Это тайное пространство, наполненное отрицательной энергией, словно взорвалось: бесчисленные потоки энергии пришли в движение.
Вокруг Цзян Яньшэна и Цинь Ияна огромный огненно-красный лотос запылал яростным пламенем. Огонь сжигал дотла всю отрицательную энергию, стекавшуюся к ним.
Пламя разгоралось всё сильнее, постепенно распространяясь во все стороны.
Яньшэн и Иян оказались внутри огненного красного лотоса. Законы вокруг Яньшэна под действием пламени на мгновение рассеивались, но быстро вновь собирались, защищая его и Цинь Ияна.
Разноцветные цепи, пронзавшие тело Ияна, становились всё длиннее.
Эти цепи, образованные отрицательной энергией, постепенно превращались в её первоистоки в этом пространстве. По ним энергия устремлялась в тело Цинь Ияна, который учился устойчиво управлять ею и разбирать её свойства.
Яньшэн прижимал голову Ияна к своей груди. Вокруг него мерцал свет духовности: он оберегал последнюю крупицу рассудка Ияна и чистоту света его духовности.
Окружающая энергия оказывала слишком сильное воздействие на обычных людей.
Если бы Яньшэн не защищал душу Ияна сиянием собственной духовности, она, скорее всего, изменилась бы под влиянием энергии. Тогда его характер мог бы полностью преобразиться, а освоенные законы — исказиться.
Огненно-красное пламя скользило вдоль тела Яньшэна и змеиного хвоста, обвивавшего Ияна, всё дальше распространяясь по его телу.
Огонь обжигал чешую Яньшэна, и белый змеиный хвост в отблесках пламени казался потемневшим.
От Яньшэна во все стороны начали расходиться законы духовности, и состояние Ияна становилось всё устойчивее.
Пламя охватило их обоих целиком, обжигая законы, которыми они владели.
Единственным законом, воплощённым в этом огне, была Пустота. Всё, чего касалось его пламя, в конце концов исчезало.
Цинь Иян постиг и сотворил этот огонь прежде, когда поглощал отрицательную энергию.
Даже пустынное пространство абсолютной пустоты, которое Яньшэн видел раньше, было создано Ияном.
Когда он полностью овладеет всей отрицательной энергией, это тайное пространство погрузится в Пустоту и скроется там.
Закон Пустоты Иян постиг совсем недавно. Но теперь его пламя окружило их и доставляло немало неприятностей.
Из-за огня скорость поглощения отрицательной энергии Ияном немного снизилась, а Яньшэну приходилось осторожно защищать собственное тело, чтобы не получить ожоги.
Пламя целиком окутало обоих, однако сияние духовности вокруг Яньшэна упорно продолжало подниматься сквозь огонь.
Каким бы могущественным ни было пламя и какие бы особые законы оно ни воплощало, жизненная сила Яньшэна ничуть не слабела. Его неукротимая жизненная сила и чистая душа в огне сияли лишь ярче.
К сожалению, волосы и одежда Яньшэна не выдержали огня и попросту исчезли.
Увидев, насколько страшно это пламя, Яньшэн задействовал законы, чтобы сохранить хотя бы часть волос.
Его прежде довольно длинные волосы сгорели, оставив лишь короткую стрижку.
Одежда тоже была уничтожена. Не сообрази Яньшэн вовремя открыть доступ к внутреннему пространству и убрать туда своё снаряжение, пламя, вероятно, испортило бы и его.
Источником огня был сам Иян: пламя рождалось из его тела, поэтому на него не действовало.
Теперь он медленно открыл глаза. Сначала взгляд оставался мутным, но очень скоро потухшие глаза вновь ожили. Иян не отрываясь смотрел на Яньшэна, державшего его в объятиях, и не мог поверить собственным глазам.
Яньшэн неторопливо опустил голову, встретился с ним взглядом и улыбнулся одними глазами. Казалось, настроение у него было превосходным.
Горевшее вокруг них пламя сомкнулось в светящийся огненный кокон, и очертания обоих постепенно исчезли.
Бесчисленные потоки отрицательной энергии хлынули к светящемуся кокону в самом центре тайного пространства. Сосредоточившись вокруг него, они постепенно уплотнялись в материальные цепи.
Цепи протягивались от кокона к внешним границам пространства, готовясь поглощать отрицательную энергию их мира.
Цепей становилось всё больше; они стремительно опутывали кокон, прочно удерживая его в самой середине.
В светящийся кокон ударяли неисчислимые потоки отрицательной энергии, в том числе заключавшие чрезвычайно могучие законы и силы.
Но стоило им коснуться кокона, как эти законы и энергии становились послушными и смиренно отдавали ему всю свою силу.
Сжатая энергия обращалась в цепи, соединённые с миром. По ним всевозможная отрицательная энергия, порождённая движением мира, поступала в кокон.
Огромный светящийся кокон мерно пульсировал, точно сердце. При каждом ударе неисчислимые цепи с грохотом содрогались.
Вокруг клубилось бесчисленное количество энергии, но сам кокон никак не менялся и продолжал ритмично биться.
С каждым его ударом цепи вздрагивали и сталкивались друг с другом, издавая звонкий перестук.
От каждого столкновения заключённые в них энергии начинали сливаться. Следуя естественным законам, смешавшиеся силы видоизменялись и складывались в причудливые маски.
Бесчисленные маски парили в пространстве. Каждая воплощала определённый вид отрицательной энергии и его законы; некоторые рождались из слияния нескольких сил. Все они были разными, без единого точного повторения.
Сквозь маски проходили цепи, превращая их в узлы общей системы.
Отрицательная энергия, возникавшая в их мире, по пути к кокону проходила сквозь множество масок.
Часть её сначала попадала в маски, которые очищали её и направляли в кокон самую сущность законов и способностей, заключённых в этой энергии. От этого кокон становился всё могущественнее.
Неисчислимые маски дрейфовали в пространстве, а светящийся кокон безостановочно пульсировал, словно живое сердце.
В безмолвном пространстве раздавались только глухие звуки столкновений масок и цепей. Но это был не обычный звук ударяющихся предметов — так звучало соприкосновение самих законов.
Обычные существа не могли его услышать, как не могли своими глазами увидеть Великое Дао.
Звуки сталкивающихся законов раскрывали заключённые между ними тайны и чудеса.
Те, кто был способен их услышать, в той или иной мере оказывались созвучны этим законам и могли обрести глубокое прозрение.
По мере движения мира источников отрицательной энергии становилось всё больше, и новые маски продолжали рождаться.
Каждая отличалась от остальных. Одни выглядели совершенно обычно, другие пугали, словно демонические личины, третьи были тонко и изящно изготовлены.
Их окраска тоже различалась. На первый взгляд разноцветные маски казались пёстрыми и беспорядочными, однако благодаря их рождению и существованию нагрузка на мир заметно уменьшилась.
Маски могли поглощать примеси отрицательной энергии и очищать заключённые в ней законы и свойства. Трудно было представить себе что-либо более ценное.
На самом деле эти маски стали совместным творением Яньшэна и Ияна. Лишь объединив все свои законы и замыслы, они смогли создать в насыщенной смертью области маски, связанные с цепями первоистоков отрицательной энергии.
Каждая демоническая личина воплощала отрицательную энергию, внушавшую страх обычным обитателям мира, и одновременно поддерживала устойчивость самого мира.
Кокон в самом центре пространства продолжал медленно биться. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем однажды его пульсация начала замедляться.
В тайном пространстве уже возникло огромное множество цепей и масок. Куда ни взгляни — в небе, на земле, в воздухе — повсюду были они. Их оказалось столько, что невозможно было даже приблизительно сосчитать.
По мере замедления пульсации вокруг начали возникать удивительные явления.
В пространстве внезапно вспыхнули разноцветные молнии. Они обвивали цепи и скакали по ним. Разряды били в парящие маски, и те одна за другой падали вниз.
Упавшие на землю демонические личины принялись двигаться по каким-то загадочным траекториям. В окружающем пространстве ощущались колебания формации.
За пределами тайного пространства бесчисленные светила звёздного неба продолжали своё движение, а отрицательная энергия мира потекла сюда всё мощнее.
Едва достигая границ пространства, её потоки тут же захватывались разными цепями. Цепи всё удлинялись, а свободной энергии оставалось всё меньше.
В самом тайном пространстве больше не возникало разрозненных потоков отрицательной энергии и законов: всё превратилось в цепи. В сравнении с тем, каким Яньшэн увидел его по прибытии, теперь оно казалось необыкновенно просторным и пустым.
И не только теперь. Пока существует Иян, отрицательная энергия будет стекаться к нему, становиться всё более могучими цепями и превращаться в его собственную силу.
В самом центре пространства светящаяся точка, похожая на сердце, продолжала глухо стучать. Удары становились всё реже, пока наконец не прекратились.
Кокон вспыхнул ослепительным светом. Составлявшие его цепи начали меняться: словно живые, они неспешно шевелились и переползали друг через друга.
Бесчисленные демонические личины кружились, взлетали и подпрыгивали вокруг светящейся точки. Окружающий мир опять изменился, и вслед за движениями масок тайное пространство погрузилось во мрак.
Здесь и там тускло засветились чёрные чешуйки. Они поглощали окружающую отрицательную энергию разных свойств, постепенно формируя новые демонические личины.
Чешуйка оказывалась в самой середине лба каждой новой маски.
Каждая чешуйка поглощала свою силу и свойства, так что созданные маски тоже вмещали самые разные способности.
Внезапно светящаяся точка, сложенная из цепей в самом центре, раскололась, и показались фигуры Цзян Яньшэна и Цинь Ияна.
Вокруг обоих разливались мощнейшие колебания силы. Жизненная энергия и сияние духовности вокруг Яньшэна несколько потускнели, но, как ни странно, этот приглушённый свет казался ещё ослепительнее прежнего.
От Ияна исходило несравненно более грозное давление. Рядом с ним аура Яньшэна на мгновение показалась даже слабой.
Они медленно открыли глаза. Взгляд Яньшэна был ясным, глаза же Ияна горели алым. Впрочем, разум быстро вернулся к нему. Заметив перемены в них обоих, он испытал чувства, которые было трудно выразить словами.
Цепи, когда-то пронзавшие Ияна, давно исчезли. Теперь они свободно кружили вокруг него, подчиняясь столь же легко, как собственные руки.
Все эти цепи были первоистоками отрицательной энергии. Теперь Цинь Иян словно воплощал собой совокупность всей отрицательной энергии мира.
В этом пространстве ему подчинялась любая энергия — разумеется, лишь пока он оставался внутри него.
За его пределами он по-прежнему мог управлять отрицательной энергией, но уже не столь свободно и непринуждённо, как здесь.
Они опустились на землю. Яньшэн слегка шевельнул змеиным хвостом, и тот превратился в две ноги.
Изумрудные лотосовые листья преобразились в лёгкое полупрозрачное одеяние, скрывшее его тело. Яньшэн поднял голову и с любопытством принялся разглядывать изменения во внешности Ияна.
На нём был красный халат, который прежде сотворил для него Яньшэн.
Впрочем, халат сидел слишком свободно и едва прикрывал самое необходимое. Чёрные волосы Ияна теперь были испещрены красноватыми прядями.
По длине они не уступали прежним волосам Яньшэна. В чёрных глазах тоже поблёскивал красный оттенок. Но важнее всего был солнечный узор на его груди.
Узор проступал вдоль рельефа мышц. Стоило Яньшэну взглянуть на него пристальнее, как рисунок засветился слабым алым сиянием.
Другой переменой были цепи, выходившие из тела Ияна. В целом изменения казались не слишком значительными. Яньшэн подошёл поближе и с любопытством ткнул пальцем в солнечный узор у него на груди.
При движениях Ияна узор источал неровные волны энергии. Он поймал шаловливый палец Яньшэна и взглядом велел не баловаться.
Оба с интересом оглядели новое обличье тайного пространства.
Яньшэну и самому было трудно поверить: когда Иян овладел всей отрицательной энергией, она превратилась в цепи в соответствии с его волей.
По мере поступления в пространство новых сил из их мира цепи будут становиться длиннее и крепче.
Потрясающее зрелище. Яньшэн протянул руку к парившей рядом демонической личине, но ладонь прошла сквозь причудливую маску.
Неизвестная энергия скользнула из маски и отвергла его прикосновение.
Увидев это, Иян нахмурился, схватил маску и встряхнул её, а затем протянул Яньшэну, предлагая взять.
Яньшэн принял маску и некоторое время вертел её во все стороны. Оказалось, что теперь она ничем не отличается от обыкновенной, если не считать странной формы.
Отрицательная энергия в ней была сжата до предела, однако оставалась поразительно спокойной. Без внешнего энергетического раздражителя она не могла вырваться наружу.
Возвратив маску в это странное пространство, Яньшэн облегчённо вздохнул и вместе с тем не смог сдержать радости.
Он открыл пространственный проход, вынул из своего внутреннего пространства карманные часы и посмотрел на движущиеся стрелки. Его охватила задумчивость.
Оказывается, они с Ияном незаметно провели здесь уже целый год. Время и вправду течёт как вода — от этого невольно становилось немного грустно.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3615205
Готово:
