Он легко кашлянул, собираясь незаметно опустить штанину, но Юй Цунцянь действовал еще быстрее. Лишь бросив взгляд, он стремительно протянул руку и потянул штанину вниз, так что она оказалась всего чуть-чуть выше колен.
Су Юйнань смущенно улыбнулся ему.
Кривая привычки выпрямляется со второго раза: на сей раз он уже не чувствовал такого дискомфорта от прикосновений Юй Цунцяня. К тому же его одолевала страшная дремота, и он заснул еще до того, как все закончилось, погрузившись в полусонное состояние.
Юй Цунцянь чутко уловил, как его дыхание стало ровным и глубоким. Поколебавшись немного, он тихонько отставил баночку с мазью, а затем медленно опустил его штанину — с неожиданными для него самого терпением и мягкостью.
После этого он так и замер на месте, неподвижно стоя и глядя на спящего Су Юйнаня добрую минуту, прежде чем обойти кровать с другой стороны. Совсем тихо прилечь и понемногу, по чуть-чуть придвинуться ближе к испускавшему тепло телу.
Су Юйнань снова погрузился в сновидение.
Холод... Холод пробирал до дрожи в сердце, и он ни капли не сомневался, что вот-вот замерзнет насмерть.
Но в следующее мгновение он чудом открыл глаза.
Внезапно заметив, что в доме напротив на самом краю карниза висит маленький мальчик, цепляясь за простыню, обернутую вокруг спины, он едва держался, раскачивался из стороны в сторону и громко плакал, звякая о помощи и зовя маму.
Не заботясь ни о чем другом, он тут же вскочил на ноги — возможно, слишком резко, потому что его окоченевшее тело качнуло из стороны в сторону — после чего умело спрыгнул со второго этажа и надежно приземлился на землю. С тех пор как в средних классах он решил стать пилотом, он уделял особое внимание физической подготовке и бегал очень быстро.
К его удивлению, нашелся кто-то еще, кто бросился на помощь без оглядки. Расстояние между ними стремительно сокращалось, оба с напряженными лицами протягивали руки и задирали головы.
Маленький мальчик заливался слезами, готовый сорваться в любой момент. Он и другой парень, запрокинув головы, из стороны в сторону вычисляли точку, куда мальчик мог упасть, и четыре руки — такие решительные и сильные — в конце концов вместе благополучно поймали ребенка.
Ему показалось, что кровь во всем его промерзшем теле закипела. Но он не успел сказать лишнего слова и даже толком разглядеть того парня: вдруг возникло странное чувство, будто его душу куда-то тянут, и сознание в тот же миг затуманилось.
Очнулся он уже на больничной койке.
Строгая обычно мать смотрела на него сложным взглядом, а в глазах блестели слезы радости от обретенного чуда.
Внезапно в его груди поднялась необъяснимая обида:
— Мам...
Мать крепко прижала его к себе:
— Утром врачи говорили, что ты можешь уже не проснуться. Я пригласила мастера провести обряд призыва души, и я никак не ожидала, что это действительно сработает. Стоило мастеру закончить ритуалы, как ты миновал смертельную опасность.
Он растерянно замер в объятиях матери, не смея пошевелиться, и неуклюже попытался утешить ее:
— Угу, все в порядке...
Су Юйнань так тосковал по этому теплому объятию, что, набравшись храбрости, невольно поднял руку и тоже обнял ее.
Ранним утром щебетание птиц и ароматы цветов живо встретили восходящее солнце. Юй Цунцянь прекрасно выспался и бодро открыл глаза, но в следующее мгновение был застигнут врасплох открывшимся прямо перед ним потрясающим спящим лицом.
Его сердце неожиданно и безрассудно забилось быстрее.
Он снова незаметно любовался этим зрелищем добрую минуту, прежде чем собрался вставать, но тут же понял, что что-то не так.
Юй Цунцянь с сомнением перевел взгляд и с изумлением обнаружил, что чья-то рука обвила его танию со спины и прижала к себе.
Он машинально затаил дыхание.
Это ощущение чужих объятий во сне было удивительным. Казалось, будто в нем кто-то нуждается и на него полагаются.
Тогда Юй Цунцянь снова закрыл глаза и сладко подремал еще немного.
Су Юйнань предпринял несколько попыток и наконец успешно разлепил веки, но вставать не спешил, а на его лице застыло выражение глубокой задумчивости.
Он мысленно перебрал вчерашний сон и мог с уверенностью сказать, что первую его половину он уже видел раньше — и далеко не один раз, когда ему было восемьнадцать.
В том году он тяжело переболел, и в период восстановления ему то и дело снилось, как они вместе с кем-то другим бросились на помощь и спасли маленького мальчика.
Что же касается второй половины сна... В тот год мать действительно пригласила мастера для проведения обряда призыва души, но она вовсе не прижимала его так крепко после пробуждения, как в сновидении...
Су Юйнань невольно нахмурился, чувствуя, что здесь что-то не так.
— Проснулся? — раздался прямо над ухом низкий, бархатный голос, и мысли Су Юйнаня мгновенно сбились.
Подняв взгляд, он увидел мягкое лицо Юй Цунцяня, отбросил терзавшие его сомнения и поздоровался:
— Утро доброе.
Юй Цунцянь ответил ему тем же:
— Утро.
А затем добавил:
— Я собираюсь вставать.
Су Юйнань:
— Мгм.
Он как раз ломал голову над тем, зачем о подъеме нужно предупреждать вслух, как услышал, что собеседник заговорил — пожалуй, с некоторой нерешительностью:
— Так ты... хочешь еще немного полежать в объятиях или сначала отпустишь меня?
Су Юйнань:
— ?
Сообразив пару секунд спустя, он вдруг обнаружил, что сегодня расстояние между ними почему-то сократилось еще сильнее по сравнению с прошлым днем. Раньше они соприкасались телами лишь слегка, будто случайно, а на этот раз он ухитрился закинуть на талию Юй Цунцяня целую руку...
И теперь его приняли за того, кто обнимается!
Он вовсе не собирался его обнимать...
Су Юйнань торопливо отдернул руку, смущенно вцепился в собственное запястье, бросил быстрый взгляд на лицо Юй Цунцяня и выдавил из себя сухую улыбку:
— Вставай первый.
Юй Цунцянь, похоже, в самом неплохом настроении отправился умываться.
А вот Су Юйнань еще долго лежал пластом на кровати, погруженный в мрачные мысли.
Все те вопросы и сомнения, что одолевали его сразу после пробуждения, временно отошли на второй план.
По телевизору транслировали утренние новости. В одном из сюжетов рассказывали о том самом мужчине с ножом, с которым они столкнулись вчера в соседнем городе. Ведущий с чувством зачитывал текст с экрана: От респектабельного и преуспевающего богача до загнанного в угол игрока, а затем — до преступника, нападающего на людей среди бела дня. Что именно заставило его ступить на скользкую дорожку? Давайте посмотрим...
Су Юйнань не особо интересовался этими новостями. Бросив на экран пару взглядов, он уже собирался переключить канал, как вдруг картинка сменилась на виды улиц соседнего города, и, вглядевшись в один из жилых массивов, он резко опустил пульт.
http://bllate.org/book/28502/3446094
Готово:
