Гу Бай вдруг вспомнил того седовласого мужчину — у него на шее тоже вроде бы красовался какой-то серебряный ободок. Он невольно потрогал собственную шею: там тоже обнаружилось кольцеобразное украшение. Оно вовсе не висело свободно на груди, как ожерелье, а зеркал поблизости не было, так что Гу Бай пока понятия не имел, что именно надето на его шею. Впрочем, наслаждаться размышлениями ему не дали: людей вокруг становилось всё больше, и Гу Бай начал пятиться назад, пока окончательно не перестал справляться с толпой, после чего бросился бежать со всех ног туда, где никого не было.
Сбегать Гу Бай умел мастерски: внешне он выглядел растерянным, но при этом ловко огибал каждого встречного, всегда сохраняя безопасную дистанцию между собой и толпой. Добравшись до малолюдного места, Гу Бай уселся на скамейку, чтобы перевести дух. Он-то думал, что его странная особенность имеет чисто физиологическую природу, но, судя по всему, она была связана с психикой — иначе почему его сознание перенесли в подобное виртуальное пространство, а эти симптомы никуда не исчезли?
К счастью, эта Виртуальная планета отличалась полной свободой и не была похожа на игровые миры с обязательными к выполнению заданиями, так что даже бесцельное блуждание Гу Бая не вызывало никаких предупреждений от Системы. Покружив на одном месте, Гу Бай всё же набрался храбрости и двинулся в сторону оживленных участков, однако едва услышав шум голововню, тут же инстинктивно отпрянул назад. В этот самый момент откуда-то неподалеку раздался пронзительный визг, и Гу Бай от испуга забыл, как надо бежать. Опомнившись, он заметил, что окружающие его люди неподвижно застыли на местах, уставившись куда-то в одну точку.
Гу Бай тоже проследил за их взглядом и увидел бьющегося в судорогах желтоволосого юношу с нашейным кольцом на шее, чьи конечности постепенно усыхали. Лицо парня исказилось от дикой боли, вены на теле вздулись, а из глубины горла вырывались всё более слабые, сдавленные хрипы.
Сердечко Гу Бая ушло в пятки; он машинально попытался вызвать скорую, но обнаружил, что под рукой нет никаких средств связи. Если приглядеться, стоявшие вокруг люди хранили ледяное молчание, хотя их можно было разделить на несколько групп: обладатели нашейных колец выражали жалость, равнодушие или отчаяние; те же, кто обходился без ошейников, глядели с полным безразличием или откровенным презрением, но в каждом из них читалось чистое высокомерие. Как раз когда Гу Бай собрался подойти и помочь, откуда ни возьмись примчалась группа людей и быстро увела пострадавшего.
— Очередной исчерпавший ментальные силы самец насекомого, — донесся до него чей-то бормочущий голос неподалеку. — Не дождавшись утешения от трутня, пришел сюда заниматься самоуничтожением.
Гу Бай озадаченно оглянулся, но говорящего и след простыл.
Глава 5
Этот внезапный эпизод заставил Гу Бая относиться к новому миру с куда большим трепетом. Каким бы романтичным и прекрасным ни казалось окружение и какой бы иллюзорной ни была Виртуальная планета, он не смел терять бдительность. И хотя перед подключением робот настойчиво заверял его, что здешняя локальная сеть абсолютна безопасна и на Виртуальной планете ему ничто не угрожает, Гу Бай всё равно не решался испытывать судьбу даже с шансом один на миллион. Он снова подался поближе к тихим местам, но мысли его в пути были далеки от спокойных.
Гу Бай вспомнил недавнее упоминание кого-то из толпы о трутнях — это обращение казалось ему чуждым. Неужели обитатели этой планеты имеют самую тесную связь с насекомыми? И чтобы выжить, им жизненно необходимы особи-самцы? У него промелькнула мысль расспросить кого-нибудь, но он тут же сам её отбросил: он скорее продолжит метаться вслепую, как муха без головы, чем добровольно пойдет на контакт с незнакомцами.
К счастью, на глаза Гу Баю попалась библиотека, и он решительно шагнул внутрь. Едва его нога переступила порог, перед ним всплыло световое окно с уведомлением о списании средств.
Гу Бай: —??
Только тогда Гу Бай осознал, что вход в библиотеку платный, хотя на его счете хранилось столько «монет жуков», что плата за вход едва затронула мелкие гроши на балансе. Гу Бай вспомнил, что эту умную капсулу для него настраивал робот, а робот и капсула целиком принадлежали седовласому мужчине — выходит, немалое количество монет жуков на его счету заблаговременно подготовил тот самый седовласый юноша. Хотя Гу Бай совершенно не понимал, почему местную валюту назвали монетами жуков, судя по недавним разговорам про трутней, местные жители, судя всему, питали некую веру в насекомых и всё, с ними связанное.
Раз деньги за вход уже уплатили, Гу Бай, разумеется, не собирался позволять им пропасть даром. Он прошел вглубь библиотеки, отыскал книгу с надписью «Происхождение» на обложке, устроился в безлюдном уголке и принялся тихонько изучать материал. Для него чтение подобных теоретических трудов давалось с немалым трудом: в каждой строчке попадалось по несколько незнакомых иероглифов, и чтение шло со скрипом. Тем не менее Гу Бай обладал завидным упорством: он попытался напрячь память, выуживая ранее зазубренные знания, перевел знакомые слова по одному, а затем попытался сопоставить их смысл, благодаря чему всё же смог разобрать небольшую часть информации.
Так Гу Бай узнал, что планета, на которой он находится, называется «Годелан», а двенадцать планет во главе с Годеланом образуют Империю Годелан. Противостоит ей Альянс Сейсвия, состоящий из тринадцати планет во главе с Эронией. Несколько десятков тысяч лет назад на этих планетах зарождилась жизнь: обладая крепкими телами и четырьмя конечностями, эти существа формой напоминали мотыльков, бабочек, пчел и прочих насекомых, из-за чего их обобщенно назвали «раса насекомых». Раса насекомых делилась на множество различных видов: на данный момент среди представителей Императорской семьи преобладали осы, тогда как в Альянсе Сейсвия главенствовали бабочки.
Гу Бай: — ...
Ему казалось, что он угодил прямо в мир насекомых?
При этих мыслях у Гу Бая по коже побежали мурашки, особенно когда он дошел до дальнейшего описания. Хотя самцы насекомых от природы отличались отвагой в бою, обладали мощными, прочными телами и бурной ментальной энергией, раса насекомых почитала трутней превыше всего. Без успокоения со стороны трутня даже самый свирепый самец насекомого был не в силах пережить ментальный бунт и неизбежно обречен на мучительную гибель в расцвете лет. Из-за чрезмерной зависимости самок насекомых от трутней и крайней редкости последних каждый трутень ценился на вес золота.
Дочитав до этого места, Гу Бай решил, что выбранная им книга явно необъективна, поскольку дальше начинались пространные хвалебные оды исключительности и величию трутней, утверждавшие, что без них раса насекомых неминуежена погибнет — чистой воды бессмысленная пропаганда. С некоторым сожалением он вернул с трудом расшифрованную книжку на полку: продолжать чтение у него больше не было никакого желания, ведь полученные сведения оказались чересчур фантасмагоричными. Неужели он угодил в мир, кишащий жуками? И все те, с кем он до сих пор сталкивался, на самом деле насекомые, а не люди?
http://bllate.org/book/29333/3562719
Готово:
