Более того, по сравнению с главным героем, Шэнь Чжичжи куда лучше подходил на роль Е Сюня.
Шэнь Чжичжи наконец-то воочию убедился, что в индустрии развлечений, даже если ты на вершине популярности, твое присутствие или уход решаются одним лишь словом тех, у кого есть капитал.
Но он также радовался, что Цзин Цзэцянь не стал напрямую назначать его на роль первого героя, иначе он и представить не мог, какимими проклятиями его бы засыпали.
Поживём — увидим, он не верил, что Шэнь Юйшу сможет вечно топтать его ноги.
Цзин Цзэцянь привез Шэнь Чжичжи в клуб на встречу и ужин с режиссером Ли, главным образом для того, чтобы обсудить роль Е Сюня и вопросы, связанные с началом съемок.
Режиссер Ли приветливо произнес:
— Я слышал от директора Цзин, что вы окончили консерваторию.
Шэнь Чжичжи кивнул. Он удивленно бросил взгляд на Цзин Цзэцянь, недоумевая, с чего бы тому, кто считает его лишь безымянным новичком, знать, где он учился.
Режиссер Ли вздохнул:
— Но мне кажется, что ваши способности и внешность — это уровень как минимум киноакадемии. Неужели вы плохо сдали выпускные экзамены?
Стоило завести об этом речь, как Шэнь Чжичжи опустил голову и умолк.
Изначально он сдал творческий экзамен в киноакадемию на высший балл, но вечером накануне общеобразовательных экзаменов Шэнь Юйшу заперла его в подвале, и он пропустил испытания.
Как бы он тогда ни рыдал, разрывая сердце и душу, никто не обращал на него внимания.
Когда Шэнь Чунъюй вытащил его наружу, он уже был в полубессознательном состоянии. Пролежав всю ночь в сильнейшем жар, он тем не менее сквозь зубы продолжил участвовать в двух последних экзаменах.
Но набрать больше трехсот баллов он не смог, и путь в киноакадемию оказался закрыт.
Цзянь Шинин не желала позориться перед родственниками и отклонила его просьбу остаться на второй год для пересдачи, заперев в комнате, пока наконец не устроила в обычную консерваторию.
Хотя Шэнь Чжичжи с малых лет рос непоседой и вечно влипал в неприятности, главное от второстепенного он все-таки отличался. Пережив очередное унижение со стороны Шэнь Юйшу, он поклялся во что бы то ни стало вырваться из этого дома. Ради этого он наконец одумался и отчаянно готовился к творческим экзаменам.
Обладая огромным актерским талантом, он занял первое место. Пусть его оценки по общеобразовательным предметам не блистали, но благодаря полугоду упорного труда он поднял свой балл с двухсот с лишним до пятисот с лишним — поступить в киноакадемию не составило бы труда.
Однако этот случай, сломавший ему всю жизнь, Шэнь Юйшу перевернула с ног на голову, заявив всем, будто Шэнь Чжичжи сам случайно запер себя в подвале.
Цзянь Шинин даже слушать не стала объяснения Шэнь Чжичжи — в конце концов, за ним давно закрепилась репутация трудного подростка.
Прошло уже пять лет, и пусть он даже отомстил Шэнь Юйшу, эта рана в душе Шэнь Чжичжи оставалась глубокой.
Заметив, как он сжал руки в кулаки, Цзин Цзэцянь решил, что слова режиссера Ли задели его самолюбие. Он накрыл его ладонь своей и бросил на режиссера Ли суровый взгляд.
Режиссер Ли испуганно вздрогнул, сообразив, что сболтнул лишнего. Он виновато улыбнулся и перевел тему.
Согласовав дату церемонии начала съемок и дальнейшие организационные вопросы, Цзин Цзэцянь забрал Шэнь Чжичжи и они уехали.
Выбора у Шэнь Чжичжи не было, и его снова насильно привезли в дом Цзин Цзэцяня.
На этот раз Цзин Цзэцянь тоже собирался поехать сA съемочной группой. Воспользовавшись тем, что Шэнь Чжичжи принимает душ, он занялся сбором вещей.
Открыв шкаф, он выудил оттуда маленький пузырек с белым порошком.
Он задумчиво посмотрел на баночку.
Судя по нынешнему отношению к нему Шэнь Чжичжи, эта штука наверняка пригодится. Не раздумывая больше, он сунул пузырек во внутренний карман чемодана.
Ночной взлом двери в отеле
Цзин Цзэцянь привык снимать лишь по одному фильму в год. Перед возвращением из Европы он как раз закончил работу над научно-фтистической лентой, поэтому все оставшееся до конца года время — за исключением дел в компании — он планировал посвятить Шэнь Чжичжи.
До начала церемонии открытия съемок Дикая роза Цзин Цзэцянь неотлучно находился в Корпорация Цзинхэ, разбираясь с важными рабочими вопросами. При этом он строго-настрого приказал Шэнь Чжичжи сидеть дома и не высовываться.
Даже если бы тот сбежал, через пару дней они все равно бы встретились на площадке, и еще неизвестно, какие безумные фокусы тот стал бы выкидывать против него. Поэтому Шэнь Чжичжи не стал возвращаться к себе, а потратил эти дни на то, чтобы как следует проработать сценарий.
Желая сэкономить бюджет и время, режиссер Ли назначил церемонию начала съемок на день перед стартом работы, чтобы актеры и члены группы могли заехать в отель заранее.
Поскольку в Корпорация Цзинхэ возникли срочные дела, требующие его присутствия, Цзин Цзэцянь приехал на день позже. Кроме него, из-за наложений в графике на два дня позже задержался и актер, исполняющий роль второго плана.
При распределении номеров у съемочной группы как раз остался один омега — Шэнь Чжичжи. Режиссер Ли был прекрасно осведомлен о его весьма непростых отношениях с Цзин Цзэцянем, поэтому из большой сообразительности выделил ему отдельный номер.
Шэнь Чжичжи был тронут до глубины души: в прошлых проектах о подобном сервисе ему приходилось только мечтать.
На следующий день началась церемония открытия, на которую наконец прибыл Цзин Цзэцянь. Выступая в роли инвестора, он ограничился парой коротких фраз, после чего уселся в зрительном зале с совершенно ледяным выражением лица.
По окончании мероприятия режиссер Ли пригласил всех на совместный ужин в ресторан при отеле — чтобы заранее отпраздновать успешный старт съемок Дикая роза.
По идее, во главе стола должен был сидеть Цзин Цзэцянь, за ним режиссер, продюсер, сценарист и исполнители главных ролей в строгом порядке.
Однако этот денежный мешок предпочел занять место поскромнее и, не привлекая лишнего внимания, устроился прямо рядом с Шэнь Чжичжи.
Ловя на себе любопытные взгляды зевак, Шэнь Чжичжи до смерти боялся выдать их связь с Цзин Цзэцянем. Напряженно сжимая в пальцах вилку, он тихонько пробормотал:
— Второй господин Цзин, вы сели не на свое место.
Цзин Цзэцянь холодно и негромко бросил в ответ:
— Я сижу рядом со своим парнем, какие тут могут быть проблемы?
—... — Шэнь Чжичжи замолчал, не смея больше возразить. Этот тип никогда не думал о том, что скажут другие. Если кто-то услышит лишнее, с его нынешней репутацией в шоу-бизнесе его наверняка тут же заморозят.
Если же правда о том, что Цзин Цзэцянь — его парень, выплывет наружу, в это все равно никто не поверит: все решат, что его просто содержат. Хотя по сути так оно и было.
В конце концов, природа их с Цзин Цзэцянем «неправильных» отношений со стороны выглядела так, будто это он сам вечно вешается на него.
Более того, Шэнь Чжичжи согласился быть с ним вовсе не из любви. Для него эти отношения были исключительно сделкой, а не романом; он вообще никогда по-настоящему не воспринимал того как парня. В тот день, когда Цзин Цзэцяню надоест эта игрушка, он сможет разорвать все в любой момент.
Именно поэтому до наступления этого дня Шэнь Чжичжи не хотел привлекать к себе лишнего внимания извне, чтобы избежать ненужных хлопот в будущем.
Пока остальные оживленно болтали обо всем на свете, он сидел тише воды ниже травы, молча ковыряясь в тарелке.
Цзин Цзэцянь же, напротив, от начала и до конца не сводил глаз с Шэнь Чжичжи, а на любые попытки коллег поднять за него тост отвечал лишь холодным кивком.
http://bllate.org/book/29353/3565257
Готово:
