Мам... после экзаменов ты ведь тогда нашла его? — помолчав несколько секунд, всё же спросил Ай Чжожань.
Су Хуэйлань кивнула без тени смущения и произнесла: — Кажется, да. Вы тогда как раз к экзаменам готовились, и я боялась, что вы оба не сможете расставить приоритеты, вот и сказала ему пару слов, попросила, чтобы он тебе не мешал.
Она говорила прямо, но, немного помолчав, добавила: — Если оглянуться назад, выходит, что это у меня тогда кругозор был узким. Этот парень оказался и с характером, и вполне надежным.
Видя, что Ай Чжожань молчит, Су Хуэйлань добавила: — Знаю, тебе наверняка неприятно об этом слышать. — Она вздохнула, и её голос смягчился. — Но мама тогда тоже переживала за тебя. Кроме моего развода с твоим отцом, ты с малых лет не знал тягот, и я боялась, что сгоряча ты пойдешь за ним, ввяжешься во всё это и испортишь себе выбор. Но теперь вы оба выросли, у каждого своё дело, так что, если смотреть на перспективу, это всё-таки было неплохое решение.
Она сделала паузу и продолжила: — Впрочем, в том, что касалось прошлых лет, я тоже была неправа. Позже я узнала, через какой кошмар тогда прошла его семья, и всё равно наговорила тех слов — это и правда было бессердечно. Теперь вы оба взрослые люди, и вам самим решать, как общаться. Мама больше не будет в это вмешиваться, лишь бы ты был счастлив.
Мать с сыном проболтали больше получала. В основном Су Хуэйлань рассказывала о планах на пекинский филиал и расспрашивала, не устаёт ли он на работе, больше не возвращаясь к теме Хань Чуня. Обида на мать, засевшая в сердце Ай Чжожаня, постепенно рассеялась. По правде говоря, в случившемся нельзя было винить только её: мать руководствовалась лишь переживаниями и высказала собственные соображения, а то, что они упустили целых девять лет, в конечном счете, возможно, сводилось к проблемам их двоих.
Когда Су Хуэйлань ушла, уже совсем стемнело. Ай Чжожань вел машину домой, когда на дороге телефон тихо визгнул от пришедшего сообщения. Хань Чунь прислал весточку: «В отделе по борьбе с экономическими преступлениями официально открыли дело, часть активов Чжао Лимина уже заморожена. Материалы для инвестиционного комитета я почти привёл в порядок, давай в следующую среду сверимся по финальной версии?»
Самое обычное рабочее сообщение, ни единого лишнего слова.
Ай Чжожань крепче сжал руль и, ожидая зелёного света светофора, долго смотрел на экран. Он то стирал, то заново набирал текст в поле ввода и в итоге ответил всего четырьмя иероглифами: «Хорошо, спасибо за труд».
Следующие два дня Ай Чжожань просиживал в лаборатории, досконарая проверяя данные предварительного эксперимента, и не отдыхал даже в выходные. Хань Чунь подряд два дня проводил предварительные совещания перед заседанием инвесткомитета, переписал модель оценки в трех вариантах, и привычка засиживаться допоздна стала для него нормой. Словно две параллельные линии, которые пересеклись на время, они разобрались с общими делами и вновь разошлись каждый по своей колее — четко и без малейшего смещения.
В среду утром Ай Чжожань с ключевыми данными проектной группы отправился в переговорную неподалеку от Шэнцзин Цэпитал.
Это была их первая личная встреча лицом к лицу после повторного рассмотрения.
Хань Чунь прибыл пораньше и уже разложил все материалы. Увидев входящего, он чуть кивнул: — Пришёл. На столе вода и ячменный чай, тёплый.
— Спасибо. — Ай Чжожань сел, положил принесённые с собой документы на стол, и за всё это время не проронил ни одной лишней дежурной фразы.
Все три часа согласования они говорили исключительно о проекте: расчете темпов набора участников, корректировке планов реагирования на риски, исправлении оценочной модели и вопросах, которые могут прозвучать на инвесткомитете. Ни единого слова о личной жизни, тон поддерживался на уровне безупречной профессиональной дистанции, и тем не менее ход мыслей оставался неизменно точным и синхронным.
Завершив сверку последней страницы, Хань Чунь закрыл папку и поднял взгляд на Ай Чжожаня: — Вопросов практически не осталось, инвесткомитет мы должны пройти. Если понадобятся правки, я скажу Линь Сяо синхронизировать с тобой данные.
— Хорошо, спасибо. — Ай Чжожань тоже начал собирать вещи. Его пальцы случайно коснулись чашки с ячменным чаем, и он машинально поднял глаза на Хань Чуня. Тот как раз сидел, опустив голову и приводя в порядок бумаги; линии его профиля были резкими, а под глазами залегли едва заметные тени от бессонных ночей — было очевидно, что в эти дни он тоже отдыхал мало.
Внутри у Ай Чжожаня что-то дрогнуло, и ему захотелось бросить нечто вроде «не засиживайся допоздна», но слова застряли на самом́ уходе. В конце концов он лишь подхватил портфель: — Тогда я сначала вернусь в компанию, у меня ещё встреча по поводу последующего наблюдения за испытуемыми.
— Я провожу тебя вниз. — Хань Чунь поднялся.
— Не нужно, тут всего пара шагов. — Ай Чжожань отмахнулся, не давая ему возможности проводить себя, развернулся и вышел из переговорной.
Хань Чунь так и остался стоять на месте, провожая глазами его спину, пока та не скрылась за углом коридора.
Вернувшись в офис, Ай Чжожань столкнулся с Вэнь Юем, который нёс отчёт о наблюдениях.
Доктор Ай, это сводка по испытуемым за прошлую неделю, я отметил все отклонения от нормы — там сплошь легкие побочные эффекты, на проект они не повлияют. — Вэнь Юй протянул документы. — Кстати, разбирая старые архивы, я случайно наткнулся на список победителей того конкурса и даже увидел ваше имя. Стыдно признаться, но я ведь в студенческие годы просил у однокурсника скопировать ваши конспекты с соревнований, выучил оттуда столько подходов к решению задач, почерпнул для себя невероятно много.
Он говорил непринужденно, и в его тоне явно читалось восхищение.
Это всё было очень давно. — Ай Чжожань улыбнулся, принял документы и бросил дежурную фразу в ответ.
Тогда не буду отвлекать, вы заняты. — Вэнь Юй улыбнулся и удалился.
Листая отчёт, Ай Чжожань отметил про себя, что данные выстроены аккуратно, а отклонения помечены чётко — работа действительно проделана скрупулёзная.
В разгар полугодовой встречи по наблюдениям из больницы внезапно позвонили, причем голос звонившего звучал крайне встревоженно: — Доктор Ай, у нас у 27-го испытуемого после приема препарата резко возросли показатели ALT и AST, они уже в три раза превышают норму. Мы пока приостановили прием лекарства, как нам действовать дальше?
— Проведите повторную проверку функции печени, я сейчас выезжаю, — ответил Ай Чжожань.
Чжан Лэй тоже заметил неладное: — Что случилось?
— У одного из испытуемых зафиксировано резкое повышение печеночных ферментов, я съезжу в больницу и во всем разберусь, а ты оставайся в компании следить за состоянием остальных участников. — Ай Чжожань шагал стремительно, а в голове уже выстраивал план ответных действий.
Он лишь не предполагал, что эта на вид обычная побочная реакция станет для Чжао Лимина поводом для новой атаки.
Резкие перемены и распределение обязанностей
Цифры на дисплее опускающегося лифта сменялись с бешеной скоростью. Ай Чжожань прижал пальцы к переносице, мысленно уже в третий раз прокручивая порядок действий при неблагоприятных событиях. Первые два визита проходили без каких-либо аномальных колебаний, а внезапный скачок печеночных ферментов почти втрое мог означать либо побочную реакцию на препарат, либо вмешательство внешних факторов. Независимо от причины, её требовалось купировать в самые кратчайшие сроки, ни в коем случае не позволяя ей заложить мину под соответствие проекта требованиям регуляторов.
На Северном третьем кольце в вечерний час пик стояли глухие пробки. Нажав на тормоз в ожидании зелёного света, он машинально набрал клинического специалиста проектной группы, голосом столь ровным, что в нем нельзя было расслышать ни малейшей тени паники: — Помоги мне поднять всю историю назначения препаратов 27-го испытуемого, журнал сопутствующей терапии и бланки анализов со всех предыдущих визитов, упакуй всё и отправь мне на почту. Кроме того, свяжись с ответственным лицом в этическом комитете, заранее предупреди о неблагоприятном инциденте, а как только поступят результаты больничной проверки, сразу же подготовь официальный пакет документов.
Сбросив вызов, он постучал пальцами по рулю, бросив взгляд на лежащий на пассажирском сиденье телефон. Звонок от Хань Чуня поступил слишком не вовремя, он успел лишь коротко бросить ответ и прервать связь, но, зная манеру работы того человека, можно было не сомневаться: план реагирования на риски уже запущен.
Сорок минут спустя Ай Чжожань добрался до больницы. Пациента уже перевели в отдельную палату, ему поставили капельницы для защиты желудка и снижения ферментов. Мужчина пришел в себя, и его жизни ничто не угрожало. Лечащий врач протянул ему результаты анализов, хмурясь: — На данный момент вирусный гепатит и аутоиммунные заболевания печени исключены. Из-за того, что всё развилось слишком стремительно, мы подозреваем лекарственное поражение печени. Предыдущие показатели безопасности у вашего препарата всегда были на высоте, откуда вдруг взялось такое осложнение?
Мы еще проверяем. — Ай Чжожань взял результаты анализов, и его палец скользнул по значению ALT: оно почти в четыре раза превышало норму, что действительно являлось классической картиной медикаментозного повреждения печени. Он вошел в палату. Пациент, мужчина лет сорока с небольшим, с лицом всё еще землистого оттенка, виновато взглянул на него: — Доктор Ай, простите, хлопот вам доставил.
— Не забивайте себе голову, сначала отдохните. — Ай Чжожань придвинул стул и сел, смягчив тон: — Постарайтесь вспомнить: кроме нашего экспериментального лекарства, вы принимали что-нибудь еще? Может быть, средства от простуды, биологически активные добавки или какие-нибудь народные рецепты из родных мест? Рассказывайте всё.
Нахмурившись и поломав голову добрую половину минуты, пациент неуверенно произнес: — Да на прошлой неделе племянник из деревни приезжал, привез какие-то травяные пилюли для оздоровления организма, говорил — для печени полезно. Я и подумал, что вреда не будет, попил пару дней... Больше ничего.
— Эти травяные шарики еще остались? Я бы хотел посмотреть, — спросил Ай Чжожань.
— Да, в тумбочке, в бумажном пакете. — Пациент достал лекарство и протянул его Ай Чжожаню.
— Хорошо, нам нужно провести анализ состава препарата, эту пачку пока пить больше нельзя.
— Понял, доктор, спасибо вам.
Ай Чжожань улыбнулся, забрал лекарство и, выйдя за дверь, переговорил с лечащим врачом, договорившись об анализе состава препарата. Одновременно он поручил команде проверить записи о применении сопутствующих средств у испытуемого. Проверка показала, что дополнительные травяные пилюли пациент не задекларировал — они относились к категории запрещенных препаратов, которые тот принимал самовольно.
Едва вывернув из-за поворота от палаты, он нос к носу столкнулся с Хань Чунем.
Тот был в темном деловом костюме — судя по всему, примчался прямиком из Шэнцзиня, — а в глазах читалась дорожная усталость. Завидев его, Хань Чунь протянул бутылку минеральной воды: — Как состояние испытуемого? Я уже велел юридическому отделу связаться с этическим комитетом, предупредил заранее, так что после проверки результатов пойдем напрямую по ускоренной процедуре подачи документов. PR-отдел тоже мониторит отраслевые форумы и пациентские сообщества, при любых колебаниях сразу начнем глушить волну.
— Угрозы жизни пока нет. — Ай Чжожань принял воду и сделал паузу. — Предварительно подозревается, что пациент самовольно принимал запрещенные китайские травы, анализ состава уже назначен, результаты подтвердят это.
Хорошо. — Хань Чунь кивнул и протянул ему папку с документами. — Здесь сопоставимые данные по нежелательным реакциям в виде поражения печени от конкурирующих продуктов, я попросил отдел рисков собрать их. Если инцидент раздуют, это можно будет выставить в качестве отраслевого этапа сравнения и доказать, что наш показатель частотности находится в пределах разумной нормы.
Ай Чжожань взял папку. Собеседник уже безошибочно просчитал все уязвимые места, постелив соломку везде, до чего сам он еще не успел додуматься. Больше они не стали тратить время на разговоры, разделив обязанности прямо в коридоре: Ай Чжожань остался в больнице следить за результатами анализов, работать с пациентом и его родственниками, а также оформлять отчет по клинической части; Хань Чунь же вернулся в тимчасовый офис держать руку на пульсе информационной обстановки, координировать действия юристов и комитета по этике, удерживая под контролем риски со стороны капитала.
Ближе к полудню подтянулся Вэнь Юй. С тяжелым ноутбуком под мышкой, весь в поту и с засученными до локтей рукавами рубашки — было заметно, что он бежал сюда всю дорогу, — он выдохнул: — Доктор Ай, я только что получил уведомление из больницы и сразу же примчался. — Положив компьютер на столик в зоне отдыха, он быстро вывел на экран все до единого файлы наблюдений за 27-м испытуемым. — Вот все записи с момента набора до сегодняшнего дня, таблицы проверки назначений, я везде выделил главное. На каждом визите мы четко перепроверяли сопутствующую терапию, но пациент раньше ни словом не обмолвился о приеме трав. Это упущение в нашей работе.
http://bllate.org/book/28419/3434854
Готово:
