать не могу, так что пока останешься должен.
Хань Исянь кивнул: — Идет.
Место, куда Хань Исянь его привёл, оказалось рестораном французской кухни. Когда они прибыли, за столиком на четверых уже сидела дама. Внешность женщины показалась Сюэ Мяню смутно знакомой, и, немного понапрягав память, он вспомнил, что уже видел её в особняке семьи Хань — это была та самая женщина-омега.
Заметив его, омега на мгновение удивилась, но тут же лицо её приняло понимающее выражение. Если бы речь шла о ком-то другом, она бы усомнилась в словах Хань Исяня о возлюбленном, но раз уж это был Сюэ Мянь, с которым она уже пересекалась раньше, в это верилось не так уж и трудно.
Сюэ Мянь присел и, помня её фамилию, вежливо поздоровался: — Мисс Гу.
Гу Жоу ответила: — Здравствуйте.
Хань Исянь и Сюэ Мянь сели на одной стороне. Хань Исянь заранее сделал заказ, и пока они обменивались вежливостями, официант начал подавать блюда. Обед из традиционных французских блюд может тянуться часа четыре, и хотя в этом ресторане меню было сокращенным, они всё равно провели за столом около двух часов. Видя, как всё это время Хань Исянь с поистине ангельским терпением общается с Сюэ Мянем и даже время от времени рассказывает ему забавные истории, связанные с подаваемыми кушаньями, Гу Жоу практически полностью поверила в небылицы Хань Исяня.
Пока Гу Жоу сидела в растерянности, на стул рядом с ней устроился кто-то третий.
— Брат, ты вывел А-Мяня поужинать? — с сарказмом в голосе произнес Хань Исяо, глядя на сидящую напротив парочку. — Если бы мама не сказала мне, что ты крутишь шашни с младшим господином из семьи Сюэ, я бы в жизнь не поверил, что ты усадишь сестрицу Жоу и А-Мяня за один стол.
Услышав это, Сюэ Мянь даже потерял всякое желание ковыряться вилкой в улитках: — Ты что, и своей матери всё выболтал?
Хань Исянь ответил: — Рано или поздно она бы всё равно узнала.
Сюэ Мянь: — ……
И он действительно собирается использовать его в роли прикрытия так долго?
Ничего не понимающий Хань Исяо был готов буквально взорваться от бешенства, но сколь бы сильной ни была горечь разочарования Гу Жоу, хорошее воспитание позволило ей лишь с трудом выдавить из себя улыбку: — Сяо Сяо, не говори глупостей, мы с А-Янем просто друзья.
Разве сестрица Жоу не была безумно влюблена в его старшего брата? И вот так сразу сдалась?
Хань Исяо чуть не задохнулся от злости: — С чего это я говорю глупости? А-Мянь ни за что не мог полюбить его!
Хань Исянь уточнил: — Почему же не мог?
Хань Исяо выпалил: — Да что в тебе вообще можно любить? Твою эмоциональную холодность?
Гу Жоу: — ……
Сюэ Мянь: — ……
Атмосфера за столом стала мертвенно-тихой. Хань Исянь одарил всех виноватой улыбкой и, схватив Хань Исяо за руку, потащил в туалет. Как только братья ушли, Гу Жоу поправила прическу, взяла сумочку и поднялась с места: — Я пойду.
Сюэ Мянь предложил: — Хочешь, я тебя провожу?
Гу Жоу отказалась: — Не нужно.
Затем она немного поколебалась и спросила: — Вы с А-Янем...
Сюэ Мянь переспросил: — М?
Гу Жоу вздохнула: — Забудь. Простите, что побеспокоила вас сегодня вечером.
Сюэ Мянь подумал про себя, что даже если Гу Жоу и впрямь питала к Хань Исяню какие-то остаточные чувства, после заявления Хань Исяо о его эмоциональной холодности она должна была удрать сломя голову. Проводив взглядом женщину-омегу, которая толкнула дверь и вышла, он случайно заметил, что в самом углу за столиком сидит Инь Чэнь, а напротив него устроился какой-то полный мужчина. Посмотрев на них пару секунд, Сюэ Мянь отвел взгляд.Когда младший господин Хань вернулся, он выглядел точь-в-точь как проигравший бой петушок. Хотя на нём не было заметно каких-то серьёзных ран, Сюэ Мянь с первого же взгляда понял, что старший брат от души его отлупил. Расплатившись, они направились на парковку. Вокруг никого не было, и Хань Исяо, чем больше думал об этом, тем меньше понимал: — Брат, ты только что сказал, что вы просто помогаете друг другу. Это правда?
Говоривший украдкой косился на реакцию Сюэ Мяня, и, заметив, что на лице того нет ни малейшей тени растерянности, наконец наполовину успокоился.
Хань Исяо ответил: — Да.
— Не верю. — Тот перевёл взгляд на Сюэ Мяня: — А-Мянь, ты отваживаешь от моего брата назойливых поклонников, а какую плату он тебе предлагает?
Сюэ Мянь замер: они с Хань Иянем действительно ещё не договаривались ни о какой плате. Заметив его колебания, Хань Исяо снова взорвался: — Какого чёрта, вы что, сговорились меня обмануть?
Сюэ Мянь: — Никто тебя не обманывает.
Хань Исяо: — Тогда позволь мне проверить.
Не успел Сюэ Мянь произнести фразу: «И как же ты собрался проверять?», как Хань Исяо прижал его к стоявшей рядом машине. Сила альфы была такова, что Сюэ Мянь совершенно не мог сопротивляться, и чужие губы прижались к его губам. От их движений автомобиль издал сигнал тревоги, но Хань Исяо намертво прилип к Сюэ Мяню, не отпуская. В смешении их дыханий Сюэ Мянь почувствовал феромоны Хань Исяо. Это был запах свежей травы и ветра — искренний и очень чистый. Кто бы мог подумать, что у младшего господина Ханя, который только и делал, что сеял семена налево и направо после прохождения вторичного пола, окажутся настолько чистые феромоны.
Разорвав поцелуй, Хань Исяо слизал влагу с губ Сюэ Мяня. Глядя на покрасневшие уголки глаз Сюэ Мяня и его слегка припухшие губы, ревущий в груди зверь наконец испустил удовлетворённый долгий вздох.
Сюэ Мянь отвернул голову. Поцелуй Хань Исяо не вызвал у него никаких особенных чувств, тем более что тот просто прикоснулся к его губам. Еще когда Гун Лалан впервые засунул свой язык ему в рот, многое уже изменилось навсегда. До тех пор пока не было метки истинной пары, ему было всё равно, что эти люди с ним делают.
Только после поцелуя Хань Исяо сообразил, что его старший брат его вовсе не избил.
Если бы между Сюэ Мянем и Хань Иянем действительно было что-то большее, чем взаимная помощь, его братец, должно быть, ещё тогда, когда он только обнял Сюэ Мяня, избил бы его до неузнаваемости. Хань Исяо был безумно рад, а вспомнив, что он только что поцеловал Сюэ Мяня, обрадовался ещё сильнее. Сюэ Мянь всё ещё находился в его объятиях, и Хань Исяо с огромным трудом заставил себя выпустить из рук это мягкое, благоуханное сокровище.
Эх, как же было бы здорово, если бы А-Мянь согласился с ним встречаться! Сколько бы ни хотелось обнимать — обнимай хоть целыми днями, а во время поцелуев можно было бы даже пускать в ход язык.
Хань Исяо, закончив целоваться, оставил Сюэ Мяня без внимания и всю дорогу без умолку бубнил: — А-Мянь, ты злишься? А-Мянь, не игнорируй меня, А-Мянь, ты такой сладкий... Хань Исянь, наблюдавший за их поцелуем молча, наконец подал голос и велел обоим садиться в машину. Хань Иянь чувствовал некоторое раздражение: он опустил автомобильное стекло и закурил.
Языком даже не воспользовались, какая к чёрту сладость.
Сначала они отвезли Хань Исяо в семью Хань, а затем Хань Иянь отвёз Сюэ Мяня. Из-за того, что младший господин Хань силой поцеловал Сюэ Мяня под предлогом проверки, земля буквально уходила у него из-под ног. Он вывалился из машины в полном тумане, совершенно забыв возмутиться тем фактом, что его старший брат и Сюэ Мянь остаются вдвоём в машине и что брат везёт Сюэ Мяня домой.
Когда Хань Исяо ушёл, Хань Иянь спросил: — Не хочешь позвонить своему помощнику или водителю, чтобы тебя забрали?
Сюэ Мянь: — ?
Хань Исянь: — Говорят, артисты очень дорожат своей частной жизнью и обычно не любят светить домашний адрес.
Сюэ Мянь: — Ничего страшного, сейчас я живу в Цзиньюйлине, отвези меня туда.
Хань Исянь молча согласился.Всю дорогу они ехали молча. Когда они прибыли к жилому комплексу, Сюэ Мянь показал лицо охране, и та пропустила машину внутрь. Хань Иянь довез его до самого дома, а когда припарковался, произнес:
— Сегодня ты меня выручил.
Сюэ Мянь ответил:
— Пустяки.
Хань Иянь продолжил:
— Если тебе что-нибудь понадобится, скажи мне. Если пока не можешь придумать, скажешь позже.
Сюэ Мянь отозвался:
— Я уже придумал.
Хань Иянь переспросил:
— М?
Сюэ Мянь посмотрел на него:
— Мне не нравится запах твоего брата. А какой запах у тебя? Мне немного любопытно.
Ему вовсе не был неприятен запах Хань Исяо, но если он не ошибался, пока они целовались с Хань Исяо, Хань Иянь на мгновение попытался их остановить. С таким Альфой, как старший господин Хань, который повидал немало бурь и сам по себе не испытывал особых желаний, стоило лишь представиться возможности, как её нужно было ухватить и хорошенько подразнить его.
Красивые брови Хань Ияня слегка сошлись на переносице:
— Разве ты не хочешь чего-то другого? Денег или связей, я также могу помочь тебе с Гун Лаланом.
Сюэ Мянь покачал головой:
— Ничего из этого не нужно.
Хань Иянь заметил:
— Я не считаю это выгодным для тебя.
— Выгодным? Очень даже выгодно. Я же говорил, что мне нравится твое лицо, так что это я пользуюсь твоим благорасположением, — Сюэ Мянь смотрел прямо на него, казалось, будто таким взглядом можно проникнуть ему прямо в сердце. — Ну же, дай мне руку.
Если и после этого собеседник никак не отреагирует, Сюэ Мянь действительно ничего не сможет поделать. К счастью, опустив взгляд, Хань Иянь протянул ему руку.
У Хань Ияня были очень красивые руки — длинные, с четко очерченными суставами. С первого взгляда было понятно, что они принадлежат избалованному с детства молодому господину. Сюэ Мянь постучал по его ладони, показывая, чтобы тот раздвинул пальцы, и прижал к ним свои. В тот миг, когда их кожа соприкоснулась, он заметил, как едва заметно дрогнули ресницы Хань Ияня, и это придало Сюэ Мяню еще немного уверенности.
Он произнес:
— Смотри, наши пальцы ведь одинаковой длины?
Хань Иянь был выше него, и ладонь у него была больше. Но у самого Сюэ Мяня пальцы от природы были тонкими и длинными. Пусть ладонь оказалась чуть меньше, но когда они сопоставили их у основания, длина пальцев у них действительно была практически одинаковой. Хань Иянь молчал, и Сюэ Мянь, не желая сдаваться без ответа, слегка потерся о его ладонь. Кожа под его рукой была белой и нежной. Если уж кожа на руках такая мягкая, то в других местах она наверняка еще более нежная и податливая.
Голос Хань Ияня прозвучал низко и хрипло:
— Да.
Едва он закончил говорить, салон автомобиля постепенно наполнился феромонами Альфы. Исполненное агрессии дыхание пробудило инстинкты Омеги, у Сюэ Мяня немного ослабли колени. Заметив его затруднительное положение, собеседник протянул руку, лег ему на талию и поддержал его тело. Точно так же, как он и представлял, талия Омеги оказалась тонкой и гибкой, словно ее можно было легко согнуть в любую сторону.
Сюэ Мянь неожиданно произнес:
— От тебя пахнет кедром.
Взгляд Хань Ияня потемнел:
— Цветами.
Сюэ Мянь переспросил:
— Что?
Хань Иянь ответил:
— Твои феромоны.
Сюэ Мянь удивился:
— Неужели это можно почуять?
Он поднес к носу собственное запястье и принюхался — ничего не было слышно. Сюэ Мянь улыбнулся, и от этой улыбки он стал похож на маленькую лисицу или какого-то другого зверька. Сюэ Мянь спросил:
— Зачем ты меня обманываешь?
Хань Иянь смотрел, как он улыбается, и в этот момент он вдруг понял, почему Гун Лалан так сильно привязался к человеку, сидящему перед ним.
http://bllate.org/book/29515/3588969
Готово:
