Тан Цюй швырнул бутылку воды обратно Чэнь Яню, опустил голову, натянул школьную куртку и, поднявшись, зашагал прочь.
Чэнь Янь окликнул его: Эй! А с водой-то что? Чего ты мне её обратно кидаешь?
Тан Цюй бросил на него короткий взгляд: Или пей сам, или верни тому, кто купил.
Чэнь Янь, сердито ворча, выругался: Гляди-ка ты! Только и умеешь, что командовать, а как самому что сделать — так сразу в кусты!
Продолжая ворчать, он догнал Тан Цюя и попытался закинуть руку ему на плечо, но тот, поморщившись от запаха пота, сбросил его руку. Чэнь Янь не унимался: он продолжал лезть к другу и даже попытался прижать голову Тан Цюя к своей вспотевшей шее.
Ты больной, что ли? — огрызнулся Тан Цюй.
Во время этой возни он вдруг замолчал и перевел взгляд на конец коридора.
В самом дальнем углу первого этажа школьного спортзала находилась подсобка для спортивного инвентаря. Обычно, если не считать времени уроков физкультуры, там всегда было тихо, но сейчас там явно происходило что-то шумное.
Группа крепких парней затолкнула другого юношу внутрь.
Сквозь стеклянную дверь было видно, как предводитель этой компании поднял руку и толкнул свою жертву, оказавшуюся в окружении, назад. Еще раз. И еще.
До ушей доносились резкие, агрессивные выкрики: смысл их сводился к тому, чтобы парень не лез к чужим девчонкам, ходил в школе, опустив глаза, и вел себя тише.
Просто детский сад, подумал Тан Цюй.
Чэнь Янь, наблюдавший за происходящим, покосился на стоявшего в стороне Тан Цюя и тихо спросил: Знаешь их?
Не особо, — честно ответил Тан Цюй.
Того, что заводила, я знаю — идиот из одиннадцатого класса, — сказал Чэнь Янь. — А вот того, кого зажали, вижу впервые.
Тан Цюй пояснил: Это сын нового мужа моей матери.
Чэнь Янь удивленно выдал короткое А, вытаращил глаза и лишился дара речи.
Все-таки это была школа, поэтому парни, скорее всего, хотели просто припугнуть И Паня, заставить его покориться, но никак не планировали драку всерьез.
И Пань всё это время смотрел в пол, и, казалось, пропускал все оскорбления мимо ушей.
Но такая отстраненность лишь сильнее злила противников.
Предводитель шайки схватил его за воротник, собираясь что-то сказать, но неожиданно И Пань, с молниеносной скоростью, одним движением повалил его на пол.
Похоже, у него был богатый боевой опыт: движения четкие, удар в цель. Силы ему было не занимать: мало того, что он прижал противника к полу, так еще, пока тот не успел опомниться, правой рукой вцепился ему в горло, а левой, невесть откуда взяв гантель, замахнулся, явно намереваясь ударить по голове.
Это был бой насмерть.
Остальные парни перепугались и бросились разнимать их.
Вскоре он отшвырнул поверженного врага, с глухим стуком бросил гантель на пол и, не обращая внимания на окружающих, распахнул стеклянную дверь и вышел.
Стоявший снаружи Чэнь Янь расплылся в улыбке и помахал рукой: Привет, братишка.
И Пань холодно глянул на него, а затем его ледяной взгляд переместился на Тан Цюя.
Тан Цюй мягко улыбнулся и, аккуратно указав на его щеку, спросил: У тебя там кожа содрана. Пластырь нужен?
И Пань, словно не услышав, с силой толкнул его плечом и молча пошел дальше.
Зрелище на этом не закончилось. Когда все вышли из подсобки, Чэнь Янь подошел к ним.
Парень, который чуть не получил гантелью по голове, сплевывая пыль, жаловался Чэнь Яню: Этот псих будто бешенством заразился! Я всего лишь случайно оторвал пуговицу на его форме, а он чуть не убил меня, совсем с катушек съехал, черт возьми...
Тем временем в новом доме Тан Цюя продолжались вечерние ссоры.
И Пань вовсе не был тем гулякой, который, по словам И Чжэньхуа, постоянно пропадал из дома. Напротив, в последнее время он почти каждый день возвращался домой, перекрывая И Чжэньхуа путь к выходу.
Только Тан Цюй не знал, из-за чего они ссорятся.
Судя по обрывкам фраз, доносившимся из-за двери, И Чжэньхуа стащил у И Паня какую-то вещь и не хотел возвращать. Что именно это была за вещь, Тан Цюя не интересовало.
Он не раз слышал, как Лян Баосян жаловалась И Чжэньхуа на то, что у И Паня слишком свирепое лицо и скверный характер: дома-то он буянит, а что будет, если он начнет неприятности на улице?
И Чжэньхуа злобно шипел: Никчемный выродок. Почему дети других людей такие послушные и приносят из школы хорошие оценки? Вот взять хоть твоего Тан Цюя — одно загляденье. А этот паршивец: тянешь — не идет, бьешь — назад пятится. Если бы его мать не умерла, я бы хотел засунуть его обратно в утробу и переделать.
Лян Баосян с гордостью отвечала: Естественно! Мой Тан Цюй с малых лет не доставлял мне хлопот. За столько лет я и не припомню, сколько людей завидовало тому, что у меня такой чудесный сын. Ничего не поделаешь — гены хорошие.
Тан Цюя не особо задевало, что он стал темой для хвастовства Лян Баосян, но он знал, что в глубине души ей не нравится слышать эти разговоры, поэтому она хвасталась только при чужих.
Да и Тан Цюй действительно почти не доставлял ей хлопот.
Он рос слишком самостоятельным и способным, так что за все годы учёбы не было случаев, когда матери приходилось бы всерьёз вмешиваться в его дела.
Того, что она была его матерью, самого этого факта было достаточно, чтобы доказать: он не полный сирота. На большее он и не надеялся.
Спустя два дня после случая в спортзале Тан Цюй снова увидел И Паня.
Это было у дверей ряда магазинчиков внизу их жилого комплекса, мимо которых Тан Цюй всегда проходил по дороге из школы.
На углу располагалась мастерская по ремонту мобильных телефонов, там же скупали и перепродавали подержанные аппараты.
Летним вечером на вывеске магазина светились только два иероглифа из четырех. Стеклянная витрина стояла у самой опущенной металлической роллеты, внутри кто-то копался в телефоне, а над головой со скрипом вращался вентилятор.
Снаружи стоял складной стол, на котором красовались электроплитка и сковорода, из-за чего весь магазинчик казался каким-то убогим и засаленным.
В кресле перед прилавком сидела женщина средних лет с поясной сумкой через плечо; при свете, падавшем из магазина, она, склонившись, что-то пришивала.
Вскоре она закончила, отложила одежду на прилавок и сказала человеку внутри: Готово. В следующий раз просто скажи мне — делов-то на пять минут. Что за вид — ходить с вечно распахнутым воротом? Не как студент, а как бандит какой-то.
http://bllate.org/book/29324/3561715
Готово:
