Он ведь и впрямь был растоплен этой искренностью.
Конечно, главная причина заключалась в том, что сотрудничество с этим человеком сулило немалую выгоду.
Они проболтали еще больше часа, утвердив конкретные детали партнерства на будущую неделю. Настроение Фу Бонина было весьма неплохим — в одном они с Се Цуньцю были очень похожи: оба действовали жестко.
Излишняя мягкосердечность всегда оборачивается платой.
В конце концов он добавил собеседника в WeChat. На аватарке Се Цуньцю красовался градиентный переход от белого к темно-синему — от него веяло суровой холодностью, простотой, но со вкусом.
Совсем как те ощущения, которые вызывал в нем этот горный цветок.
С другой стороны, Се Цуньцю по дороге домой снова вспомнил теплый аватар Фу Бонина: золотистое, но не режущее глаз рисовое поле, нарисованное от руки, — такое успокаивающее.
Лишь заметив, что сидевший впереди водитель исподтишка поглядывает на него с затаенным изумлением, он разгладил не желавшие переставать приподниматься уголки губ. Поделать-то с этим что?
Уголки рта далеко не всегда его слушались.
Он скрестил ноги и посмотрел в окно на безмятежный ночной пейзаж. В его глазах мерцал слабый свет — он уже начал предвкушать совместную работу.
Вернувшись домой, Фу Бонин сначала принял душ; немного красного вина, чуточку музыки и приглушенный свет в сочетании с ароматерапией создали расслабленную и уютную атмосферу. Каким бы занятым он ни был на работе, он никогда не жалел времени на то, чтобы насладиться подобным настроением.
Карьера была важна, но жизнь — ничуть не меньше.
Эту виллу он велел подготовить в тот же день, как переместился сюда; места жительства прежнего владельца знали как главный герой, так и главный злодей, поэтому из соображений безопасности оставаться там было нельзя.
Войдя в спальню и увидев на кровати метровую молочно-белую плюшевую крольчиху с висячими ушками, он слегка вздохнул. По правде говоря… он с трудом привыкал к чужим постелям, а засыпать без какой-нибудь мягкой игрушки и вовсе было сущим мучением — за те дни, что прошли после перемещения, он кое-как приспособился.
Он прекрасно знал об этой дурацкой привычке еще с детства, но ничего страшного.
Никто не узнает об этой мягкой соня-подружке.
На следующий день, как он и желал, события вчерашнего вечера в ресторане разошлись по знакомым. Зрячим людям было очевидно: разрыв с Вэем и Цзя был серьезным и окончательным. Те же, кто ничего не понял, вряд ли заслуживали глубокого общения.
При этом он отчетливо понимал, что эта парочка не успокоится просто так, однако сам он ни капли не переживал.
Просто отвечать на удары по мере их поступления.
В обед новый знакомый Сюэ Минъян пригласил его поесть. Они начали с обсуждения вчерашних событий, и когда собеседник в шутку припомнил наивную влюбленность прежнего хозяина тела, Фу Бонин отозвался: «Влюбчивость не так уж страшна, страшно лишь полюбить не того человека».
Сюэ Минъян задумался: а что, если влюбчивый человек полюбил того, кого надо?
Тогда это становится интересным.
Развивать эту тему дальше они не стали. Вспомнив о действиях Фу Бонина за последние пару дней, Сюэ Минъян перевел разговор: «Как бы то ни было, Цзя Шунин не тот человек, ради которого стоит стараться. Будь ты по-прежнему прежним собой, мы бы сейчас не сидели здесь за обедом и болтовней».
Фу Бонин понимающе кивнул: «Старое уйдет — новое придет».
Сюэ Минъян усмехнулся и с легким оттенком задумчивости произнес: «Я также слышал, что ты собираешься помириться с Се Цуньцю? У этого парня репутация так себе, но хватки ему не занимать».
«Именно помириться, — Фу Бонин покачал бокал с вином и продолжил: — Раньше меня использовали, но теперь я считаю, что президент Се — надежный партнер и союзник.
Что бы о нем ни говорили окружающие, неважно. Человек рождается с глазами, чтобы смотреть на всё самому».
Услышав это, улыбка Сюэ Минъяна стала шире: «Я и знал, что не ошибся в тебе! Какой смысл слепо следовать за толпой?»
Тут он лукаво подмигнул и, понизив голос, принялся делиться сплетнями: «К слову, за Се Цуньцю ухлестывало немало народу. Внешностью и манерами он и правда выделяется, вот только он законченный трудоголик, у которого на уме одна работа, да к тому же остр на язык — так людей отчитывает, что живого места не оставит. Со временем все попытки прекратились.
Этот колючий горный цветок, сколь прекрасен, столь и резок — даже не знаю, нашелся ли бы смельчак, способный с ним совладать».
Он подпер подбородок рукой и со вздохом сожаления покачал головой.
Фу Бонин на мгновение замер и произнес: «Не вижу в этом ничего плохого. Возможно, он просто еще не встретил подходящего человека. Если бы я не был убежденным холостяком, то, пожалуй, мог бы в него и влюбиться».
— А-а-а —?!
Сюэ Минъян едва не подпрыгнул, уголки его глаз нервно задергались: «Ты шутишь или серьезно?»
«Разумеется, всерьез».
Сюэ Минъян допил вино из бокала и попытался взять себя в руки. Фу Бонин совершенно не осознавал, насколько шокирующими были его слова! Он заговорил: «Хорошо хоть, что ты не планируешь заводить роман, но!»
«Но что?»
«А вдруг он сам на самом деле хочет отношений? Разве его острые ядовитые шипы не распугают всех потенциальных кандидатов?»
Фу Бонин так не считал: «По-настоящему твой человек — от тебя не сбежит».
Сюэ Минъян посмаковал смысл этих слов. И правда, что ли?
Он махнул рукой, решив больше об этом не думать, и напоследок бросил: «Если этот горный цветок и впрямь когда-нибудь влюбится, я бы очень хотел посмотреть на того счастливчика, на которого падет его выбор».
Фу Бонин тихонько рассмеялся. Человек, способный стащить горный цветок с ледяной вершины?
Стоит признать, он сам с нетерпением ждал этого.
За время после перемещения он быстро освоился с новой жизнью. Стоило загрузить себя делами, как дни полетели с невероятной скоростью, и не успел он оглянуться, как настало время встречи компаний Фу и Се для обсуждения сотрудничества.
Местом проведения выбрали Группу Се.
Изначально он вовсе не собирался ехать сам — с общим направлением они уже разобрались с Се Цуньцю, да и последние дни обменивались документами, так что отправить вице-президента вместе с проектной группой для обсуждения мелких деталей было вполне достаточно. Но!
Он внезапно вспомнил те глаза, в которых словно рассыпались звезды, и то самое неуловимое ощущение переплетения их пальцев…
Шагая по коридору к конференц-зале Группы Се, он едва сдержал желание хлопнуть себя по лбу. Какое-то безумие, чистейшее помешательство! Ехать сюда было незачем, и какого черта он вообще приперся?
Не слишком ли много чести для обычного союзника — так о нем заботиться?
Прежде чем он успел найти хоть какое-то разумное объяснение своим поступкам, из-за спины раздался холодный голос:
— С чего это президент Фу сегодня выкроил время приехать лично?
Чрезвычайно узнаваемый голос позволил ему безошибочно определить говорящего с первых же слов. Разумеется, это был его новоиспеченный союзник.
Он повернулся к подошедшему и прямо ответил:
— Разумеется, потому что мне захотелось увидеть президента Се. Это я должен у тебя спросить: ты-то сам почему явился лично?
Стоило прозвучать этим словам, как не только едва не споткнувшийся Се Цуньцю, но и сотрудники обеих проектных групп синхронно вытаращили глаза. Вы только послушайте, послушайте!
То ли они оглохли, то ли господин президент сморозил глупость?
Не слишком ли интимно звучало?
Се Цуньцю на мгновение растерялся — редкий случай для него. Фу Бонин же выглядел абсолютно невозмутимо, будто погоду обсуждал. Он уставился на собеседника долгим взглядом, всё еще не в силах постичь происходящее. Что это только что было? Самый настоящий, беспримесный прямой удар в лоб, верно?
Верно же?!
Разве их отношения зашли так далеко? Какое еще желание увидеть?! Не стыдно такое говорить!
Да он же клеится к нему!!
Глава 5
До того как переступить порог этого конференц-зала, ни один из сотрудников компаний Фу и Се не мог вообразить, что услышит нечто подобное.
Что за дикие, хищные речи, президент Фу?!
Столько лет противостоять друг другу, и вот теперь, когда заклятые враги, обладающие каждый своими силами, наконец пожали руки — это прекрасно, а наладить взаимовыгодное сотрудничество — прекрасно вдвойне. Но обязательно ли нестись вперед на всех парах?!
Это деловые переговоры или свидание?
Помощник Фу Бонина Пань Юй и помощник Се Цуньцю Хэ Сюй переглянулись, мгновенно обменявшись мыслями: это же чистой воды охота друг на друга!
У Се Цуньцю на сегодня были запланированы другие дела, но, услышав о приезде Фу Бонина, он тут же решил заглянуть сюда, прикрывшись благовидным предлогом: мол, раз переговоры о сотрудничестве проходят впервые, присутствие обоих президентов придаст процессу большую надежность.
Хэ Сюй покосился на Се Цуньцю. Он-то прекрасно знал нрав своего босса, а слова Фу Бонина… прозвучали чересчур нежно, даже если тот просто шутил.
Он мысленно вытер холодный пот.
Се Цуньцю выровнял дыхание, холодно усмехнулся и произнес:
— Я пришел потому, что прежде мы были заклятыми врагами, и я всё еще не доверяю тебе до конца. Разумеется, я должен лично присматривать за тобой.
А вот ты…
Будучи взрослым человеком, неужели ты всё еще нуждаешься в том, чтобы кто-то учил тебя, что можно говорить, а что говорить не следует?
Ну вот, глядите-ка, опять полетели колючки.
А Фу Бонин невозмутимо протянул руку и принял эти колючки, сохранив мягкую улыбку:
— Я уже говорил: я просто отвечаю честно, и сегодняшний день — не исключение. Если президенту Се и впрямь неприятно это слышать, в следующий раз я постараюсь поменьше говорить при людях.
Будь у Се Цуньцю в руке хоть какая-нибудь ручка, он бы ее сейчас непременно переломил пополам!
Строит тут из себя невинную овечку, паиньку! Нарочно он это или всерьез? Верить такому не хотелось, но глаза собеседника были искреннее золота, прошедшего огонь.
Спустя мгновение Се Цуньцю направился к своему месту, бросив с нажимом в голосе:
— При чем здесь при людях — просто вообще не говори подобного.
Фу Бонин лишь загадочно улыбнулся. Он ведь и правда был искренен, с какой стати ему лвить?
Глядя на покрытого морозной коркой Се Цуньцю, он отчетливо уловил за этой ледяной маской капельку растерянности. Да-да, именно растерянности — тот явно не знал, как на это реагировать. Вполне понятно: за столько лет ему едва ли кто-то говорил подобные вещи.
Быть может, помимо союза, они способны стать еще и друзьями?
Людей, с которыми у тебя такой сильный внутренний отклик, следует ценить и беречь.
Утро прошло в переговорах, которые продвигались весьма неплохо, а в обед Се Цуньцю пригласил всех в отдельный кабинет корпоративного ресторана.
Спускаясь вниз, он скрестил руки на груди, бросил беглый взгляд на спутника, а затем перевел глаза на их отражения в зеркальной стене лифта:
— Президент Фу держится на редкость уверенно. Если бы хоть наполовину так же вел себя в прошлом, мы бы не враждовали столько лет.
Снаружи Фу Бонин казался мягким, но когда дело касалось ключевых вопросов, обнаруживал глубокое понимание сути, действуя одновременно непринужденно и властно.
От него невозможно было отвести глаз.
Фу Бонин посмотрел на Се Цуньцю и невозмутимо парировал:
— Президент Се и сам ни в чем не уступает. Сегодня я воочию убедился в вашем коммерческом таланте — едва ли найдется много смельчаков, способных переиграть вас за столом переговоров.
Се Цуньцю обладал мощнейшей аурой: пусть он и был остер на язык, но мыслил предельно четко, аргументировал каждый шаг, и всякие показушные трюки перед лицом такой подлинной, стальной хватки могли только капитулировать, моля о пощаде.
У него были все основания для гордости — яркой и ослепительной.
Се Цуньцю бросил на него мимолетный взгляд и как раз столкнулся с глазами Фу Бонина. Чуть помедлив, он произнес:
— Буду считать это комплиментом.
http://bllate.org/book/28558/3452531
Готово:
