Готовый перевод Cat Alliance / Кошачий союз: Мурчащий переполох: Глава 9

На следующее утро за столом для завтрака Цзы Юй не переставал зевать; под его красивыми глазами залегли два огромных темных круга.

Ничего не поделаешь, он страдал бессонницей… Услышав вчера вечером такие жуткие вещи, он в тот же миг в ужасе сбежал.

Прикусив палочки для еды, он украдкой поглядывал на К, сидящего во главе стола. Тот был в белой рубашке с расстегнутыми на две пуговицы воротом, обнажающей бронзовую кожу, а рукава были закатаны до локтей, открывая крепкие и, казалось, очень твердые линии рук. Взгляд Цзы Юя блуждал, а в голове вертелись отвлеченные мысли: интересно, как выглядят эти руки, когда обнимают Аэлис, прекрасную, словно фарфоровая куколка?..

— Эй!

Щелчок по лбу заставил Цзы Юя вскрикнуть от боли. Он выронил палочки и схватился за лоб, отчего у него в тот же миг выскочили уши и хвост, которые теперь нервно подергивались, приветствуя окружающих.

— Не делай такое глупое лицо во время еды, — Норвегия бросил на него суровый взгляд. Сидевшая рядом Хэцзы поспешно потянулась к его руке и, встав на цыпочки, заглянула в лицо: — Брат Цзы Юй, ты в порядке?

Сказав это, она принялась легонько дуть на ушиб.

Рука у Норвегии тяжелая, поэтому лоб у Цзы Юя сразу покраснел, но от нежного дыхания Хэцзы стало намного легче. Цзы Юй слегка прищурился и увидел перед собой круглый нежный подбородок девочки, а чуть выше — пухлые розовые губки. Из-под формы выглядывали тонкие ручки и ножки, ох…

Цзы Юй растянул губы в улыбке озабоченного дядюшки и, забыв о боли, обнял Хэцзы, начав тереться об неё щекой:

— Хэцзы такая послушная, у брата Цзы Юя уже совсем не болит~

— А… о… — откликнулась Хэцзы, пытаясь вырваться, но, сколько бы она ни ерзала, освободиться не удалось. Она видела лишь, как Цзы Юй уткнулся лицом ей в грудь, улыбаясь… как бы это сказать…

— Эй! — Норвегия рывком отцепил руки Цзы Юя и одной рукой усадил Хэцзы к себе на колени. — Цзы Юй, ты что, решил превратиться в странного дядю?

А! Точно! Именно, странный дядя. Хэцзы хлопнула левой ладонью по правой руке: точно, вспомнила.

Цзы Юй надул губы. Он наблюдал, как Норвегия усадил Хэцзы поудобнее и начал кормить её хлебом со стола. Эта картина — взрослый и ребенок — выглядела донельзя умилительно, если, конечно, не брать в расчет то, что Норвегия не переставал что-то ворчать себе под нос.

— С самого утра шум и гам… — прохладно заметила Аэлис. Цзы Юй обернулся и увидел на её лице все то же холодное выражение. Вспомнив тот нежный, женственный голос, он поежился — никак не мог представить, какое выражение лица было у Аэлис в тот момент.

Впрочем, хотя его и удивила связь между представителями одного пола… да и сейчас сезон размножения, в доме полно самцов. Будучи котом, он этого не понимал, но в человеческом облике, кажется, нет ничего предосудительного.

Размышляя об этом, Цзы Юй оглядел всех присутствующих. Напротив сидел Лань Шэн с наушниками в ушах. Он ел рисовую кашу, его глаза превратились в полумесяцы, а на губах играла озорная улыбка — он явно был в отличном настроении.

Рядом Ро Мин уже в который раз с раздражением посмотрел на Лань Шэна:

— Сколько можно повторять: нельзя слушать музыку или читать во время еды, это очень невежливо!

Но Лань Шэн, не вынимая наушников, попросту проигнорировал слова Ро Мина и продолжал тихонько напевать в такт мелодии.

У Ро Мина запульсировала вена на лбу, однако он сохранил невозмутимость и изящно зачерпнул ложкой паровой омлет. На воротнике его рубашки, напоминающей вечерний наряд, была закреплена белая салфетка, чтобы не испачкаться во время еды.

Цзы Юй приподнял бровь: это уже совсем не похоже на поведение кота, верно?

Но все здесь и правда странные… Хэцзы еще маленькая, это понятно… почему же остальные не хотят найти себе пару?

Только он об этом подумал, как рядом раздался мягкий женский голос — тихий, нежный и немного смущенный:

— Прошу прощения… скажите, вы господин Цзы Юй?

— Да, это я, — Цзы Юй улыбнулся и обернулся, но, разглядев, кто перед ним, остолбенел.

К-к-к-кто эта миленькая красавица?!

Перед ним стояла очаровательная девушка в белом фартуке и косынке. У неё было круглое лицо и большие глаза, чем-то напоминавшие Хэцзы. На щеках проступил робкий румянец, влажные глаза смотрели прямо на него, а пухлые губки приоткрылись. По плечам рассыпались черные волнистые волосы, а из-под белой косынки торчали два крошечных пушистых бежевых ушка, за спиной же виднелся мягкий хвост.

…Уши… хвост…

— А! — Цзы Юй резко вскочил со стула. — Ты, ты, ты, ты…— А, меня зовут Мэн. — Маленькая женщина поспешила представиться, недоумевая, почему Цзы Юй так странно отреагировал. — Я присматриваю здесь за всеми, но последние два дня меня не было, только сегодня утром вернулась.

Мэн склонила голову набок и улыбнулась с таким простодушным видом, что Цзы Юй невольно засмотрелся. О, значит, это и есть новый обитатель? Выглядит таким красивым… Господин К тоже хорош, мог бы заранее предупредить, тогда она успела бы приготовить ему завтрак.

Размышляя об этом, Мэн ловко выудила из-за спины блокнот, раскрыла его, достала ручку и, словно на допросе, с серьезным видом уставилась на Цзы Юй:

— Поскольку я отвечаю за быт и питание всех присутствующих, пожалуйста, расскажи мне о своих предпочтениях и о том, что тебе не нравится.

— А-а… — Цзы Юй все еще пребывал в прострации. Он был уверен, что здесь живут только особи мужского пола, откуда же взялась эта милая красавица?

Тем временем Норвегия и Хэцзы по соседству одновременно погладили подбородки. М-да… кажется, они забыли предупредить его, что здесь есть еще и представительница женского пола.

— Что ты любишь есть? — спросила Мэн.

— В-все что угодно, мне неважно… — растерянно ответил Цзы Юй.

— Какие запахи тебе неприятны?

— А… ну… наверное, бензин?

— Какую мебель предпочитаешь в комнате?

— Э-э… да как сказать… ничего особенного…

— Какой твой любимый цвет? Какую музыку слушаешь? Какие телепередачи смотришь? Во сколько обычно встаешь? Когда ложишься спать? В какое время принимаешь душ? Каким гелем для душа и шампунем пользуешься? Есть ли у тебя аллергия? Любишь ли фрукты? Встаешь ли ночью в туалет? Нужно ли оставлять свет включенным, чтобы уснуть? Любишь ли ты…

Болтовня не прекращалась. Пока Мэн наконец не закончила расспросы и не удалилась, вполне довольная собой, Цзы Юй чувствовал, как голова идет кругом. В ушах все еще звенел ее звонкий голос: Ты любишь то-то? Или ненавидишь то-то?

У него кружилась голова, и, казалось, вот-вот стошнит.

— Пф. — Лань Шэн наконец выключил MP3-плеер и, подняв глаза на Цзы Юй, с сочувствием произнес: — Давно я такого не видел. Как здорово, кажется, ты приглянулся Мэн.

— П-правда? — Цзы Юй опешил, почесал затылок и слегка покраснел.

Что ж… надо признать, Мэн довольно милая…

— Можешь даже не мечтать. — Ро Мин, сидевший рядом, с джентльменской учтивостью прервал его мечтания. — Как бы она тебе ни нравилась, ничего не выйдет.

— А? — Цзы Юй растерялся. Он еще не успел толком осознать свои чувства, а уже нажил соперника в любви? Однако Ро Мин продолжил невозмутимо:

— С тех пор как Мэн стала человеком, она слишком долго общалась с девушками своего возраста, ее мышление перестроилось.

— Что это значит? — Цзы Юй склонил голову набок, не понимая. Его пушистые белые ушки, которые он еще не успел спрятать, дернулись, напоминая сахарную вату.

— … — Ро Мин, казалось, подбирал слова, пытаясь выразиться помягче, но Лань Шэн не удержался и выпалил:

— Мэн обожает смотреть на красивых юношей, которые проводят время вместе.

— … — Уши Цзы Юй снова дрогнули, а выражение лица стало еще более ошарашенным: — Ха?

После завтрака Лань Шэн и Ро Мин ушли. Норвегия повез Хэцзы в школу; говорят, заодно он собирался зайти в музыкальный магазин, чтобы заменить струны. Вчера Цзы Юй долго расспрашивал и наконец понял, что речь идет о гитаре. Норвегия даже продемонстрировал ему мастерство игры. Цзы Юй тогда подумал, что Норвегия, играющий на гитаре, — это нечто волшебное и невероятно крутое. Но не успел он об этом поразмыслить, как вдруг прикрыл рот рукой и хихикнул.

В голову пришла картина: Норвегия в обличье кота перебирает когтями струны… это точно выглядело бы уморительно.

В огромном доме остались только работающий в ночную смену он сам, Аэлис, бездельничающий К… ах да, и вечно занятая Мэн.

Сидя на балконе, Цзы Юй наблюдал, как Мэн развешивает белье, и спросил ее:

— Слушай, а как ты здесь оказалась?

— А? — Мэн обернулась и, стряхивая простыню, ответила: — Господин К спас меня. А потом… идти мне все равно было некуда, вот я и осталась помогать ему.

— Спас? — Цзы Юй моргнул, вспоминая, как К когда-то подобрал его самого, умирающего от высокой температуры под проливным дождем. — Что с тобой случилось?

— Хозяин меня бросил, — ответила Мэн, и ее ушки печально опустились. — Потом меня поймали соседские дети и начали мучить. Когда я была уже на грани смерти, мимо проходил господин К и спас меня.

— Понимаю. — Цзы Юй с сочувствием кивнул. Еще одно существо, выброшенное хозяином.

— Но сейчас я очень счастлива, — Мэн снова улыбнулась. — Господин К очень добр ко мне, да и остальные тоже. У меня каждый день полно дел, я больше не та домашняя зверушка, которой меня считали раньше. Я свободна.— Тоже верно. — Цзы Юй посмотрел на сладкие ямочки на щеках Мэн, которая улыбнулась в ответ. Под лучами солнца эта улыбка показалась Цзы Юю невероятно ослепительной: мягкие пряди волос обрамляли большие глаза, и от этого вида он невольно засмотрелся.

— Ах… — Мэн растерянно моргнула, внезапно покраснела, глаза её засияли. Прижимая к груди простыню, она подбежала ближе и спросила: — Эй-эй, господин Цзы Юй, можно мне тебя сфотографировать?

— Сфотографировать? — Цзы Юй опешил, но кивнул: — Я не против…

— Здорово! — радостно воскликнула Мэн. Кое-как досушив простыню, она стрелой вылетела на балкон. Цзы Юй ничего не понял, но спустя мгновение послышалось её частое семенящее топанье: Мэн вернулась с фотоаппаратом моментальной печати и, направив его на Цзы Юй, тут же щёлкнула.

Цзы Юй испуганно вздрогнул и только хотел заговорить, как Мэн принялась одна за другой нажимать на затвор. Из фотоаппарата непрерывно вылезали снимки, падая прямо на пол, но она не обращала на них внимания. Непрерывно меняя ракурсы, словно в неё вселился безумный фотограф, она прикусила кончик языка, и на её лице застыло выражение полной удовлетворённости.

Цзы Юй сглотнул слюну… внезапно ему показалось, что… Мэн… такая страшная… И-и-и-и…

— Девчонка. — За спиной внезапно раздался холодный голос. Мэн замерла, несколько неестественно опустила камеру, забегала глазами и глуповато хихикнула.

— Гос… господин К…

— М-м? — К наклонился ближе, разглядывая камеру в руках Мэн. — Опять фотографируешь… На этот раз за сколько собираешься продать?

— Эм… Ну… — Мэн обливалась холодным потом, её огромные глаза хлопали в испуге, а сама она отчаянно подавала Цзы Юю сигналы о помощи. Цзы Юй ничего не понял, но догадался, что Мэн, похоже, просит его о поддержке, и поспешно выпятил грудь, делая шаг вперёд.

— Господин К, Мэн просто помогала мне сделать несколько снимков.

— … — К поднял взгляд на Цзы Юй. Всего один взгляд — его глубокие чёрные зрачки излучали такую подавляющую волю, которой невозможно было противиться. Цзы Юй на мгновение остолбенел, а К уже отвёл взгляд, опустил голову и поднял с пола фотографии.

— М-м… Твои навыки фотографа всё так же хороши. — Произнёс К, снова бросив взгляд на Цзы Юй. — А ты не задумывался, почему она решила тебя сфотографировать?

— А? — Цзы Юй покачал головой. — Разве… разве есть какая-то причина?

— … — К уголки губ тронула улыбка, больше похожая на усмешку. Цзы Юй испуганно ахнул: а! Опять это выражение лица! В прошлый раз, когда он разозлил того рослого мужчину, К посмотрел на него точно с таким же выражением, а потом сказал…

— Идиот. — Тот же тон, та же интонация. Цзы Юю показалось, что над его головой прогремело несколько раскатов грома.

Он сказал это! Сказал! Он снова это сказал!

Воспользовавшись моментом, Мэн быстро подобрала разбросанные по полу снимки и, пустив в ход своё миниатюрное телосложение, яростно прижала фотоаппарат к груди и шмыгнула под рукой К. Цзы Юй поспешно бросился следом — он ни за что не хотел оставаться с господином К наедине! Ни за что на свете!

Когда оба скрылись из комнаты, К посмотрел на снимок, всё ещё зажатый у него в руке. На фотографии Цзы Юй обернулся через плечо, и его янтарные глаза ярко сияли под лучами солнца. Угол падения света был идеальным, словно подчёркивая мягкие линии его лица. На выражении его запечатлелся лёгкий испуг, однако этот вид всё равно был невероятно милым и выглядел донельзя наивным, вызывая невольное желание приблизиться.

Поразмыслив немного, К сунул снимок в нагрудный карман, засунул руки в карманы брюк и, развернувшись, вышел из комнаты.

— Фух! Опасно-то как! — На кухне Мэн хлопала себя по груди, переводя дыхание, и, обернувшись на вошедшего Цзы Юя, сначала спрятала фотографии в карман фартука и только потом заговорила: — Господин Цзы Юй, спасибо тебе за помощь.

— Что вообще происходит? — недоумевал Цзы Юй. — Почему из-за какой-то фотографии нужно так бояться господина К?

— Э-э… ну… — Мэн поскребла щёку. — Тут есть свои определённые причины.

Цзы Юй озадаченно приподнял брови: после того, как она испугалась до полусмерти, кому вообще придёт в голову верить, будто господин К к ней хорошо относится…

— Кстати. — Мэн положила камеру на стоящую рядом тумбу и повернулась к меню. — Сегодня в обед будет кое-что очень вкусное.

— Правда? — Цзы Юй обрадовался и тоже заглянул через плечо. Их головы соприкоснулись, лица оказались нос к носу — со стороны это выглядело до неприличия интимно, но оба, одинаково наивные в некоторых вопросах, даже не заметили этого.

— Это ещё что такое? — увидев в меню странное название, озадаченно спросил Цзы Юй.

— Это фуа-гра с обжаренными морскими гребешками, французское блюдо, которое любит господин Ло Мин.

Мэн обычно составляла меню, учитывая вкусы абсолютно каждого, и все блюда на столе были разными. К счастью, она обладала прирождённым кулинарным талантом: стоило ей походить на несколько занятий в кулинарный кружок, как её мастерство взлетело до небес. К настоящему моменту не было такого блюда, которое могло бы её затруднить — от основных блюд и горячих супов до десертов, она умела готовить всё. В свободное время она даже подрабатывала кондитером в пекарне и была поистине мастером кулинарного искусства.

— … — Цзы Юй бегло просмотрел меню и обнаружил там и китайские, и японские, и западные блюда — настоящая россыпь кулинарных изысков. Теперь-то он понял, почему в предыдущие два дня, когда остальные ели доставку на дом, у всех были такие недовольные лица: оказывается, они уже были полностью избалованы домашним шеф-поваром…

— Время подходит, мне пора готовить. — Говорила Мэн, одновременно выпроваживая Цзы Юя за дверь. — Господин Цзы Юй, поди займись чем-нибудь другим.

— О, хорошо. — Цзы Юй кивнул, а затем спросил: — Не нужна помощь?

— Ни капельки не нужна! — улыбнулась Мэн. На кухне главной была она!

Выйдя из кухни, Цзы Юй снова затосковал от скуки. Подумав, что неплохо бы выйти прогуляться, тем более до обеда ещё далеко, он поднялся наверх переодеться. Спустившись обратно, он обнаружил, что К, который только что смотрел телевизор в гостиной, куда-то исчез. Ну… впрочем, неважно, наверное, снова ушёл на улицу. Норвегия тоже говорил, что господин К не умеет сидеть на месте.

Выйдя из гостиной и свернув в коридор, он услышал из кухни голос Мэн:

— Господин К! Так нельзя!

Цзы Юй резко остановился, в его голове мгновенно всплыл ночной голос Аэлис. Стоп!

Цзы Юй прищурился: неужели этот господин К — настоящий зверь?! Хотя сейчас действительно сезон любви, но зачем же так сразу!

С этими мыслями Цзы Юй со всех ног бросился обратно на кухню, с размаху пнул дверь и закричал: — Господин К, прекратите!

Тишина…

Оба человека на кухне перевели взгляды на стоящего в дверях Цзы Юй. Цзы Юй решительным шагом вошёл внутрь, мысленно уже смирившись с тем, что его сейчас изобьют. В любом случае, он не собирается быть трусом, притворяющимся, будто ничего не заметил!

Только вот…

— А? — Мэн моргнула, разглядывая одежду Цзы Юя. — Господин Цзы Юй, ты куда-то собираешься?

— Э-э… — Цзы Юй тоже моргнул, переводя взгляд на двоих в комнате: Мэн вцепилась обеими руками в меню, а К тянул за другой его конец, с совершенно бесстрастным лицом глядя на непрошеного гостя.

— … — К молча приподнял бровь, выражая немой вопрос.

— Вы… что делаете? — не понял Цзы Юй.

— Во всём виноват господин К! — Мэн надула щёки. — Он заставляет меня переписать меню!

— … — Значит, вовсе не то, о чём он подумал…

— Вы… продолжайте… я пожалуй пойду. — Цзы Юй махнул рукой, развернулся и попытался с окоченевшим видом скрыться, но его воротник внезапно кто-то схватил сзади.

— Ты, подожди. — Произнёс К, при этом вплотную приблизившись к нему.

Мэн стояла в сторонке и наблюдала за ними: один высокий и дикий, другой изящный и красивый. Что это за ощущения? Что это за ощущения?! Чёрт возьми, что это за ощущения?!

Брызнула струя крови из носа, градус возбуждения резко подскочил, сердце забилось в бешеном ритме.

Поводив сияющими глазами туда-сюда с пару секунд, она приняла мудрое решение: сейчас им просто необходимо побыть вдвоём!

— Господин К, я пойду постираю бельё!

С этими словами она упорхнула.

— Ой! Мэн! — рука Цзы Юя рассекла воздух. Не успел он позвать на помощь, как его резко развернули, и, придя в себя, он обнаружил, что оказался накрепко прижат к груди К.

— Что ты себе только что навоображал? — раздался низкий голос.

— Э-э… ничего…

— И не знал, что ты так любишь подслушивать чужие разговоры у дверей. — К протянул палец, приподнял подбородок Цзы Юя, заглянул в его глаза и злорадно искривил губы в усмешке.

— …Чего?

— Прошлой ночью. — К понизил голос, почти касаясь губами уха Цзы Юй, а его горячее дыхание обожгло кожу. — Разве ты не подслушивал то, что происходило между мной и Аэлис?

— …Кхм! — Цзы Юй чуть не плюнул К в лицо и изо всех сил постарался сохранить невозмутимость, пытаясь оправдаться: — Нет, это не специально, случайно получилось…

К тому же он услышал всего пару фраз и сразу убежал! Он вовсе не подглядывал и не подслушивал подло!

— А только что ты снова подумал, что я занимаюсь тем самым, да? — К пропустил мимо ушей его оправдания и продолжил допрос.

— Нет-нет-нет-нет. — Бедняга замахал головой, как китайский болванчик.

К на мгновение умолк: глуповатый вид Цзы Юя сейчас казался ему невероятно забавным. Ещё за завтраком он обратил внимание на его мимику: этот парень то бормотал что-то себе под нос, то зависал, то бросал украдкой взгляды на Аэлис, то на него самого, то краснел, то принимал озадаченное выражение лица.

Надо же… откуда у него столько смен настроения и выражений лица!

— Разве тебе не хочется узнать, до какой стадии мы дошли с Аэлис? — в К проснулся редкий огонёк вредительства, и он пристально посмотрел на Цзы Юй.

— Чего? — Лицо Цзы Юя то бледнело, то покрывалось румянцем. — Я… э-э… можно мне не знать?

— Нельзя. — К слегка прищурил глаза и высоко вскинул бровь.

У-у-у! Да он просто жульничает!

http://bllate.org/book/28879/3492274