Два цичуна обсудили и внесли небольшие правки, а убедившись, что всё в порядке, Си Юнь и Эйдвей принялись за подписание документов.
Два военных цичуна, которые просто сидели в сторонке и чувствовали себя обделёнными вниманием, были искренне рады, что у сюнчуна в доме не иссякает вода и ещё можно перекусить сладостями — по крайней мере, им не пришлось чувствовать себя слишком неловко.
Миллер поначалу думал, что в этих отношениях всё исходит исключительно от Эйдвея, но теперь видел, что это не так. Вот только почему у него самого вдруг слегка заболели зубы?
Гарсия, наблюдая за этим, мысленно порадовался за thượng jiàng (генерала), но вслед за этим с горечью подумал, что в нынешние времена находятся же цичуны, которые вытаскивают одиноких холостяков на улицу только ради того, чтобы добить их.
Глава 11. Учитель
С тех пор как Миллер в прошлый раз сопровождал Эйдвея в гости к сюнчуну, его настрой всякий раз круто менялся, стоило ему узнать, что те двое снова встретились.
В тот день ему посчастливилось заглянуть в брачный контракт, и в целом документ выказывал Эйдвею глубокое уважение.
Как только договор будет подписан, он вступит в силу автоматически и окажется под защитой имперских законов.
Миллер очень завидовал другу и в то же время искренне радовался за него. Вот только дурачок Кокс где-то услышал об этом и даже приплёлся к нему домой с предложением подписать такой же договор между ними, чтобы хоть в чём-то угодить себе.
Получивший трындюлей Кокс до сих пор так и не понял, почему Миллер тогда разозлился, но всё же искренне перед ним извинился.
Вообще-то они с Миллером были родом из одного и того же места — отдаленной и бедной планеты. Позже в качестве студентов по спецнабору они прибыли на Центральную Звезду, успешно поступили в Первый императорский военный колледж, а уже после познакомились с Эйдвеем.
По сравнению с прохладным и отрешенным Эйдвеем, Миллер из-за семейных обстоятельств всегда обладал не самым крепким здоровьем, из-за чего производил на окружающих впечатление хрупкого фарфора с Древней Синей Звезды.
Они были знакомы долгие годы, и Кокс никогда не смел злить Миллера. Даже когда физическая форма Миллера улучшилась, Кокс продолжал относиться к нему по-старому, смертельно боясь довести цичуна до какого-нибудь нервного срыва.
Кокс заглянул к Миллеру отдохнуть от забот. Стоило ему толкнуть дверь, как до него донёсся голос Эйдвея:
— Поймали ли зачинщика того взрыва, который прогремел некоторое время назад?
— Ещё нет. Цичуны из патрульного отряда упустили даже звёздный корабль, не говоря уже о том, чтобы поймать самого преступника.
Услышав о ходе поисков, Эйдвей вспомнил того цичуна, которого видел тогда на месте происшествия, и в груди шевельнулось недоброе предчувствие.
Миллер удивился, что Эйдвей интересуется этим делом, однако сам он считал, что патрульным цичунам следовало бы потренироваться получше — они уступали даже военным цичунам из его собственного подчинения.
Прошло столько времени, а поймать негодяя до сих пор не смогли.
Кокс вошёл в комнату, подхватил со стола стакан и сделал жадный глоток, озадаченно переводя взгляд на Миллера:
— Вы о чём тут судачите?
— Да так, обсуждаем… — начал было Миллер, но тут же заметил, что Кокс держит стакан, из которого он только что пил. — Ты что творишь? Это же мой стакан.
— Знаю. Но я сейчас дико хочу пить, одолжи ненадолго, чего ты. У тебя тут посуды кот наплакал — в следующий попрошу Бушира привезти тебе пару дюжин. — С этими словами он допил остатки воды.
— Вот же дурачок.
В кабинете он сидел один, зачем ему горы посуды?
Миллер посмотрел на опустевший стакан и мысленно уговорил себя не злиться: в конце концов, этот цичун дурил не первый день.
Эйдвей лишь беспомощно вздохнул. С тех пор как они познакомились в военном колледже, подобные сценки разыгрывались регулярно, и теперь он научился воспринимать их с полным спокойствием.
— Вы тут болтайте, а у меня дела, я пойду.
— А, хорошо.
Эйдвей вышел из кабинета и закрыл дверь. Сквозь узкую щель до него донеслись обрывки голосов двух спорящих цичунов.
Спустившись вниз, он обнаружил сообщение от своего учителя: тот велел заглянуть к нему после того, как будут закончены все военные дела. Хотя Эйдвей не знал, зачем понадобился наставнику, в тот же вечер он отправился в путь.
Добравшись до поместья, он заметил у входа ожидавшего его цичуна.
— Дядя Эван, я принёс вам чаю.
Эйдвей подошёл ближе и передал подарочную коробку стоявшему перед ним цичуну в костюме дворецкого.
Дядя Эван был адъютантом его учителя. В прошлых сражениях он получил ранение, защищая наставника, а после увольнения со службы устроился дворецким в его дом.
— Ох, спасибо, малыш Эйд. — Эван с улыбкой принял коробку. — Проходи скорее, маршал приготовил сегодня твоё любимое блюдо.
— Хорошо.
Шагнув внутрь, Эйдвей увидел, что за столом уже кто-то сидит.
— Учитель, — поприветствовал он.
— А вот и малыш Эйд, — раздался спокойный голос. — Оставайся-ка ночевать здесь.
Эйдвей перевёл взгляд на учителя. Как и многие военные цичуны, прошедшие через горнило многолетних войн, Брайан нёс на лице печать прожитых лет. Хотя в уголках его глаз при улыбке собирались лучики морщинок, он по-прежнему излучал властную ауру, далеко превосходящую ту, что была свойственна цичунам его возраста.
В своё время Брайан прославился блестящими боевыми заслугами и дослужился до звания маршала. Впрочем, тогда он обменял свои военные заслуги у Жучиного Императора на особую сделку, вычеркнув собственные данные из Брачного центра.
Над едой поднимался густой пар, а мягкий свет ламп падал на накрытый стол.
Закончив ужинать вместе с Брайаном, Эйдвей неспешно последовал за учителем в беседку.
— До меня доходили слухи, что у тебя появился сюнчун с очень высоким процентом совместимости, — внезапно заговорил старый маршал.
— Да, он очень хорошо ко мне относится, — с улыбкой в глазах ответил Эйдвей.
Брайан, разумеется, ничего не знал о деталях их отношений, однако в Военном министерстве об этом уже судачили. Заваленный работой до самого сегодняшнего утра, маршал только сейчас выкроил время, чтобы спокойно поужинать с Эйдвеем.
Слушая, как Эйдвей хвалит сюнчуна, он — прекрасно зная нрав воспитанника, которого вырастил сам, — невольно проникся некоторым любопытством к этому незнакомому сюнчуну.
— Расскажи-ка мне всё по порядку, — бросил Брайан, усаживаясь в беседке и останавливая Эвана, который уже собирался уйти, приготовив чай. — Садись тоже, послушай.
Услышав слова маршала, Эван аккуратно расставил чашки с горячей водой, присел рядом и с улыбкой кивнул Эйдвею.
Тихие, неторопливые голоса потекли в наступающих сумерках.
http://bllate.org/book/28973/3508392
Готово:
