Это была женщина, чья красота, даже при абсолютной бледности лица, всё равно заставляла сердце биться чаще.
Такой запомнил мать Шэнь Сюань.
Женщина с тревожным выражением вглядывалась в пелёнки рядом с собой. Внутри лежал крошечный мланец с плотно закрытыми глазами, синеватым лицом и пугающе худым телом.
Стоявшая рядом служанка робко молчала, пока женщина не переспросила:
— Разве они не двойняшки? Где второй ребёнок?
Тогда служанка с лёгкой радостью в голосе ответила:
— Госпожа, великая радость! Знаете ли Вы, что старший молодой господин родился прирожденным Мастером Источника, а его Сила Источника даже мощнее, чем у обычных обладателей Небесного ранга! Глава Храма только что унес старшего молодого господина в жертвенный зал и сказал, что это наверняка защита Чернолунного Прародителя, и в будущем старший молодой господин прославит Божественный Храм!
Женщина, которую назвали госпожой, вмиг озарилась несказанной радостью. Лишь спустя долгое время она пришла в себя и с сомнением посмотрела на пустующее место рядом:
— А... второй молодой господин? Глава Храма что-нибудь говорил?
Выражение лица служанки слегка изменилось:
— Глава Храма лишь бросил взгляд на второго молодого господина и обронил, что само его рождение уже является величайшей удачей, ни к чему требовать слишком многого, а слугам велел заботиться о нем как следует.
Взгляд госпожи стал сложным:
— Верно... Хоть эту беременность и считали двойней, на самом деле всё было тише, чем при обычной одиночной беременности. Боюсь, этот ребёнок ослаб еще в утробе...
Служанка утешила её:
— Тут уж ничего не поделаешь. Среди близнецов один всегда оказывается слишком сильным и забирает больше питательных веществ, в то время как второй либо не может родиться вовсе, либо появляется на свет с увечьями. Сами видите, молодой господин хоть и слаб здоровьем, но тоже хороший ребёнок.
Позже родившемуся первым сильному старшему сыну их отец лично дал имя Сюань, подразумевая, что тому суждено разительно отличаться от простых людей и стать тем, на кого все будут смотреть снизу вверх.
Младшего же сына, родившегося следом, мать назвала Син. Обычные братья, но им было суждено обрести совершенно разные судьбы.
Эта застигнутая врасплох правда заставила Шэнь Сюань на мгновение онеметь. По мере того как в его душе поднималась волна чувств, послушные доселе «воспоминания» тоже пришли в движение, и в мгновение ока перенеслись в тот год, когда «Цзи Сину» исполнилось четыре года.
Это был на вид очень живой ребёнок. Если бы не схожие черты лиц, Шэнь Сюань едва ли смог бы связать его с тем вечно хмурым юношей.
Маленький Цзи Син убегал от преследовавших его служанок, то уворачиваясь влево, то увертываясь вправо, но в конце концов был пойман и предстал перед матерью.
Мать ласково обняла его и с беспомощной улыбкой произнесла:
— Учитель говорит, что ты снова сбежал с урока и опять не желаешь делать задания. Ты всё еще не понимаешь, в чем не прав?
Маленький Цзи Син упрямо отвернулся:
— Ненавижу этого учителя! Не хочу ходить на его уроки!
С этими словами он с досадой вцепился в подол материнского платья и спросил:
— Мам, неужели я действительно не могу изучать Искусство Источника? Я тоже хочу стать Мастером Источника!
— Ах ты, разве ты знаешь, чем занимаются Мастера Источника?
— Мастера Источника умеют летать по небу! Я тоже хочу летать. — Маленький ребёнок задрал детское личико, полное наивного упрямства.
Мать на миг растерялась.
Затем внезапно раздался другой голос:
— Хочешь летать?
Это был сидевший на нижнем сиденье ещё один ребёнок. По сравнению с маленьким Цзи Сином, его осанка была куда более благородной. На нем была черная одежда с глубоким запахом, а сложный узор из вышитых серпов луны украшал его так, что он походил на слепленного из снега мальчика, стоящего среди нефрита.
Шэнь Сюань без труда узнал этого ребенка.
Это был... еще совсем юный Цзи Сюань, или, скорее... вовсе не он.
Это был лишь тот Цзи Сюань, которого знал Байли Син.
Маленький Цзи Сюань в этот момент не выражал никаких эмоций. Его чересчур темные зрачки, когда он устремлял их на кого-то, неизменно заставляли людей инстинктивно отводить взгляд.
Однако маленький Цзи Син, казалось, вовсе ничего этого не замечал. Широко улыбнувшись, он восторженно воскликнул: «Здорово!», и, прежде чем мать успела его остановить, бросился прямо в объятия Цзи Сюаня.
— Как тебя зовут? Ты тоже Мастер Источника? Как ты научился летать? — Маленький Цзи Син засыпал вопросами этого ровесника, этого незнакомого старшего брата, с которым только что познакомился, будто у него было бесчисленное множество вопросов.
Но маленький Цзи Сюань лишь бесстрастно поглазел на него пару секунд, легко поднял за шкирку, а в следующее мгновение они уже парили высоко в небе, продолжая подниматься всё выше и выше.
Пока они не взлетели так высоко, что уже никто не смог бы сказать, насколько они поднялись. Глядя на восторженное лицо маленького Цзи Сина, маленький Цзи Сюань чуть изогнул губы.
— Я Цзи Сюань, — с серьезным видом представился он и тут же разжал руки.
Пронзительный детский крик разорвал воздух.
Шэнь Сюань смотрел на эту сцену и невольно моргал: неужели в детстве я был таким вредным?
Заметка автора: Ну... Все, до вечера или до завтра _(:з」∠)_ А еще спасибо маленькому ангелу Ши Жань за питательную жидкость —
Глава 6
— Позовешь меня — и долгов передо мной станет на один меньше.
Время в «воспоминаниях» текло своим чередом.
Маленький Цзи Син рос. С того самого дня он стал видеться с родным братом всё чаще и чаще.
Случалось ли так, что он тайком пробирался в Павильон Тайных Искусств полистать древние трактаты, или украдкой бежал на полигон Источника практиковать Искусство Источника — он неизменно натыкался там на лениво сидевшего в стороне Цзи Сюаня.
А потом, чтобы тот никому об этом не проболтался, с обиженным и жалким видом выкладывал ему все свои сладости и игрушки.
Да, маленький Цзи Сюань был ребенком, помешанным на «эквивалентном обмене», причем следовал он исключительно собственным правилам. Например, когда он сбросил маленького Цзи Сина с неба, а в самый последний момент поймал, он совершенно серьезно заявил еще не пришедшему в себя малышу: — Запомни, ты должен мне один раз.
Потребовать от Цзи Сюаня молчать о его местонахождении — должен один раз; попросить Цзи Сюаня наставить его в тренировках Силы Источника — должен один раз; не понял тексты в Павильоне Тайных Искусств, Цзи Сюань перевел их для него — снова должен один раз...
В конце концов маленький Цзи Син целый год не ел никаких десертов после обеда, а все карманные деньги отдавал некому бессовестному старшему братцу, но так и не смог сосчитать, сколько же раз он задолжал Цзи Сюаню.
Юный Цзи Сюань еще не обладал тем стоическим спокойствием, какое появилось у него позже; он не умел скрывать эмоций, всегда ходил с бесстрастным лицом и насмешливым блеском в глазах. Брошенный им вскользь взгляд казался способным проникнуть в самую душу, или же выражал лишь холодное презрение к барахтавшимся внизу букашкам.
Никто не желал сближаться с таким ребенком — даже старейшины Чернолунного Храма, помимо обязательных занятий, избегали заводить с ним личные дела.
И только Цзи Син, одержимый жаждой стать Мастером Источника, раз за разом бегал к Цзи Сюаню с вопросами, когда никто другой не соглашался его учить.
Поэтому позже, когда маленький Цзи Син, обремененный бесчисленными «долгами», наловчился до предела, в тенистом углу во время какого-то ежегодного банкета Цзи Сюань вдруг схватил за шиворот Цзи Сина, собиравшегося тайком ускользнуть на полигон Источника, пока никто не видит.
Никто не мог сказать наверняка, в какой момент появлялся Цзи Сюань — в представлении Цзи Сина этот человек всегда возникал из ниоткуда.
— Эй. — Цзи Сюань пару секунд вглядывался в лицо Цзи Сина, а затем внезапно усмехнулся.
В воспоминаниях маленького Цзи Сина это был первый раз, когда он видел его улыбку: словно тающий снег, лишенная обычной детской наивности и чистоты, эта улыбка обладала естественной, ослепительной красотой.
— Ты же мой младший брат? — задал вопрос Цзи Сюань. — Почему ты ни разу не назвал меня «старшим братом»?
Маленький Цзи Син с каменным лицом про себя радовался, что Цзи Сюань, похоже, не заметил, как он снова накопил долгов. По его подсчетам, накопившихся долгов перед Цзи Сюанем ему хватило бы расплачиваться аж до шестнадцати лет.
Шестнадцать лет для ребенка, которому еще не исполнилось и восьми, казались пугающе далеким будущим.
Поэтому он ответил:
— Это было два вопроса, с тебя два долга!
Цзи Сюаня это ничуть не смутило, и он с царственным видом произнес:
— Ладно.
— Да; не хочу. — Маленький Цзи Син ответил тремя словами, решительно не давая возможности воспользоваться собой.
Цзи Сюань немного помолчал, подняв один палец:
— Позовешь меня — и долгов передо мной станет на один меньше.
— Братец! — тотчас завопил Цзи Син.
В тот день Цзи Сюань преследовал Цзи Сина, пока тот сотню раз не выкрикнул слово «братец».
Заметка автора:
А-а-а-а, я не позволю себе выпустить главу позже двенадцати!
Следующая глава вечером!
К слову, не могу не заметить, как сильно изменились характерами «Цзи Сюань» и «Цзи Син» в дальнейшем, ведь впереди нас ждет немало стекла hhhh
Глава 7
— А-Син, старший брат хочет мандаринов.
Воспоминания Байли Сина о периоде до десяти лет казались сплошь наполненными такой вот хлопотливой и теплой суетой. Он по-прежнему не желал прилежно учить навязанные матерью стихи, песни и основы управления хозяйством, ему претило возиться с сородичами, и целыми днями он придумывал всевозможные способы прорваться на полигон Источника — помимо совершенствования Силы Источника, он страстно любил упражняться с мечом и закалять тело.
Для него прирост Силы Источника всегда казался едва заметным, зато перемены в боевых навыках были видны невооруженным глазом.
Домочадцы в основном сквозь пальцы смотрели на его проказы: мать проявляла беспомощную снисходительность, отец делал вид, что в упор его не замечает, а старейшины и вовсе не возлагали на него никаких надежд, практически поставив крест.
Переломный момент наступил вскоре после десятого дня рождения Цзи Сина.
Он покалечил человека.
Это был приехавший с визитом юноша из боковой ветви Храма Чаншань.
Цзи Сюань, который считался неофициальным юным главой Чернолунного Храма, от природы ленился принимать гостей, поэтому тех мальчишек из Храма Чаншань лет восьми-девяти попросту спихнули на Цзи Сина, подходившего на эту роль лучше всех по своему положению.
Те выдающиеся ученики Храма Чаншань одновременно завидовали рожденному полубогом Цзи Сюаню и презирали слабого силой Цзи Сина. Конфликт быстро перерос в поединок, который завершился легким ранением Цзи Сина и сломанной левой рукой у его противника.
Тут-то разверзся настоящий ад.
На самом деле Цзи Син не собирался калечить парня специально. Просто до сих пор его единственным спарринг-партнером был Цзи Сюань. Привыкнув к невероятно сильному противнику, оказавшись лицом к лицу со сверстниками, которые толком не освоили мощные Искусства Источника, да и в боевых умениях были слабы донельзя, рассчитать меру силы оказалось невероятно трудно.
Но слушать его оправдания никто не стал.
Мать, прикованная болезнью к постели, с трудом прижала его к груди; в комнату ворвался мужчина, именуемый «отцом», и принялся в гневе бранить его ничтожеством.
— Тебе предстоит помогать А-Сюаню управлять Чернолунным Храмом, а ты даже с парочкой сопляков справиться не можешь. Зачем клану Цзи такой отброс?
В тот раз Цзи Син впервые услышал от этого мужчины слова о своем будущем.
Называлось это «помогать», но на деле означало выполнять черную работу. Для обычного человека со слабой Силой Источника лучшим выходом было остаться в будущем в Чернолунном Храме, чтобы разгребать мелкие дела для своего возвышенного старшего братца, налаживать связи с четырьмя сторонами, а затем заключить династический брак с другим Божественным Храмом и произвести на свет потомство с благородной кровью.
Несправедливо.
Это было первое чувство, которое так отчетливо проросло в сердце десятилетнего Цзи Сина.
http://bllate.org/book/28571/3453962
Готово:
