Мастер Чэнь произнес:
— Мост.
— Мост? Какой еще мост? — ошеломленно переспросил Сунь Яо.
Не успел Сунь Яо договорить, как вторая половина фразы застряла у него в горле, потому что он вспомнил: когда они шли сюда, никакого моста здесь не было, кругом простирались лишь широкие асфальтированные дороги.
— Мы только что прошли по обычной улице, а теперь на этом пути из ниоткуда... вырос мост!
Подобное случалось и раньше — например, когда нечисть заморачивала людям головы или напускала морок, все происходило точно так же. И то, с чем они столкнулись на этот раз, должно быть, представляло собой нечто подобное.
Мастер Чэнь сложил пальцы правой руки в печать, и тончайшая струйка алого цвета проступила сквозь сияющую белизну кожи на его кончиках. Даже не нахмурившись, он легко взмахнул рукой, и в его ладони из ниоткуда возникла детская погремушка. Сунь Яо уставился на открывшуюся картину, разинув рот от изумления и лишившись дар речи.
— Э-э-это...
— Погремушки никогда не видел? — бросил Мастер Чэнь и небрежно покрутил игрушку.
Дон-дон-дон — после трех ударов мост перед ними исчез, вновь превратившись в прямую и ровную дорогу.
Мастер Чэнь крепко зажал погремушку в кулаке, а та беззвучно задрожала, испуганно моля о пощаде, и даже перевела взгляд на Сунь Яо в надежде, что тот замолвит за нее словечко.
Мастер Чэнь предупредил:
— Еще раз посмотришь — и я тебе мембрану порву.
Нечисть вздрогнула, боясь даже вздохнуть полной грудью, и послушно замерла на ладони Мастера Чэня, во всей красе демонстрируя, что такое слабость, жалость и полное отсутствие помощи.
— Снова... — дрожащим голосом выдавил Сунь Яо. — Опять какая-то нечисть?
Мастер Чэнь уточнил:
— Хочешь взглянуть? Ну ладно, просто в этом Городе К слишком много круглых дураков, иначе в обычное время на такую дрянь точно не наткнулся бы.
Сунь Яо торопливо замахал руками:
— Не хочу!
Но было уже поздно — сопротивление Сунь Яо запоздало. Мастер Чэнь ткнул его в межбровье пальцем, испачканным еще не высохшей кровью.
Когда Сунь Яо снова открыл глаза, он с удивлением понял, что в руке у Мастера Чэня вовсе не погремушка — тот отчетливо держал за шкирку низкорослого демона. Тварь уродилась невероятно уродливой, ростом от силы сантиметров сто двадцать-тридцать, с редкими сухими волосами рыжеватого оттенка. Ее руки и ноги отличались от человеческих: между пальцами тянулись перепонки, судя по всему, чтобы удобнее и быстрее плавать в воде.
— Этот водяной дух, также известный как водяная обезьяна, рождается из утонувших в воде живых людей. Души погибших в реках и озерах не подчиняются Подземному Миру, посланники преисподней не могут их схватить, поэтому единственный способ для водяной обезьяны переродиться — найти себе замену. Они оборачиваются привычными вещами вроде кастрюль, мисок, тазов или одежды и плавают на поверхности воды, заманивая детей. Стоит схватить такую вещь в руки, как она тут же принимает истинный облик и утаскивает человека на дно, где тот тонет. В воде эта тварь обладает чудовищной силой, пожалуй, с ней не справится и дюжина взрослых мужчин.
Мастер Чэнь окинул водяную обезьяну в своей руке «доброжелательным взглядом», от которого ту чуть не хватил удар прямо на пути к перерождению.
— И что теперь делать с этой штукой? Ты ведь не собираешься тащить ее с собой?
Страх Сунь Яо понемногу отступал, уступая место странному спокойствию.
— Пока что заводить питомцев в мои планы не входит, — брезгливо бросил Мастер Чэнь. — К тому же симпатичными бывают только те, что с шерстью. Разве лысая макака сойдет за домашнее животное?
Водяная обезьяна: «……»
Ты силен — твоя и правда. Этот бедняжка обижен, но этот бедняжка молчит.
Сунь Яо заметил:
— Эй, смотри, она что-то держит в лапе. Похоже на нефритовый подвес.
Мастер Чэнь послушно опустил взгляд и действительно разглядел в лапе водяной обезьяны матовый блеск нефрита. Уголки его губ взметнулись вверх в улыбке, от которой Сунь Яо пробрала ледяная дрожь. Ему даже стало немного жаль эту обезьяну: какую же глупость нужно было совершить, чтобы в качестве жертвы выбрать такую грозу демонов, как Мастер Чэнь?
— Хочешь, чтобы я тебя отпустил?
Водяная обезьяна закивала.
— Деньги есть?
Помотал головой.
— То, что держишь в лапе, пойдет в уплату долга.
Мастер Чэнь обнажил два ряда белых зубов, источая устрашающую жажду убийства.
Водяная обезьяна опустила глаза на сокровище в своей лапе, затем подняла их на Мастера Чэня, словно безмолвно предупреждая: если не отдам, сегодня на ужин подадут тушеные мозги обезьяны. С писком покачав головой, водяная обезьяна сунула нефритовый подвес прямо за пазуху Мастеру Чэню и уставилась на него своими красными глазенками, выражая единую мысль: взятка принята, теперь-то мне можно идти?!
Мастер Чэнь разжал пальцы, и тварь мгновенно юркнула вниз, нырнув в открытый люк ливневой канализации.
Сунь Яо все еще пребывал в растерянности:
— Погодите-ка... Я слышал, водяные обезьяны водятся в прудах и водохранилищах, но неужели они живут и в городской канализации?
Мастер Чэнь пояснил:
— Везде, где есть вода, водится эта нечисть. Говорят, порой за ночь она успевает сменить восемь прудов, так что водяные обезьяны встречаются даже там, где отроду никто не тонул.
Сунь Яо отупело кивнул и машинально придвинулся к Мастеру Чэню на шаг ближе. А затем, пока они шли, Мастер Чэнь с удивлением обнаружил, что Сунь Яо практически залез к нему на руки.
Мастер Чэнь отстранил руки и ноги прилипчивого спутника с абсолютно равнодушным выражением лица:
— У меня есть пара, я не принимаю ухаживания от любовников на третьестерочных ролях.
Сунь Яо: «…………»
Тем временем мимо них проехало такси, наконец-то соизшившее остановиться, но тут же скрылось вдали. Сунь Яо еще успел расслышать донесшийся по ветру голос водителя, говорившего на чистейшем путунхуа:
— Вот блин, эта Усадьба семьи Фан такая проклятая, среди ночи двое мужиков обнимаются и тискаются! Если я остановлюсь, не сожрут ли они меня... Нет-нет, моя невинность должна достаться моей будущей жене.
Вернувшись в отель, Мастер Чэнь сразу же принялся искать информацию об Усадьбе семьи Фан. Сетевые зеваки любили посудачить, и вскоре Мастер Чэнь докопался до правдивых слухов.
В те годы этот самый Фан Линшань был избалованным младшим господином из богатой семьи, который частенько хаживал по увеселительным заведениям и театрам. В конце концов молодой господин потерял голову от одного актера: тот, по слухам, обладал такой неземной красотой, что юноша при виде него просто лишался дар речи.
Потеряв способность думать о чем-то еще при встрече с актером, молодой господин вознамерился взять его в мужья и привезти в дом. Но его матушка оказалась суровой женщиной: она тут же приказала слугам переломать артисту ноги и бросить его в реку.
После гибели актера молодой господин погрузился в тоску и чахлые дни, а вскоре и сам отправился вслед за любимым.
Проскроллив экран и закончив чтение, Мастер Чэнь задумчиво произнес:
— Кто бы мог подумать, что этот молодой господин Фан окажется однолюбом. Неудивительно, что тот призрак так одержим им — его душа едва не рассеялась, а он все продолжает искать своего возлюбленного.
Сунь Яо удивился:
— Раз так, почему молодой господин Фан сам не разыскал этого актера? По идее, раз оба погибли, им самое время соединить судьбы в браке?
Конечно же, события многолетней давности невозможно было объяснить парой сухих фраз.
Мастер Чэнь машинально погладил гладкий и прохладный нефритовый подвес, нащупав на нем шероховатые неровности. Опустив глаза, он прочитал вырезанные на нефрите два иероглифа: Фан Шэн.
http://bllate.org/book/28437/3437612
Готово:
