Когда Нань Чжи отпустил его, Нань Лин, одной рукой прижимая к себе куклу, а другой держа его за руку, сказал:
— Папа, впредь я буду делать для тебя всё, что ты захочешь, хорошо?
Он пожалел о сказанном. Ему не следовало просить папу выиграть ему куклу. Это могло навредить папе.
Нань Чжи, не подозревая о происходящем, улыбнулся и взъерошил мальчику волосы:
— Хорошо.
Он лишь подумал, что ребенок стал послушным. Или, если точнее, что он привязался к нему. Хотя Нань Чжи не хотелось этого признавать, но, похоже, этот ребенок действительно сильно к нему привязался. Сам же Нань Чжи понимал, что пока не может ответить ребенку тем же чувством. Порой это осознание вызывало у него беспокойство.
С двумя куклами в руках они еще какое-то время поиграли в игровом зале, а когда жетоны закончились, Нань Чжи по привычке повел Нань Лина обедать вниз.
Однако, проходя мимо одного из ресторанчиков на первом этаже, Нань Лин вдруг напрягся. Он потянул Нань Чжи за руку и тихо произнес:
— Папа, я хочу поесть внизу.
Поесть внизу?
Нань Чжи опешил. Откуда на первом этаже ресторан? Но он быстро сориентировался и уточнил:
— Ты имеешь в виду заведения снаружи торгового центра?
Нань Лин почти сразу же кивнул и, на удивление активно, потянул Нань Чжи к лифту. Неважно, снаружи или где-то еще — им нужно было как можно скорее убраться отсюда.
Как только они вошли в лифт, Нань Лин нетерпеливо нажал на кнопку. И лишь когда двери закрылись, он тихо выдохнул. Казалось, он был предельно напряжен: брови на маленьком личике были сурово сдвинуты, а пальцы, вцепившиеся в руку Нань Чжи, мелко дрожали.
— Что случилось? — Нань Чжи только сейчас заметил неладное. Он наклонился, коснулся лба Нань Лина, на котором проступил холодный пот, и обеспокоенно спросил: — Тебе плохо?
Нань Лин покачал головой, развернулся и обнял папу за ногу, прижавшись лицом к его колену:
— Нет, мне не плохо.
Он не хотел заставлять папу волноваться. Но только что он это почувствовал. Это была Инь-скверна. Очень сильная Инь-скверна. При этой мысли Нань Лин невольно крепче обнял Нань Чжи. Он хорошо знал пределы своих нынешних сил: он мог поглотить лишь слабую Инь-скверну, угрожающую отцу, но с Великой Инь-скверной он не справится. Напротив, такой слабый, как он, сам мог стать пищей для могущественной сущности. А папа — хотя изначально Инь-скверна и не охотилась на него — теперь, пропитавшись запахом отца и имея внутри семена, стал для неё лучшим лакомством.
Нань Лин был встревожен. Впервые он столкнулся с таким сильным врагом. Но он обязан защитить папу, пока они не найдут отца.
Перед тем как выйти из лифта, Нань Лин мимоходом оставил на нескольких прохожих и предметах приманку с ароматом, чтобы сбить ту Инь-скверну с толку. Раз он заметил её, она наверняка тоже заметила их.
Выйдя из торгового центра, Нань Чжи окинул взглядом окрестные заведения и слегка потянул за маленькую ладошку:
— Что хочешь съесть?
Хотя поведение Нань Лина казалось странным, Нань Чжи был только рад, что ребенок хоть что-то попросил сам. Нань Лин поднял взгляд, огляделся и в итоге указал на ресторан, где было больше всего людей.
— Вон там, папа.
Это был бюджетный ресторан формата шведский стол, переполненный посетителями. Нань Чжи, который привык считать, что ребенок любит тишину, удивился его выбору в пользу самого шумного места, но, улыбнувшись, согласился:
— Хорошо.
Он перевел Нань Лина через дорогу. В ресторане было полно народу, но им повезло — как раз освободился столик. Пока официант убирал посуду, он указал на QR-код на краю стола и вежливо произнес:
— Пожалуйста, отсканируйте код для заказа.
Нань Чжи просмотрел меню, погладил по голове прижавшегося к нему ребенка и, положив телефон, спросил:
— Какой набор выберем?
В этом ресторане основным блюдом был хого, а заказав один порционный набор, можно было брать остальные закуски в зоне самообслуживания. Нань Лин, глядя в меню, понятия не имел, что выбрать. Для него вся человеческая еда была на одно лицо, только то, что готовил папа, имело особый вкус.
— Я хочу, чтобы выбрал папа, — сказал он.
Нань Чжи задумался:
— Как насчет этого?
Он выбрал томатный бульон. Он еще никогда не готовил Нань Лину острое, поэтому не знал, справится ли ребенок, а острый бульон сразу исключил. Но томатный должен понравиться большинству детей, верно? Вкус был довольно обычным.
— Хорошо, — кивнул Нань Лин, совершенно не перебирая харчами.
Он выбрал это место только потому, что здесь было много людей, что позволяло ему создать больше ложных ароматических следов и запутать Инь-скверну. Хотя пока он не чувствовал её приближения, лучше было перестраховаться.
Нань Чжи ничего этого не замечал — он был лишь рад, что у Нань Лина появились собственные желания. Ведь этот ребенок всегда был таким безынициативным, ничего не просил, и на фоне других детей это выглядело необычно, что немного беспокоило Нань Чжи.
Заказав бульон и баранину, Нань Чжи повел Нань Лина к зоне самообслуживания за закусками и напитками. С ребенком было не очень удобно: нужно было и за руку держать, чтобы в толпе не потерять, и еду выбирать. Но Нань Лин был очень послушным. Когда у Нань Чжи были заняты руки, он послушно прижимался к нему и спокойно ждал, пока папа снова не возьмет его за руку.
Во время еды Нань Чжи был очень оживлен — он редко выводил Нань Лина в рестораны, поэтому постоянно подкладывал ему еду и расспрашивал обо всем на свете. Нань Лин же, напротив, был непривычно молчалив. На самом деле он очень хотел насладиться этим обедом с папой, но был вынужден отвлекаться на создание ложных следов, из-за чего выглядел рассеянным. К счастью, Нань Чжи ничего не заметил — Нань Лин и так был немногословным.
Ближе к концу трапезы в ресторане объявили лотерею. Каждый гость мог поучаствовать, предъявив чек. Было четыре призовых места: первый приз — две тысячи юаней наличными, второй — два сертификата на бесплатный обед, третий — тематическая игрушка, и утешительный приз — несколько купонов на скидку. Так совпало, что акция проводилась в честь пятилетия ресторана.
Когда официант вынес призы, Нань Чжи сразу приметил тематическую игрушку. Это была сборная модель автомобиля. Из-за того что она была тематической, в ней использовались особые элементы дизайна, которые сильно отличали её от обычных машинок из магазинов — модель выглядела очень свежо. Нань Чжи сразу вспомнил ту игрушечную машину дома, с которой Нань Лин играл до тех пор, пока краска не начала облезать. Он подумал, что Нань Лину может понравиться эта вещь.
В это же время ребенок за соседним столиком дергал мать за рукав:
— Мама, я хочу ту игрушечную машину.
Нань Чжи услышал это и посмотрел на Нань Лина, который молча ел. Мальчик жевал медленно и тщательно, а в его миске уже скопилась целая горка положенных папой овощей. Другой ребенок, скорее всего, уже не смог бы всё это съесть, но Нань Лин был особенным. Человеческая еда его не насыщала и не имела смысла, но раз её положил папа — он должен съесть всё до последнего кусочка. Нань Чжи, увидев это, решил, что мальчику всё нравится, и положил еще пару кусочков. Одновременно он подумал, что было бы неплохо выиграть игрушку для сына. Впрочем, шансы были ничтожны, ведь в двухэтажном ресторане было полно гостей.
Когда очередь дошла до столика Нань Чжи, он наугад вытянул шар под номером 68. Шар был ярко-красным, праздничным.
Когда все получили свои шары, на большом экране в центре зала начали выпадать числа. Сначала разыгрывали утешительные призы — десять счастливчиков получали скидочные купоны. На экране появились десять пустых ячеек, цифры быстро замелькали. Как только определилась первая цифра, гости принялись нервно сверяться со своими шарами; когда выпала вторая, вокруг послышались возгласы радости и разочарования.
После утешительных призов перешли к третьему месту. Официанты без промедления приступили к розыгрышу. Нань Чжи с волнением сжимал свой шар.
Первая цифра — 6.
Нань Чжи замер. Нань Лин, до этого уткнувшийся в тарелку, словно что-то почувствовал и тут же поднял голову, посмотрев на папу.
Папа...
Вторая цифра появилась быстро.
Это была 8.
68.
Нань Чжи опешил. Он и не думал, что ему так повезет. Его не интересовали другие призы, только третий.
— Поздравляем победителя! — громко и восторженно объявил официант. — Пожалуйста, пройдите к стойке за призом.
— Этот набор игрушек был специально разработан дизайнером для нашего ресторана, он идеально сочетает в себе наши элементы и... — Нань Чжи, еще немного растерянный, подошел за призом, а официант всё продолжал восторженно рассказывать.
В общем, эта машинка была лимитированным сувениром к пятилетию, уникальным в своем роде. Однако, в конце концов, это была всего лишь игрушка, и для большинства взрослых она была куда менее привлекательной, чем деньги, поэтому особого ажиотажа не возникло. Но для Нань Чжи это был единственный приз, который он действительно хотел.
Вернувшись за столик с коробкой, он несколько секунд смотрел на неё, прежде чем прийти в себя. Он взглянул на Нань Лина и сказал:
— Похоже, сегодня папе улыбнулась удача.
Для человека, который с самого детства ничего не выигрывал, сегодняшний успех был действительно редким событием. Он ведь изначально ни на что не надеялся.
Нань Лин, услышав это, напрягся:
— Папа... если тебе нравится, то хорошо.
Эти слова вернули Нань Чжи к реальности. Он вложил большую коробку с игрушкой в руки Нань Лина и улыбнулся:
— Это для Нань Лина.
Нань Лин замер, рефлекторно крепче обхватив игрушку.
Хм? Ему?
— Игрушечная машинка дома совсем выцвела, а я всё забывал купить тебе новую, — сказал Нань Чжи, слегка наклонив голову и смущенно почесав щеку. С тех пор как он очнулся, он почти ничего не покупал Нань Лину. Наверное, та выцветшая машинка была куплена еще до потери памяти. — Впредь, если чего-то захочешь, просто скажи папе, как сегодня, хорошо?
Он погладил Нань Лина по пушистой голове и мягко добавил:
— Я очень рад, что Нань Лин попросил меня о том, что ему нужно.
От этого он чувствовал, что нужен, и от этого ребенок казался ему совсем как живой.
http://bllate.org/book/28216/3411686
Готово:
