Кэ Жань обнял его, слегка выпустив феромоны, чтобы тот надышался вдоволь.
— Всё, слезай, опоздаешь скоро. — Кэ Жань похлопал Лу Инин по пояснице, призывая его отпустить руки.
Лу Инин с неохотой слез с него, возбужденный так, будто накачался адреналином: — Сегодня я точно сдам всё отлично! Ни за что не позволю классной руководительнице тебе звонить!
— Тогда желаю мне удачи. — Кэ Жань прилепил защитную наклейку на место, в левую руку взял рюкзак, в правую — Лу Инин, и со всей этой ношей они вышли из дома.
Пожалуй, феромоны Кэ Жанья действительно обладали воодушевлюющим действием: Лу Инин посчитал нынешний вариант невероятно простым. Сверив после экзамена ответы с Чжао Цзыши, он мысленно начал прикидывать, какую награду сможет потребовать у Кэ Жанга, если получит по математике высший балл.
— Послушай, не мог бы ты перестать корчить такую умильно-влюбленную рожу? Тот, кто не знает, подумал бы, закачайся ты до смерти в учебу. — Чжао Цзыши закатил глаза, одолжил у соседа по передней парте зеркальце и сунул его Лу Инину под нос.
Лу Инин потрогал лицо в отражении и с невероятным нарциссизмом изрек: — Я такой красивый, грех не влюбиться в учебу в ответ. Жаль, что это безответная страсть, всё мое сердце принадлежит Кэ Жаню.
Чжао Цзыши: — …Кэ Жань знает, что у тебя такая бесстыдная физиономия?
Лу Инин: — В его глазах я послушный и пай-мальчик, конечно, он не знает.
Чжао Цзыши тут же закатил глаза еще сильнее, чем минуту назад.
— Так, все посторонние вещи убираем, начинается следующий экзамен. — Классная руководительница вошла с пачкой бланков и застыла у кафедры в ожидании звонка.
Это был экзамен по комплексу естественнонаучных предметов. На второй странице Лу Инин почувствовал, как сердце ухнуло вниз: среди заданий обнаружился тип задач, который Кэ Жань разбирал позавчера. Но тогда он слушал невнимательно, в голове крутилось лишь то, как вкусно пахнет Кэ Жань. Если он не сможет это решить, то даже высший балл по математике, пожалуй, не спасет — награду придется урезать наполовину.
До самого вечернего ухода из школы Лу Инин оставался погруженным в уныние. Кэ Жань взял из его рук рюкзак, взглянул на угрюмое лицо и не удержался от подначки: — Я уже могу готовиться к звонку от классной руководительницы?
Лу Инин покачал головой: — До вызова родителей дело вряд ли дойдет, просто награда, которую я хотел у тебя попросить, похоже, накрылась медным тазом.
Кэ Жань потрепал его по макушке и легко усмехнулся: — Всего лишь контрольная. Если твое место в рейтинге поднимется, дать тебе награду вполне возможно, но если упадет…
Дальнейшего он не договорил, но Лу Инин понял: — Если упадет, я сам попрошу добавлять мне по лишнему бланку тестов каждый день.
Кэ Жань остался очень доволен его сговорчивостью: — Умница.
Лу Инин: — Раз уж я такой умный и послушный, можно мне вечером попросить разрешить поесть на улице?
Кэ Жань: — Умница, не едим.
Лу Инин: — …
Кэ Жань завел мотор и терпеливо объяснил: — Я знаю, что в последние дни тебе пришлось несладко, но на спине и лбу корочки сошли всего пару дней назад. Если как следует не соблюдать диету, останутся шрамы — и что тогда делать? Ты же не хочешь красоваться с большой отметиной на лбу?
Лу Инин попытался спасти положение: — Съесть всего лишь чуть-чуть, наверное, ничего страшного?
Кэ Жань окончательно исчерпал все аргументы и зашел с другой стороны: — Знаешь ли ты, как сильно у меня болело сердце, когда я обрабатывал тебе раны пару дней назад? Пока тебе плохо хотя бы день, мне плохо целый день.
Уголки губ Лу Инина поползли вверх, и он уже не мог их сдержать. Даже понимая, что Кэ Жань просто умасливает его, он всё равно чувствовал себя невероятно приятно.
— Я спрашивал врача, твои раны заживут еще через четыре-пять дней, так что потерпи немного, хорошо?
Тон Кэ Жанья звучал ровно, но Лу Инин автоматически накладывал на него фильтры, поэтому сейчас голос Кэ Жанга казался ему нежнее воды, а их отношения — воплощением сладости и трепета. В таких условиях — не говоря уже о том, чтобы просто питаться пресной пищей — если бы Кэ Жань заставил его решать по вечерам еще два лишних теста, он бы ни капли не возражал.
Кэ Жань, сосредоточенный на вождении, боковым зрением заметил, что уголки губ Лу Инина, стоило им приподняться, так больше и не опускались. Он одновременно чувствовал себя и смешно, и горько: Лу Инина каждый раз удавалось так легко умаслить — неизвестно, хорошо это или плохо.
Лу Инин не догадывался, о чем тот думает. Если бы узнал, то в следующий раз непременно усложнил бы задачу Кэ Жаню, чтобы тот не мог так просто им манипулировать.
Хорошее настроение сохранялось всю дорогу — ровно до тех пор, пока родители не позвонили ему по видеосвязи. После этого звонка вечер определенно пройдет безмятежно.
— Алло, Сяонин, добрый вечер, как поживаешь в последнее время? — заговорила Лу Ваньлин, его родительница-альфа. Естественно, как только вызов соединился, она заметила белоснежный пластырь и тут же встревожилась: — Что у тебя со лбом? Ты ранен?
— Я в порядке, на уроке физкультуры случайно прилетел баскетбольный мяч. Мама, у вас с папой тоже всё хорошо? — сдержанно улыбнувшись, Лу Инин бросил взгляд в сторону Кэ Жанья, который находился с ним в комнате, но в кадр не попадал.
— И у меня, и у твоей мамы всё хорошо. А вот ты, Сяонин, на физкультуре будь осторожнее: эти альфы целыми днями носятся как угорелые, среди них хороших людей по пальцам пересчитать, тебе стоит держаться от них подальше, — посоветовал его родитель-омега Мэн Юньцин.
— Да, я знаю. Папа, мама, не волнуйтесь, я позабочусь о себе. — Лу Инин не хотел заводить с ними долгих разговоров, поэтому, даже внутренне протестуя, на поверхности охотно со всем соглашался.
— Через несколько дней мы вернемся навестить тебя. Слышали, ты пошел в выпускной класс, постараемся уделять тебе как можно больше времени в этом году, — видя, как послушен Лу Инин, добавил Мэн Юньцин.
— Не нужно! — сорвалось у Лу Инина прежде, чем он успел подумать, и взгляд снова метнулся к Кэ Жаню.
Лу Ваньлин и Мэн Юньцин почти одновременно нахмурились. Заметив это, Лу Инин поспешно нашелся что ответить: — Я имел в виду, что вы заняты работой, вам не обо мне беспокоиться. Я отлично устроился в семье Кэ, брат Кэ Жань каждый день помогает мне с учебой, мои оценки постоянно растут.
— Хотя поступление очень важно, нельзя же так изнурять себя. Если не поступишь — поезжай учиться за границу, мы с твоим папой сможем всё устроить. — Лу Ваньлин заметила на письменном столе стопку рабочих тетрадей и несколько только что исписанных бланков; она испытывала некоторое недовольство, но не смела говорить слишком резко, боясь вызвать у Лу Инина бунтарскую реакцию.
— Не нужно, я сам поступлю в университет Ц., мне не требуется ваша помощь. — Лицо Лу Инина помрачнело с видимой глазу скоростью, а тон стал жестким.
— Ха-ха, твоя мама просто к слову сказала, Сяонин, не принимай близко к сердцу, мы все в тебя верим. — Мэн Юньцин, поняв, к чему идет дело, поспешил сгладить углы.
— Да-да, мама просто ляпнула не подумав. Мой сын такой умный, в любой университет поступит по щелчку пальцев. — Лу Ваньлин отделалась шуткой, перевела тему и принялась показывать Лу Инину подарки, которые собирается привезти на родину.
http://bllate.org/book/28807/3482148
Готово:
