Женщина задумалась:
— Я пойду с тобой. Если ты сбежишь, с кого мне спрашивать деньги?
Жань Чжу испуганно замахала руками и украдкой бросила взгляд на спину Линь Шуанцзян:
— Я не сбегу. Я буду растить её, я буду всегда о ней заботиться.
Линь Шуанцзян обернулась, уголки её губ изогнулись в насмешливой улыбке, адресованной Жань Чжу.
Жань Чжу испугалась её и от страха поспешно опустила голову.
В конце концов Жань Чжу всё-таки ушла с женщиной, предварительно сказав ей, что остановилась у одной семьи на въезде в деревню и все её вещи там.
После их ухода Линь Шуанцзян отправилась в ванные комнаты. Приняв душ, она вышла, завернувшись в белое банное полотенце, выбрала в шкафу длинное красное платье и переоделась, совершенно не обращая внимания на длинные влажные волосы, с которых на пол капала вода.
Линь Шуанцзян прошла в кабинет. Пока она включала компьютер, вошла женщина-уборщица, чтобы навести порядок.
Линь Шуанцзян открыла электронную почту.
Здесь было собрано абсолютно всё досье на Жань Чжу.
Вторая госпожа семьи Жань из Юньчэня, двадцать лет. В двухлетнем возрасте в результате несчастного случая она ослепла, и лишь три месяца назад ей пересадили подходящую роговицу, вернув зрение.
Донором роговицы стала родная старшая сестра Линь Шуанцзян, погибшая в автомобильной аварии.
Из-за слепоты Жань Чжу её отец и мать развелись: старший брат остался с отцом, а Жань Чжу последовала за матерью. В шесть лет мать умерла от болезни, и Жань Чжу стала жить с дедушкой и бабушкой.
Когда Жань Чжу исполнилось десять лет, её старшая тетя не вынесла домашнего насилия со стороны мужа и подала на развод. Муж тети не захотел разводиться и прямо у здания суда зарезал её. На следующий год его приговорили к смертной казни.
Дочь, рожденная тетей и её мужем — то есть двоюродная сестра Жань Чжу, которой тогда исполнилось шестнадцать лет, — была взята в семью, и они стали жить вместе.
Дедушка и бабушка уже постарели. Потеряв двух дочерей, старики слегли и тяжело болели долгое время.
Их здоровье до сих пор оставляло желать лучшего.
Жань Чжу была мала годами, к тому же ничего не видела, и сама нуждалась в уходе.
С тех пор вся тяжесть заботы о семье легла на плечи этой двоюродной сестры.
Линь Шуанцзян несколько раз перечитала информацию о двоюродной сестре и в конце концов замерла взглядом на её имени. Это имя казалось ей очень знакомым. О чём-то подумав, она усмехнулась, пропустила досье кузины и продолжила изучать всё, что касалось Жань Чжу.
Бегло просмотрев материал, Линь Шуанцзян перевела взгляд на фотографию в удостоверении личности. Девушка на снимке выглядела ещё моложе, чем сейчас, её глаза лучились улыбкой, а губы были изогнуты в полумесяцы. Пусть в её взгляде не было ни малейшего фокуса и она не видела этого мира, улыбка всё равно оставалась яркой и милой.
Заглянув в графу профессии, Линь Шуанцзян закрыла письмо.
Сколько себя помнила Линь Шуанцзян, она всегда знала, что является сиротой — бабушка подобрала её в мусорном баке.
То был день Шуанцзян, стояли лютые морозы. Малышка была завернута в полотенце, её губы посинели от холода, и она не переставая плакала.
Бабушка проходила мимо, услышала детский плач и стала искать источник звука, пока наконец не обнаружила её среди кучи мусора.
Бабушка принесла её домой, искупала в горячей воде, уложила в теплую постель и велела купить детскую молочную смесь.
Впоследствии бабушка удочерила её.
А поскольку ее нашли в день Шуанцзян, девочке дали имя Линь Шуанцзян.У бабуши не было ни мужа, ни семьи, ни родственников, и Линь Шуанцзян с самого детства жила вместе с ней.
У неё никогда не возникало мысли разыскать своих биологических родителей, и она никогда не спрашивала бабушку, есть ли у той родственники.
Полгода назад бабушка рассказала ей о своем прошлом и обмолвилась, что уже почти шесть лет не возвращалась в родные места и хочет снова на них взглянуть.
Шестьдесят лет — за это время весь мир претерпел колоссальные изменения.
Линь Шуанцзян потратила полдня на поиски и нашла родную деревню, где бабушка жила в молодости. Название деревни осталось прежним — деревня Таохуа, и многие ровесники бабушки были еще живы и помнили её.
Бабушка сказала, что хочет вернуться в деревню Таохуа пожить какое-то время, а также попросила Линь Шуанцзян побыть с ней подольше.
Поэтому Линь Шуанцзян специально подала рапорт на годовой отпуск.
Получив разрешение руководства, она отвезла бабушку в деревню Таохуа.
С момента их возвращения в деревню Таохуа прошло меньше месяца.
К счастью, еще до возвращения Линь Шуанцзян распорядилась построить в деревне два дома: один для бабушки, а второй для себя.
Дом, в котором поселилась бабушка, был возведен на месте её старого родового дома, который предварительно снесли.
А дом Линь Шуанцзян построили на участке земли, который раньше принадлежал семье бабушки.
Ныне все жители деревни разъехались кто куда, и в селе остались в основном одни старики да лишь малая горстка людей среднего возраста. Что же до молодежи и детей, то почти все они уехали в город, а те, кому повезло меньше, купили жилье хотя бы в уездном центре.
Прежние старые дома и поля в деревне Таохуа пришли в запустение. Множество земель пустовало без ухода, и после получения официального разрешения на них можно было свободно строить дома.
О собственном происхождении Линь Шуанцзян не знала абсолютно ничего, да и не желала знать.
Для неё оказаться выброшенной родными родителями на помойку в такой лютый мороз, когда те пожалели даже завернуть её в какую-нибудь одежонку, было равносильно умышленному убийству.
Поэтому она никогда не помышляла о том, чтобы разыскать родителей, даже несмотря на то, что легко могла бы сделать это при желании.
Что же касается старшей сестры, погибшей в автокатастрофе во время поисков её самой, то о её существовании Линь Шуанцзян узнала впервые.
Поразмыслив немного, она отправила несколько сообщений в Вичате.
Спустя пару минут она получила нужную информацию.
Информацию о своем происхождении.
Линь Шуанцзян бегло просмотрела текст. Дочитав до конца, она сохранила полное спокойствие — на душе не дрогнуло ни единой ряби.
Она взглянула на часы: было половине пятого вечера.
Когда она направлялась на кухню, позвонила бабушка и сказала, что не вернется домой, потому что играет в карты, и вечером, возможно, тоже задержится допоздна, так что ужин Линь Шуанцзян должна приготовить себе сама, а лечь спать ей стоит пораньше и не переутомляться.
Линь Шуанцзян ответила:
— Хорошо. Как соберетесь домой, дайте мне знать, я приду и встречу вас.
Бабушка со смехом повесила трубку.
Линь Шуанцзян вышла в небольшой дворик, набрала полную кадку воды и, взяв стоявшую рядом деревянную черпалку, зачерпнула воды и направилась к грядкам, которые сама же недавно вскопала во дворе. Посеянные некоторое время назад семена уже проросли, выпустив наружу нежно-зеленые ростки.
http://bllate.org/book/28702/3470487
Готово:
