После столь масштабного обмена у Яньшэна и его спутников появилось множество всевозможных ресурсов. Теперь им долгое время не придётся волноваться о нехватке материалов, подходящих для развития собственной силы.
Кроме того, Яньшэн продал государству способ изготовления усовершенствованных им телепортационных устройств. Взамен получил право посетить три тайных пространства.
Государство владело множеством тайных пространств, закреплённых на территории страны. Они не исчезали и со временем не теряли собственную изначальную силу. Посетитель каждого из них мог получить определённые, закреплённые за ним наследия.
Первым из трёх пространств, доступ к которым выменял Яньшэн, было Тайное пространство ста ремёсел.
Стоило войти туда, как пространство проверяло все освоенные человеком ремёсла, после чего помогало изучить их заново, от самых основ, упорядочить знания и усовершенствовать навыки. Для Яньшэна и его спутников, искусных в изготовлении артефактов и лекарств, это место было идеальным.
Второе пространство предназначалось специально для разнообразных артефактов. Оно не имело названия и обладало весьма необычными свойствами.
Достаточно было поместить туда принадлежащие себе артефакты, как каждый из них, опираясь на ауру хозяина и присущие материалам законы и свойства, начинал распространять вокруг энергетическое поле, взаимодействующее с остальными.
Чем мощнее оказывалось поле артефакта, тем большую удачу и возможности он мог получить в этом тайном пространстве.
Если Яньшэн не ошибался, говорящие весы Лун Цзюня обрели разум именно там.
В ближайшее время Яньшэн собирался потратить выменянный кусочек сирана, чтобы изготовить собственный артефакт, способный развиваться вместе с ним.
А когда закончит, как раз и отнесёт его в это пространство: пусть оно наделит новое творение особыми силами. Что может быть лучше?
С последним, третьим тайным пространством Яньшэн пока не определился: выменял лишь право на посещение.
Полученные в обмен на улучшенный способ изготовления телепортационных устройств пропуска были необычными: в каждое пространство он мог провести пятерых человек.
Не считая самого Яньшэна, Цинь Ияна и Да Хэя, оставалось ещё два места. Яньшэн решил спросить Лингуана, не хочет ли тот присоединиться. Других достаточно близких знакомых у него почти не было.
Сортировать выменянные ресурсы самому Яньшэну не пришлось: Да Хэй и Цинь Иян взяли работу на себя.
Они распределяли припасы, выдавали подходящие материалы растениям и животным у себя дома, чтобы те как можно быстрее укреплялись.
Им самим тоже требовалось освоить и переработать полученные ресурсы. К примеру, выменянные божественные артефакты восьмого ранга ещё предстояло подчинить и признать своими.
Поэтому оба были очень заняты. Яньшэн сначала хотел помочь, но, узнав о его намерении создать собственный растущий артефакт, Иян и Да Хэй забрали у него всю работу, велев спокойно заниматься изготовлением.
Яньшэн спорить не стал. Он вошёл во внутреннее пространство, достал только что выменянный сиран и с жадным восторгом уставился на него.
Это было подлинное сокровище Неба и Земли, нечто противоречащее самим привычным законам мира. Стоило Яньшэну достать сиран, как все растения пространства пришли в возбуждение.
Повсюду послышался громкий шелест соприкасающихся листьев.
Хотя Яньшэн прекрасно понимал, что у этих растений нет глаз, ему казалось, будто со всех сторон на него устремились жадные, полные ожидания взгляды.
Измученный их нетерпеливой вознёй, он скрепя сердце отщипнул от лежавшего в горшке комка сирана размером с кулак крохотный кусочек величиной с ноготь.
Он бросил комочек прямо на землю перед собой. Как только маленькая порция сирана слилась с почвой, всё пространство содрогнулось от грохота, а суша начала разрастаться во все стороны.
Яньшэн огляделся. Этот участок земли, напоминавший одинокий остров посреди моря, расширился по краям на тридцать метров.
Невообразимо! Кусочка сирана величиной с ноготь хватило, чтобы расширить землю его пространства на тридцать метров. И на этом действие чудесной почвы не закончилось.
Слившись с землёй, сиран сделал её гораздо питательнее и насытил слабой силой закона земли.
Яньшэн погладил ставшую почти чёрной почву. Количество жизненной и духовной энергии в ней удивило даже его.
Он перевёл взгляд на оставшийся сиран, и в глазах вспыхнул ещё больший восторг.
— Вот уж действительно сокровище! Жаль, что его всего с кулак. Интересно, когда у меня появится целое поле, состоящее из сирана?
Яньшэн вздохнул с сожалением. До чего же заманчивой была эта чудесная земля!
Растения пространства принялись стремительно расти. Они жадно тянули корни к почве, поглощая энергию законов и питательные вещества, которые распространил добавленный Яньшэном сиран.
Всего за короткое время и без того высокие деревья стали ещё выше, а относительно небольшие цветы заметно увеличились в размерах.
Яньшэн посмотрел на них и покачал головой. Затем сел на землю, скрестив ноги, взял обеими руками горшок с оставшимся сираном и погрузился ментальной силой в тонкое постижение заключённых в нём законов.
В таком божественном материале, как сиран, таилось множество законов. Он возник естественным образом, в результате взаимодействия и столкновения различных правил мироздания. Его можно было назвать величайшим сокровищем самой земли.
Аура Яньшэна постепенно менялась, подстраиваясь под ауру сирана.
Вокруг него начали собираться законы земли. Казалось, тело покрывал тонкий слой сероватой пыли, отчего его очертания стали немного зыбкими.
По мере погружения в постижение вокруг Яньшэна начали вырастать диковинные цветы и травы. Они быстро увядали — и сразу же появлялись заново. Непонятно было даже, откуда они брались.
Аура его озарения распространилась по всему внутреннему пространству. Земля стала плотнее, а некоторым растениям удалось преодолеть прежние ограничения и превратиться в настоящие сверхъестественные виды.
Вскоре одно из растений пришло в движение: его стебель быстро перемещался над землёй, и трудно было понять, что находилось под ним. На верхушке красовалось несколько аппетитных красных ягодок.
Добравшись до Яньшэна, растение резко выдернуло себя из земли и показало подлинный облик. Выглядело оно удивительно: сверху рос нежный побег с красными ягодками, а снизу находился маленький человечек, белоснежный, будто вырезанный из нефрита.
Это оказался женьшень, обретший разум и превратившийся в духа. Малыш поднёс ладошку ко рту, и с уголка губы у него стекла прозрачная слюна. Упав на землю, капля распространила вокруг густой лекарственный аромат.
Малыш-женьшень жадно смотрел на сиран, который Яньшэн держал обеими руками. Он протянул пухлую ручку, намереваясь ухватить чудесную почву.
Но не успел он ничего сделать, как позади раздался свист рассекаемого воздуха. На голове малыша затянулся короткий красный шнурок и тут же потянул его назад.
Другой конец верёвочки держал Цинь Иян. Смотря на покачивавшегося у него в руке малыша-женьшеня, он не знал, смеяться ему или плакать.
Взглянув на Яньшэна, чья аура стала величественной и широкой, словно сама земля, Иян впервые по-настоящему осознал, какой силой обладал сиран.
— До чего же чудесный этот сиран! Одной лишь ауры, которую Яньшэн невольно испускает во время постижения, хватило, чтобы такой женьшень, как ты, обрёл разум и превратился в маленького духа.
— Настоящее чудо. Но мешать брату Яньшэну нельзя. Когда он закончит постигать законы, пользы для вас будет ещё больше. Так что ничего не порть, понял?
Цинь Иян строго предупредил кругленького, необычайно милого малыша-женьшеня, повисшего на красной верёвочке.
Тот осторожно покусывал беленький пальчик. Хоть взгляд его оставался жадным, малыш всё же послушно кивнул.
Да Хэй подполз к руке Цинь Ияна, посмотрел на малыша, высунул раздвоенный язык, а затем широко разинул пасть, собираясь проглотить женьшень одним махом.
Малыш-женьшень до смерти перепугался, забился, пытаясь вырваться. Иян чуть приподнял его на шнурке, и тот мгновенно юркнул ему за пазуху, вцепился в одежду и затрясся от страха.
Да Хэй с сожалением посмотрел на дрожащего малыша, затем оглядел пространство. Кстати сказать, растения с крупными подземными клубнями особенно легко превращались в подобных маленьких человечков.
Так, женьшень мог эволюционировать в малыша-женьшеня — того самого духа женьшеня из народных преданий. Кроме него Яньшэн выращивал очень лекарственный фаллопиевый корень, редьку, имбирь и другие растения.
У некоторых растений с клубнями чем дольше они росли, тем сильнее становились их лечебные свойства. Когда клубень приобретал человеческие очертания, при благоприятном стечении обстоятельств он мог завершить эволюцию и превратиться в такое необычное живое существо. По сути, эти малыши походили на цветочных эльфов, только были ещё необычнее.
К примеру, сущностью нынешнего малыша-женьшеня оставался сам женьшень. Даже выделяемый его телом сок обладал чрезвычайно сильными целебными свойствами. Если бы Да Хэй проглотил такого малыша, его собственная наследственная сила крови наверняка стала бы ещё насыщеннее.
Цинь Иян погладил спрятавшегося за пазухой малыша, успокаивая его. Вместе с Да Хэем он остановился неподалёку от медитирующего Яньшэна, ожидая, когда тот приступит к изготовлению артефакта.
Яньшэн заранее рассказал обоим, как собирается его создавать. Основу артефакта составит сиран, а все остальные материалы будут семенами самых разных растений.
Он намеревался собрать тысячи и десятки тысяч семян, заставить их пустить корни и переплести корешки друг с другом, а затем вокруг куска сирана сформировать особый мешочек для семян.
Мешочек должен был обладать пространственными свойствами. Кроме того, семена внутри не должны терять всхожесть: им предстояло постоянно получать питание от сирана, постепенно повышая собственные качества.
В него можно было бы складывать и другие семена. Во время хранения они тоже проходили бы питание и преобразование, благодаря чему из них было бы проще выращивать необычайные растения.
На словах всё выглядело просто, но осуществить задуманное было невероятно трудно.
Яньшэн решил превратить постигнутые им законы в нити, которые послужат основой мешочка.
Переплетённые корни семян образуют его внешнюю оболочку, а внутри, в самом сердце, останется сиран.
Соединить силу сирана с семенами в одно целое было чрезвычайно трудно. А ведь всё это нужно было ещё и объединить с законами самого Яньшэна — настоящее испытание мастерства.
Именно поэтому он теперь постигал законы сирана. Ему нужно было сперва понять их до конца, чтобы затем добиться резонанса между ними и собственными законами, установить определённое равновесие. А превратить законы в осязаемое вещество было ещё сложнее.
Когда окружающая Яньшэна аура достигла вершины, он начал действовать. Вынул комок сирана из горшка, подхватил обеими руками, и вокруг его тела вспыхнули огни всевозможных цветов.
Внутреннее пространство задрожало. Все законы, которые успел постичь Яньшэн, разом наполнили его собой.
Их очертания проступили даже в небесах. На лбу Яньшэна выступил пот, а тело слегка задрожало.
Под его управлением законы превратились в нити семи цветов: красного, оранжевого, жёлтого, зелёного, голубовато-зелёного, синего и фиолетового. Нити медленно сплетались между собой, послушные его воле, и постепенно складывались в призрачный силуэт мешочка.
Яньшэн опустил этот силуэт и окутал им сиран. Нити законов обвились вокруг чудесной почвы, постепенно объединяясь с присущими ей законами.
Множество заранее приготовленных семян вокруг Яньшэна засветилось и разом полетело к призрачному мешочку.
Семена ложились на его поверхность, словно встраиваясь в неё. Их становилось всё больше, но сам мешочек по-прежнему оставался величиной с ладонь.
Казалось, все семена разом и находились на поверхности мешочка, и не находились там.
Законы сирана начали действовать. Семена одно за другим прорастали, пускали корни и обвивали нитевидные законы.
Корни переплетались, образуя внешнюю оболочку мешочка.
Законы стали его каркасом, а законы и энергия сирана постепенно проникали во всё созданное изделие.
По мере распространения силы сирана аура всего мешочка делалась единой.
Яньшэн уже сильно побледнел. Свет вращавшегося у него за спиной диска — воплощения его божественного престола — тоже заметно потускнел.
Но он понимал, что останавливаться рано. В воздухе возникали всё новые нити законов. Они переплетались, сливались и устремлялись в мешочек, который Яньшэн держал обеими руками, образуя внутри формации и правила действия.
Ауры всех семян начали сливаться. Законы насыщали их своей силой. Сиран при этом не исчезал — напротив, казалось, даже немного увеличивался.
Под постоянным питанием, которое Яньшэн обеспечивал ему законами, сама сущность сирана стала меняться. Он постепенно сливался с Яньшэном, становясь принадлежащим ему артефактом.
Чем больше законов постигнет Яньшэн, чем сильнее станет его аура, тем больше будет производиться сирана и тем могущественнее станет этот артефакт.
Когда все семена прекратили расти, разноцветные законы, явленные Яньшэном в небе, тоже постепенно растаяли. Изготовление завершилось, и результат оказался прекрасным. У него получилось!
Измученный Яньшэн лёг на призванный им изумрудный лотосовый лист и с восторгом смотрел на паривший перед ним мешочек.
Это был его собственный божественный артефакт, связанный с самой жизнью, — «Мешочек десяти тысяч семян». По мере роста силы Яньшэна мешочек, основой которого служил сиран, мог всё глубже преобразовывать хранящиеся в нём семена.
Яньшэн мог по своему желанию управлять их развитием, внедрять в семена отдельные законы и создавать собственные необычные виды растений.
Кроме того, «Мешочек десяти тысяч семян» обладал способностью постоянно производить сиран — это бесценное сокровище Неба и Земли.
Ведь сиран возникал сам собой, в природных условиях. Однако особые свойства мешочка позволяли понемногу увеличивать количество этой почвы.
А это было невероятно важно. По мере накопления сирана земля внутреннего пространства Яньшэна будет становиться прочнее, а заключённая в ней энергия — сильнее.
Более того, поскольку мешочек мог непрерывно расти, чем больше семян удастся в него собрать, тем могущественнее он станет. Чем больше семян будет взращено в нём, тем сильнее станут и заключённые в самом артефакте законы.
Что же до атакующих способностей, в этом отношении артефакт не был особенно выдающимся. Но слабым его тоже не назовёшь.
Прежде всего «Мешочек десяти тысяч семян» мог служить усиливающим артефактом. С его помощью Яньшэн мог применять множество заклинаний, охватывающих большие площади.
Мешочек значительно увеличивал мощь магии. Кроме того, используя выращенные в нём семена, Яньшэн мог применить особое заклинание — «Разъедание всех живых существ».
Чем больше семян соберёт мешочек и чем больше разновидностей преобразует, тем выше станет разрушительная сила этого собственного заклинания.
Его действие было весьма жутким. Любой, кого поразит заклинание, постепенно начнёт превращаться в семя. Он утратит собственный разумный дух и тело, полностью преобразившись в обычное семя. Избежать этой участи после попадания было невозможно.
Даже аномальные сущности, поражённые «Разъеданием всех живых существ», неизбежно теряли свою духовную природу и бесследно рассеивались в мире.
Но у заклинания имелись ограничения. Подобную ужасную силу оно проявляло только против существ, наделённых духовной природой. На предметы без неё, например обычный камень, оно совершенно не действовало.
Впрочем, существовал и второй способ применения. Яньшэн поднёс мешочек к камню и лёгким движением выпустил «Разъедание всех живых существ». Внутри камня тут же начали расти корни растений.
Очень скоро корни оплели камень целиком и высосали из него все питательные вещества. Этот способ тоже был довольно жутким.
Тело любого поражённого существа или предмета покрывалось корнями и превращалось в источник питания, который Яньшэн мог использовать для выращивания и укрепления «Мешочка десяти тысяч семян».
Способа защититься от подобной атаки Яньшэн пока не обнаружил.
Поэтому новым артефактом он остался чрезвычайно доволен. Этот божественный артефакт, соединённый с самой его сущностью и способный расти вместе с ним, сможет сопровождать его всегда. И, вне всякого сомнения, он был очень могущественным.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3615033
Готово:
