Готовый перевод Under the Emperor's Feet, All Are Rogues / Под сенью трона: Игра с огнем: Глава 7

Легендарные славные традиции семьи Цзи

В Императорском саду Чжоу Лу, едва увидев принцессу, прямо-таки остолбенел.

Е Цзинянь опустила голову и простодушно потерла мохнатую родинку на щеке, издав громоподобный смешок.

— В чем дело? — нахмурился Е Цзинхуа.

Принцесса Янь невинно подняла голову и растянула губы в улыбке, во всей красе демонстрируя свои роскошные выпирающие зубы.

— Принцесса, ваши зубы... — ошеломленно произнес Чжоу Лу.

Е Цзинянь задрала голову к небу, на глаза ее навернулись слезы: наконец-то этот кошмар подошел к концу!

— Какая красота! — эти два слова мгновенно вернули Е Цзинянь в суровую реальность.

В голове у Е Цзинянь пронеслось стадо диких лошадей, сметая всё на своем пути. Да этот парень псих!

— Не знаю, посчастливится ли мне пригласить принцессу прогуляться по Императорскому саду, — смущенно затеребил уголок одежды Чжоу Лу.

Е Цзинянь принялась изо всех сил моргать императорскому брату: этот тип опасен, спаси меня, брат!

Чжоу Лу тоже с надеждой посмотрел на императора.

Как говорится, лучше разрушить десять храмов, чем помешать одной свадьбе. Е Цзинхуа, разумеется, решил посодействовать чужому счастью:

— Третий принц, прошу вас.

И вот весь долгий полдень Е Цзинянь только и делала, что помогала этому странному третьему принцу кормить рыб в пруду Императорского сада. По мнению самой Е Цзинянь, атмосфера царила донельзя жуткая, но Чжоу Лу находил ее весьма оживленной.

— Принцесса, возможно, не знает, но я особенно люблю наблюдать за резвящимися рыбами в дождливые дни. В такие моменты моя душа очищается и обретает покой, — немного поразмыслив, глубокомысленно изрек Чжоу Лу.

— Не знала, что третий принц так любит рыб, — вяло и дежурно отмахнулась Е Цзинянь.

— Вы слишком любезны, принцесса, зовите меня просто А-Лу, — Чжоу Лу поднял исполненный нежности взгляд на Е Цзинянь, которая была выше него почти на полголовы.

Принцесса Янь утешала себя мыслями: быть может, это она сама ослепла и не разглядела истинной красоты благородного князя Чжоу?

Набравшись смелости, она заглянула ему в глаза... Тьфу ты, эти ужасающие раскосые глаза! Ладно, проехали. Есть еще нос... Приплюснутый, да так, что даже волоски в ноздрях отлично видят свет. Е Цзинянь скрипела зубами, продолжая попытки отыскать прекрасное. Чуть ниже — рот... Занимал добрую половину лица и к тому же был вывернутым наружу... Может, в целом образ покажется более гармоничным? Е Цзинянь набралась мужества оценить фигуру... У этого человека вообще есть фигура? Прошу прощения.

Заметив, что принцесса смотрит на него влюбленным взглядом, Чжоу Лу смущенно ухмыльнулся.

Е Цзинянь: «...» Черт побери, князь, не улыбайтесь так! Ваше лицо в морщинах — это же чистое пугало!

— Какая аппетитная на вид рыбина, ха-ха-ха! — Е Цзинянь наугад ткнула пальцем в воду и рассмеялась с таким буйным, необузданным и вызывающим презрение богов и людей видом, что аж дух захватило.

Услышав это, Чжоу Лу пришел в неописуемый восторг и был готов вырвать собственное сердце:

— Оказывается, принцесса тоже любит рыбку! Как же я рад встретить родственную душу!

Е Цзинянь потрогала родинку на щеке, обнажила крупные зубы и глуповато хихикнула, а в душе ее бушевал и рыдал настоящий ураган.

— Пожалуй, третий принц что-то не так понял? Я вовсе не испытываю к третьему принцу симпатии, — из последних сил попыталась спасти положение Е Цзинянь.

Чжоу Лу понимающе усмехнулся, и в его голосе зазвучало какое-то загадочное баловство:

— Ах ты проказница, принцесса, к чему эта ложная скромность? К тому же чувства всегда можно взрастить.

Какая я тебе проказница! Какая к черту скромность! Радоваться большой голове только потому, что она может защитить меня от солнца?! Если не умеешь ухаживать за девушками, так и не пытайся, чтобы не калечить ни себя, ни других!

Наконец, вытерпев этот невыносимый допрос с пристрастием, Е Цзинянь облегченно вздохнула. Но едва она вернулась во Дворец Юйсю, как ей сообщили: император устраивает вечером банкет в честь Чжоу Лу. Принцесса Янь мгновенно ощутила, как мир вокруг поблек, а солнце и луна потеряли свой свет.

На вечернем пиру Е Цзинянь со скорбным видом посмотрела на Цзи Чжо и Хуа Жунъюэ. Вы что, все пришли проводить меня в последний путь?

Эх, больше не увижу, как канцлер с императором милуются, да и пофантазировать насчет генерала Хуа больше не удастся.

Цзи Чжо помахал перед глазами Е Цзинянь какой-то штуковиной, и принцесса Янь наконец пришла в себя:

— Это что? Прощальный подарок?

— Можно и так сказать. Мой наставник подарил мне ее, принцесса, вам невероятно повезло. — Цзи Чжо открыл корочку, внутри которой лежала черная пилюля. — Больным — исцеление от всех недугов, здоровым — долголетие. Примите-ка ее немедленно, принцесса, не то я передумаю...

Не успел Цзи Чжо договорить, как Е Цзинянь быстренько проглотила пилюлю и самодовольно заявила:

— Разве можно забирать назад то, что уже подарено нашей принцессе?

Принцесса Янь и впрямь была неисправимо оптимистичной девушкой, способной находить поводы для радости даже в самые горькие минуты. Напустив на себя вид человека, который всё на свете понял, она с унтер-офицерской важностью произнесла:

— Канцлер, впредь вы должны хорошенько заботиться о моем императорском братце. — В этих словах явственно послышался прощальный наказ перед смертью.

Цзи Чжо: «...» К чему это всё вообще было?

Е Цзинянь хитро усмехнулась: «Уж я-то знаю, что просто так он мне не достался~» Хе-хе, разве за этим гордецом-братцем так легко ухлестывать?

— Эх, жаль только, что неизвестно, когда принцесса вернется из этой поездки, — вставил невинное замечание Цзи Чжо.

Самодовольство мгновенно испарилось с лица принцессы Янь.

Цзи Чжо с победным видом вернулся на свое место.

Я и так уезжаю, а он еще и душу мне травмирует! Сразу видно — не родная невестка! Хотя, сидящий на троне братец — тот и вовсе не родной брат!

Тем временем Чжоу Лу то и дело бросал на Е Цзинянь красноречивые взгляды. Банкет протекал весело — если не считать небольшого и крайне негармоничного эпизода в самом конце.

В тот самый момент, когда Е Цзинхуа поднес винный бокал к губам, прислуживавший евнух выхватил кинжал и со злостью бросился на императора.

В глазах Е Цзинхуа мелькнул ледяной блеск, он перехватил руку убийцы и слегка ее сжал: — Брясь... — кинжал со звонком упал на пол, рука нападавшего бессильно повисла, а лицо побледнело.

— Уведите его на допрос! — Е Цзинхуа запечатал у преступника точки акупунктуры и бросил сбежавшимся стражникам: — Сделайте так, чтобы он не умер.

Увидев это, Чжоу Лу занервничал. Стоило ему приехать сюда, как тут же происходит такое!

Е Цзинхуа устремил на Чжоу Лу суровый взгляд и холодно потребовал:

— Разве третий принц не должен дать мне объяснений?

— Я вовсе не знаю этого человека! — запаниковал Чжоу Лу.

Голос Е Цзинхуа прозвучал леденяще:

— И тем не менее третий принц привез в государство Аньсянь человека, которого совсем не знает?

Чжоу Лу испугался не на шутку, ноги у него затряслись:

— Тот человек... Тот человек не имеет ко мне никакого отношения...

Е Цзинхуа холодно усмехнулся:

— Что ж, тогда третьему принцу придется пересчитать всех членов своей делегации и проверить, не пропал ли кто-нибудь.

И впрямь, в свите Чжоу Лу обнаружилась пропажа одного человека.

Побледневший Чжоу Лу поспешно забормотал:

— Я... я правда понятия не имею, я же... — Он хотел сказать: мол, в государстве Аньсянь столько народу, как я могу всех упомнить? Но сообразив, что человека привел во дворец именно он и только благодаря этому тот смог подобраться к Е Цзинхуа, а также чувствуя свою вину, он мог лишь выдавить из себя: — Я действительно не ведал об этом! Надеюсь, император не попадет в чужие сети и это не омрачит дружбу между нашими странами. Маленький князь приносит императору свои извинения за собственную опрометчивость.

— Князь, как же вы после этого можете ожидать, что мы в государстве Юньи со спокойным сердцем отдадим вам принцессу? — вздохнул канцлер Цзи с видом глубокого разочарования.

— Император... — Чжоу Лу умоляюще посмотрел на Е Цзинхуа.

— Относительно этого брачного союза третий принц может больше не заикаться, — тоном, не терпящим возражений, произнес Е Цзинхуа. — Мы в государстве Юньи сами во всем разберемся и расследуем инцидент с убийцей. А третьему принцу лучше поскорее вернуться домой и навести порядок у себя в стране.

Чжоу Лу с поникшей головой испуганно пробормотал:

— Благодарю императора. — Если об этом узнает император-отец, меня снова ждет порция наставлений!

На следующий день Чжоу Лу с тяжелым сердцем покинул государство Юньи.

Е Цзинянь, пережившая чудесное спасение и расцветшая после всех невзгод, презрительно скривилась: «Тц, знала же, что такой тип, как Чжоу Лу, в Юньи и двух дней не проживет».

Обычно те, кто чудом избежал гибели, внезапно начинают страстно любить жизнь, и Е Цзинянь, разумеется, не была исключением.

Императорский братец был просто безупречно хорош! Его боевые навыки! Его аура! Его истинно королевское величие!

А канцлер подарил мне пилюлю, я же еще ляпнула такое, чтобы задеть его — ну просто не человек!

И хотя ей прямым текстом заявили, что император-отец и вдовствующая императрица давным-давно мечтали выдать ее замуж, Е Цзинянь, которая всегда верила во что угодно, кроме голых фактов, со слезами на глазах помчалась во Дворец Мэйлэ к вдовствующей императрице, чтобы выразить свою благодарность.

— А-а-а! — едва переступив порог дворца, завопила Е Цзинянь и бросилась к родителям.

Вдовствующая императрица с улыбкой раскинула руки...

Но Е Цзинянь угодила прямо в объятия Е Чжэ:

— Император-отец!

Затем она перевела взгляд на Су Цинлуань и сладко протянула:

— Матушка!

Су Цинлуань, эта мелочная женщина, предпочитавшая мстить за обиды не отходя от кассы, с умилением произвела вердикт:

— Янь-эр и пополнела, и загорела.

Лицо Е Цзинянь мгновенно перекосилось, и она уставилась на отца.

Су Цинлуань тоже посмотрела на Е Чжэ.

— И впрямь пополнела, — непоколебимо встал на сторону супруги Е Чжэ.

Принцесса Янь тут же почувствовала себя жертвой жестокого обращения. Что ж она такого сотворила, за что ее подвергают столь оскорбительным нападкам на личность? Почему, стоило ей переродиться, всё так обернулось? Братец суров, матушка с батюшкой язвят на каждом шагу, невестка — та еще черносердечная интриганка! Ей перед лицом этих древних людей просто не совладать! Ладно уж, пусть она не главная героиня, но почему ее должен домогаться этакий грубый чурбан Чжоу Лу? Разве в романах героини не должны легко и непринужденно становиться княгинями и вершить великие дела? Принцесса Янь решила, что ей срочно необходимо остыть!

Едва разгневанная принцесса Янь удалилась, вдовствующая императрица Су заявила, что уже целую вечность не видела Чжо-эр, и с нетерпением принялась подбивать императора вызвать канцлера во дворец — со страшным энтузиазмом!

Тем временем в Резиденции канцлера сам канцлер Цзи отбивался от своей скучающей пуще прежнего матушки.

— Ну что, переспали? — Тан Кэюй больше всего на свете волновали сердечные дела сына, особенно те пикантные подробности в ту самую ночь.

Вернемся мыслями в то самое неловкое утро, изобиловавшее товарищами-свиньями...

Е Цзинхуа только переступил порог спальни, как до его слуха донесся треск и грохот. Можете не сомневаться: это вся Резиденция Цзи палила петарды, празднуя столь знаменательный день.

Тан Кэюй, снова сменившая лицо, с жаром усаживала гостя за стол, а получив вежливый отказ — точнее, то, что она посчитала вежливым отказом, — упрямо сунула ему за пазуху пригоршню фиников и вдобавок впихнула вареное красное яйцо.

Цзи Чжо с виноватым видом сопровождал своего императора до самого выхода из резиденции, про себя думая, что матушка вечно его позорит.

И вот уже несколько дней подряд на утренних докладах этот император смотрел на него еще холоднее, чем прежде.

Эх, тяжела ты, доля моя!

— Хорошая штука? — Тан Кэюй помахала перед его носом маленьким белым флакончиком, привлекая внимание и напрочь лишенная какого-либо стыда, подобающего женщине феодальной эпохи.

Цзи Чжо: «...» Он еще даже не опробовал ее.

— А? Сынок, ты снизу? Да ладно! Неужели я допустила такой просчет в извечном вопросе направлений? Неужели твой сын ради любви решил остаться внизу? Или это маленький император тебя того... принудил?

Узнай Цзи Чжо об этом, он бы наверняка пришел в дичайший восторг: как? Маленький император сам проявил инициативу?

Узнай об этом маленький император — презрительно скривил бы губы: кто вообще станет домогаться Цзи Чжо!

— Впрочем, неважно, матушка потом будет чаще варить тебе суп из свиных рулек, чтобы подкрепить силы~ — назидательно произнесла Тан Кэюй. — Войдя во дворец, прислуживай императору как следует. И кстати, все говорят, что задний дворец — это змеиное гнездо интриг и зависти. Сынок, ты должен хорошо спать и вкусно кушать, только так у тебя будет достаточно сил, чтобы справляться со всеми этими наложницами. Да, и еще: если не вернешься навестить родных в статусе императрицы, можешь даже не показываться на пороге!

Что за извращенная система ценностей? Цзи Чжо с бесстыдным видом принялся исправлять матушку:

— Жить в согласии, отвечая добром на зло — вот наши славные традиции семьи Цзи.

Разве что в легендах.

Его матушка будто очнулась от сна, запоздало осознала истину и согласно кивнула.

Императорский указ от вдовствующей императрицы подоспел очень быстро, и перед самым выходом во дворец Цзи Чжо похлопал мать по плечу:

— Сиди тихо дома и сторожи ворота. Не бойся, отец наверняка рыщет где-то в поисках тебя и точно не упустит случая поболтать со старыми сердечными подругами~

Тан Кэюй скрипнула зубами: Маленький паршивец!

...И вообще, этот проклятый старый негодяй хоть сколько-нибудь серьезно ищет старуху?

http://bllate.org/book/29281/3556430