День памяти.
Небо было пасмурным.
Стоявший перед ними мемориальный зал казался гораздо более пустынным и безрадостным, чем в воспоминаниях.
Ся Пинву остановилась и уже собиралась толкнуть дверь, как вдруг услышала доносившийся сверху непрекращающийся шум и гам.
Она инстинктивно подняла голову, воротник ее одежды слегка ослаб, и пронзительный холодный ветер тут же устремился внутрь. От этого прикосновения ее шея вжалась в плечи, и она невольно тихо кашлянула.
Не успела она сделать еще какое-либо движение, как откуда-то сбоку неожиданно протянулась рука и плотнее запахнула на ней пуховик.
Жань Чжуцзюнь слегка дернула её за рукав и произнесла:
— Снаружи холодно, давай сначала зайдем внутрь.
Ся Пинву кивнула в ответ, но с места не сдвинулась — она все еще не могла удержаться и продолжала смотреть вверх:
— Что там происходит?
Жань Чжуцзюнь проследила за ее взглядом и, прикрывая Ся Пинву от ветра, пояснила:
— Сегодня День памяти героинь. Сначала жители сделают инъекцию ингибиторов в жилой зоне на вершине горы, а потом спустятся в зону мастеров способностей почтить память героинь.
Ся Пинву прищурилась. Зона мастеров способностей, где они находились, располагалась на полугоре, и здесь стоял очень густой туман. К счастью, чем выше они поднимались, тем разреженнее становился туман, позволяя смутно различить снующую повсюду толпу.
Непонятно почему, но на душе у нее защемило:
— Не думала, что за семь лет мира сможет родиться столько людей. Если бы Наставница узнала, она бы наверняка обрадовалась.
Жань Чжуцзюнь ничего не ответила, лишь слегка сжала запястье Ся Пинву в знак утешения.
В прошлом веке на поверхности синей планеты внезапно возникли туманы неизвестного происхождения. Бесчисленные живые существа подверглись внезапной мутации, превратившись в зверей-мутантов, которые жаждали лишь убийств; повсюду царили картины взаимного истребления и горы трупов.
К счастью, одновременно с появлением зверей-мутантов туман породил и другую группу людей — мастеров способностей, сохранивших разум. Они владели силами, способными уничтожить зверей-мутантов, и от рождения являлись их заклятыми врагами.
Человечество среагировало незамедлительно, создав Управление сверхспособностей. Более того, они добились того, чтобы самая выдающаяся из мастеров способностей стала первым командиром боевого отряда Управления сверхспособностей.
И этим человеком была Наставница Ся Пинву — Мин Цзяньхун.
Она действительно оправдала все ожидания, поведя за собой пробудившихся мастеров способностей и успешно подавив Первое бедствие зверей-мутантов.
В последующие годы у подножия каждой горы люди возвели прочные Горные Стены и направили туда гарнизоны из мастеров способностей, чтобы непрерывно сдерживать атаки зверей-мутантов. Жизнь, хоть и была полна бурь, в целом оставалась мирной.
Но двадцать лет спустя разразилась вторая, застигшая всех врасплох великая война...
В некогда спокойных безопасных зонах множество людей внезапно подверглись мутации в зверя и изнутри объединились со зверями-мутантами за Горными Стенами, нанеся сокрушительный удар по оборонительным рубежам каждой вершины.
После проведенного расследования выяснилось, что причины загрязнения и мутации в зверя крылись как в быстром развитии болезни после ранений в боях со зверями-мутантами, так и в медленном тлетворном влиянии из-за долгого контакта с туманом.
К счастью, к тому моменту лаборатория наконец разработала ингибиторы против уже начавшегося загрязнения, что позволило сохранить последние живые силы отряда мастеров способностей.
Но к несчастью, тогда лишь высочайший Пик Вахуан еще не был захвачен полностью, превратившись в последнее убежище для выживших.
После тех событий Управление сверхспособностей экстренно объявило о введении стандарта уровня загрязнения для борьбы с мутацией в зверя, потребовав от всего населения пройти обследование — те, кто представлял угрозу, подлежали немедленному уничтожению.
Однако густой туман вовсе не собирался рассеиваться; казалось, он даже норовил хлынуть из-под земли Пика Вахуан. Чтобы удержать последний рубеж, Мин Цзяньхун лично повела в бой свой отряд вместе с Ся Пинву — ученицей, которая лишь недавно проходила практику.
В той битве Мин Цзяньхун погибла, а Ся Пинву приобрела тяжелые последствия для здоровья: она не только больше не могла соприкасаться с и-способностями, но и была вынуждена провести семь лет, прикованная к постели.
К счастью, по неизвестной причине туман на Пике Вахуан перешел в спячку и больше не демонстрировал признаков распространения.
При мысли об этом Жань Чжуцзюнь не удержалась и снова бросила взгляд на Ся Пинву, но та по-прежнему смотрела вверх на суетливую толпу, ее глаза слегка блестели, и в них не читалось особой печали.
Она вздохнула и наконец продолжила разговор:
— Да уж, в лаборатории все лучше и лучше справляются с разработкой ингибиторов, изобрели даже превентивные ингибиторы, которые можно принимать заранее.
Она замолчала, и в ее тоне невольно промелькнула легкость:
— К тому же, теперь даже у тебя, кому приходилось лишь лежать в постели и делать полное переливание крови, появилась альтернатива в виде временного усиленного ингибитора.
Ся Пинву невозмутимо скосила глаза и, заметив, что нахмуренная доселе Жань Чжуцзюнь немного повеселела, чуть расслабилась и шутливо толкнула ее плечом:
— Вот именно, так что в следующий раз я и сама справлюсь с поминовением в День героинь, можешь не ходить со мной.
— Я совсем не хочу идти туда и помогать им ставить ингибиторы жителям, это ужасно скучно, — Жань Чжуцзюнь с улыбкой закинула руку на плечо Ся Пинву и понизила голос. — К тому же, если Мин Чуньшань узнает, что я тайком вывела тебя гулять, она точно устроит мне взбучку.
— Все в порядке, — Ся Пинву слегка перевела дыхание, усилием воли подавляя кашель, издалека глядя на выставленные в помещении поминальные таблички, и тихо покачала головой. — Сегодня день памяти Наставницы, Чуньшань не станет сердиться.
Жань Чжуцзюнь, однако, выглядела не слишком убежденной и фыркнула:
— Ты просто не знаешь, за эти семь лет она ни разу не зашла сюда почтить память. Судя по ее поведению, посторонний человек и вовсе подумал бы, что это ты — родная дочь Наставницы.
— Чуньшань в столь юном возрасте была вынуждена вступить в должность командира боевого отряда Управления сверхспособностей, у нее просто нет времени лично почтить память матери, это нормально.
Из-за того, что ей приходилось сдерживать кашель, манера речи Ся Пинву казалась немного замедленной. Ее голос звучал очень спокойно, и хотя это были слова оправдания, в них не чувствовалось никакой спешки — напротив, они приносили еще большее умиротворение.
Жань Чжуцзюнь поджала губы и ничего не ответила.
Стоит отметить, что перед той финальной битвой Управление сверхспособностей заблаговременно создало Академию мастеров способностей, пытаясь вырастить как можно больше юных дарований среди мастеров способностей.
А Ся Пинву и Мин Чуньшань были самыми блестящими звездами среди выпускников того года, двумя самыми яркими клинками, олицетворявшими будущее Управления сверхспособностей.
К несчастью, они еще не успели вырасти и стать самостоятельными силами, как Наставница пала, а сама Ся Пинву с тех пор оказалась прикована к больничной койке и потеряла всякую возможность соприкасаться с чем-либо, связанным с и-способностями.
В той битве лишь Мин Чуньшань, отвечавшая за прикрытие отступления мирных жителей, чудом смогла выйти сухой из воды и вернуться невредимой.
Как дочь погибшего командира и единственный выживший гений, она приняла бразды правления в критический момент, став новым командиром боевого отряда.
Этого факта Жань Чжуцзюнь никак не могла принять, и чем больше она думала об этом, тем сильнее ее возмущала несправедливость по отношению к Ся Пинву.
Если бы после окончания войны Мин Чуньшань сама не сделала предложение Ся Пинву и не ухаживала за ней семь лет изо дня в день, она бы обязательно... обязательно...
Пока Жань Чжуцзюнь предавалась этим мыслям, Ся Пинву похлопала ее по тыльной стороне ладони и мягко утешила:
— Не переживай, теперь я могу жить как обычный человек, и я обязательно буду каждый день напоминать тебе о Чуньшань, чтобы она доставляла тебе поменьше хлопот.
Заметив, что подруга снова собирается заступиться за Мин Чуньшань, Жань Чжуцзюнь поспешно оборвала эту тему, крепче взяла Ся Пинву под руку и потянула за собой внутрь:
— Забудем про Мин Чуньшань, давай лучше зайдем.
Они шагнули за порог, и взору предстал весь мемориальный зал целиком. Внутри были выставлены поминальные таблички каждой героини, погибшей в борьбе со зверями-мутантами, причем табличка с именем Мин Цзяньхун стояла выше всех, бросаясь в глаза с первого же взгляда.
http://bllate.org/book/28361/3428672
Готово:
