Щелк! В темной комнате зажегся свет. Один из мужчин подошел к кровати и присел, а на постели уже лежал другой.
Человек, лежавший на кровати, прижимал к себе подушку. Когда его глаза привыкли к яркому свету, он медленно их открыл. Глядя на бледное лицо того, кто лежал, вошедший молча налил ему стакан воды и достал таблетку.
— Энтони, лекарства не нужно. Ты же знаешь, это болезнь сердца. — Холл оттолкнул руку Энтони с таблеткой и просто взял стакан, чтобы выпить воды.
С тех пор как младший брат ушел, сердце Холла начало периодически болеть. Каждый раз, когда наступал приступ, невыносимая боль, от которой хотелось потерять сознание, напоминала ему тот самый день.
Энтони не стал заставлять Холла принимать лекарство, а просто положил его на прикроватную тумбочку. Там стояла рамка для фотографий, а в ней — его брат, который так радостно улыбался, его брат, которого призвал к себе Господь.
Выпив воды, Холл отставил стакан и снова лег. Это комната брата, его кровать. Каждый раз, когда боль становилась слишком сильной, он приходил сюда, чтобы полежать, фантазируя, что однажды этот озорной мальчишка вдруг появится перед ним и скажет: Брат, я вернулся, я тебя не напугал?
— Энтони, я скучаю по малышу, я так безумно по нему скучаю… Энтони, я не знаю, сколько еще смогу ждать… В последнее время мне постоянно снится малыш. Он говорит, что скучает по мне, что хочет домой… — Голос Холла звучал хрипло. Он обнимал любимую подушку брата, пытаясь уловить в ней хоть каплю его сохранившегося аромата.
Энтони взял рамку и впился взглядом в фото. Он бережно гладил лицо брата, его тело — все то, что когда-то постепенно исчезало у него на глазах.
— Холл… если бы малыш был жив, ему в этом году исполнилось бы девятнадцать. Как ты думаешь, какого он был бы роста? — Он помнил слова, которые оставил брат: он обещал, что будет докучать Господу, пока Тот не отпустит его обратно. Энтони продолжал ждать. Ждать возвращения брата.
— Ха, какого роста? — Холл горько усмехнулся. — Хм… наш малыш не должен быть слишком высоким, иначе… как же я буду брать его на руки? Малыш любил вставать нам на ноги, когда танцевал, любил… когда мы его носили на руках, на спине… — Говоря это, Холл изменился в лице, его голос задрожал и зазвучал с надрывом.
— Холл, я сказал отцу, что не женюсь. Я найду суррогатную мать, чтобы оставить наследника для семьи Доуг. Когда ребенок вырастет, я повезу малыша путешествовать по миру. Малыш всегда хотел покататься на лыжах в Швейцарии, увидеть пирамиды в Египте, посмотреть на Эгейское море в Греции… — Голос Энтони тоже охрип. Прошло шесть лет, а его малыш все не возвращался, и он сам уже был на пределе сил.
— Энтони… я скучаю по малышу… малыш… — Холл в муках сжал грудь, его слезы впитывались в подушку.
— Холл… — Энтони приподнял его и крепко прижал к своей груди. — Холл, единственное, что мы можем делать — это ждать. Ждать чуда… Ты сам говорил, малыш любил танцевать, стоя на наших ногах, любил, когда мы носили его на руках… и на спине…
Энтони опустил голову, скрывая свою скорбь. Если мы перестанем быть сильными, когда он вернется… как мы сможем носить его на руках и на спине?
— Энтони… малыш вернется? — Холл вцепился в Энтони, как утопающий в спасительную соломинку.
— Вернется. Мы должны верить, что малыш вернется… — Да, нужно верить, иначе как им жить дальше?
******
— Президент. — Раздался нежный голос. Тэдзука обернулся и остановился.
— Президент, поздравляю с победой! Сегодня вечером члены нашего союза японских студентов хотят пригласить вас на ужин, чтобы отпраздновать.
Ода Нобуко с обожанием смотрела на Тэдзуку Кунимицу — президента союза японских студентов Колледжа Сент-Эндрюс, вице-президента студенческого совета колледжа и, что еще важнее, одного из ведущих профессиональных теннисистов мира. Красивый, холодный, решительный — все эти черты сочетались в нем, заставляя бесчисленное множество людей терять голову, включая ее саму.
— Спасибо, — безэмоционально и сухо ответил Тэдзука. — Я буду вовремя.
На прошедшем позавчера Открытом чемпионате Германии по теннису в Гамбурге он легко взял чемпионский титул, но в душе не было особой радости или восторга. Ведь человека, с которым он больше всего хотел разделить этот момент, рядом не было. Все, что он делает сейчас — это лишь дань данному обещанию, стремление воплотить мечты, которые тот связывал с ним.
— Отлично, президент! В семь часов вечера в ресторане У-но-я. — Ода, услышав это, пришла в восторг, бросила на Тэдзуку один взгляд и, краснея, убежала.
Время еще позволяло, и Тэдзука решил отправиться в клуб, чтобы немного потренироваться, снова спрятав тоску по тому человеку глубоко в сердце.
******
— Президент, поздравляю с победой!
— Президент, это мой подарок.
— Президент, вы просто невероятны!
В отдельном зале люди, пришедшие поздравить Тэдзуку, один за другим подносили подарки. Тэдзука оставался таким же серьезным и холодным, но вежливо благодарил каждого и не отказывался, когда ему предлагали выпить.
Ода Нобуко сидела рядом с ним, а с другой стороны — еще одна девушка по имени Кэрис. Сегодня поздравить его пришли не только японцы, но и члены «отряда поклонниц Тэдзуки» из Колледжа Сент-Эндрюс, к которому относилась и Кэрис.
— Президент, вы примете участие в Молодежном теннисном турнире в Манчестере через два месяца? Мы хотим поехать и поболеть за вас. — Спросила Кэрис в разгар ужина.
Этот человек привлек ее с самой первой встречи. Высокий, статный, сдержанный, немного холодный и отстраненный — все в нем заставляло ее сердце биться чаще.
— Да, президент, вы поедете? У меня как раз будет мало лекций, я тоже очень хочу поехать поддержать вас, — тут же подхватила Ода Нобуко. Она знала, что Кэрис нравится Тэдзука, но была уверена: у нее самой шансов больше. Прежде всего, она японка, а такие, как Тэдзука, наверняка предпочитают японских женщин. К тому же ее семья по статусу равна семье Тэдзуки, а отец Кэрис — всего лишь член парламента. Подумать только, разве Тэдзука мог бы жениться на женщине, чей статус выше его собственного?
Принимая позу девушки, оберегающей его от назойливых тостов, Ода Нобуко положила ему в тарелку суши: — Президент, съешьте что-нибудь, прежде чем пить, иначе повредите желудок.
— Спасибо, — вежливо отозвался тот. Тэдзука не притронулся к еде, лишь отпил чаю.
Кэрис, заметив это, тут же наполнила его чашку: — Президент, так вы поедете? Говорят, вы никогда не участвуете в турнирах, проходящих в Великобритании, но Молодежный турнир в Манчестере — один из самых крупных, не считая четырех главных мировых первенств.
Кэрис было очень любопытно, почему Тэдзука избегает соревнований в Британии. Они уже пытались спрашивать его об этом окольными путями, но так и не добились ответа.
— В этот раз я буду участвовать, — вопреки ожиданиям Кэрис и остальных, ответил Тэдзука. Раньше он не участвовал только из-за Рёмы. В этом году Рёма не планировал выступать, поэтому он, естественно, поедет.
— А, — Ода Нобуко была крайне удивлена. — Почему президент вдруг решил принять участие? — Как и Кэрис, она была заинтригована.
— Думаю, мне пора туда поехать. — Ему стоило навестить его семью… и его самого…
— …Я же говорила, что президент не может не участвовать… — поддакнула Кэрис. Затем она бросила взгляд на Оду Нобуко. Взгляды двух соперниц столкнулись в воздухе, обменялись невидимыми вибрациями и разошлись.
Компания продолжала выпивать, и некоторые уже начали хмелеть. В этот момент одна из девушек вдруг спросила: — Президент, наша редакция газеты давно хотела задать вам один вопрос. — Это была Поти, известный в колледже репортер.
Тэдзука перевел взгляд на нее. Остальные тоже заинтересовались, а некоторые, словно предчувствуя, о чем будет вопрос, замерли.
— Президент, нам бы хотелось узнать, есть ли у вас девушка? — Поти не забыла о задании, полученном перед приходом. Хотя ей самой нравился Тэдзука, она была достаточно разумна, чтобы понимать: он не ответит ей взаимностью. Ей просто было безумно интересно, кто же та, что смогла покорить сердце этого мужчины.
— Нет. — Ответ Тэдзуки заставил некоторых заметно оживиться, а глаза Кэрис и Оды Нобуко засияли от радости.
— О, как жаль, — Поти не ожидала, что он ответит так быстро, но следующие слова Тэдзуки повергли всех в шок.
— У меня есть человек, который мне нравится, но это не девушка. — Тэдзука понимал, почему они хотят это знать. За пять с половиной лет во Франции он получил множество любовных писем, многие проявляли к нему симпатию, но в его сердце давно жил лишь один человек — тот, кого он не мог забыть и по ком скучал с каждым днем все сильнее.
— О! Это просто невероятно! Президент, неужели вы влюблены безответно? — Поти не могла поверить, что Тэдзука способен на безответную любовь. Это была самая сенсационная новость за последнее время!
— …Можно сказать и так… — Его ответ снова привел всех в замешательство. Румянец на лицах Кэрис и Оды Нобуко побледнел.
— Господи… президент, откройте нам хоть немного подробностей! Мне так любопытно, как выглядит женщина, в которую влюблен наш президент. — Поти включила свои профессиональные навыки репортера. Эта новость точно произведет фурор в колледже!
— Да… мы правда хотим знать, кто… этот человек, который нравится президенту? — Кэрис притворно сохраняла спокойствие. Она не могла поверить, что у Тэдзуки кто-то есть. За пять лет во Франции она ни разу не видела рядом с ним ни одной подозрительной особы!
На этот раз Тэдзука не ответил, лишь медленно допил вино.
При мысли об этом человеке сердце Тэдзуки снова пронзила боль. Столько лет прошло, а он так и не смог забыть того, кто шепотом называл его Ледяным капитаном, того, кто любил срывать с него очки, того, кто просто исчез.
— Президент, ну приоткройте завесу тайны! Вы так раздразнили мое любопытство, что я сегодня точно не усну. — Поти, которая думала, что ей все равно, почувствовала легкое разочарование. Ах, женщины, они вечно пытаются обмануть сами себя, — подумала она, видя, как другие отреагировали еще острее. Чтобы скрыть досаду, Поти улыбнулась.
Тэдзука выпил еще бокал и поднялся: — Время позднее, завтра утром у меня тренировка. — Он знал, что они снедаемы любопытством, но мог сказать лишь это. Он не хотел, чтобы кто-то нарушил покой того человека.
— Президент… — Поти все еще не хотела сдаваться.
— Поти… — Тэдзука коснулся своего запястья. — Тот, кто мне дорог… сейчас рядом с Господом. — Как только он это сказал, остальные тут же притихли. — У меня нет планов заводить девушку. Сейчас моя единственная цель — добиться Большого шлема, остальное меня пока не волнует.
Когда он завоюет Большой шлем, тот человек обязательно будет счастлив. Он так скучал по его улыбке.
— А… да… президент… — Поти сама не знала, почему ответила согласием. Просто, увидев мимолетную печаль в глазах Тэдзуки, она подсознательно сказала именно это.
Рядом с Господом… Поти хотелось плакать. Такому человеку, как он, должно быть, трудно полюбить кого-то, но если уж полюбил, то это чувство до мозга костей. Однако тот, кого он любит, оказался…
— Спасибо всем за сегодняшний вечер. — Сказав это, он не мог не заметить разочарования на лицах двух девушек рядом, но его сердце… было с тем ангелом.
http://bllate.org/book/28948/3506019
Готово:
