Лучше думай о том, как будешь объясняться с фанатами из-за пары лишних сотен граммов на руке, которые у тебя внезапно появились. Ю Вэньцзян просто не мог удержаться от шпилек.
Да с чего бы!
Пройдя мимо стены почета, они уперлись в целую стену на втором этаже, сплошь усеянную бесчисленными кубками.
Лэ Чило и без прицельного взгляда сразу заметил Сун Шисюя.
Сун Шисюй остановился перед каким-то кубком в самом центре, затем быстрым шагом удалился и вернулся уже с целой связкой ключей в руке.
Спустя несколько секунд на забитой до отказа стене с кубками образовалось свободное место, а в мусорном ведре у входа прибавился один трофей с выгравированным ID участника группы moonlight: SONG.
Сун Цзин посмотрел на бесцеремонно выброшенный в урну кубок и залился звонким смехом:
— Ты же сам не пошел на церемонию награждения, организаторы специально прислали его тебе почтой, почему же ты в итоге выбросил приз в мусорку?
— Наградное мясо поровну на всех? Кому оно нужно.
— А что тебе вообще нужно?
Самое странное было то, что отвечал он на слова Сун Цзина, но при этом смотрел на Лэ Чило.
Глава 4: На что ты смотришь?
Хотя вопрос задавал Сун Цзин, взгляд Лэ Чило в первую очередь упал на лицо Сун Шисюя. Столкнувшись с этим чужим и спокойным взглядом, он машинально сжал пальцы в кулак и отвел глаза.
Увидев, что его избегают, Сун Шисюй широким шагом направился прямо к Лэ Чило.
Наблюдая за тем, как сокращается расстояние между ними двумя, Лэ Чило чувствовал, как у него внутри всё сжимается.
К счастью, тут как раз вовремя появился Цзян Цы и увел Сун Шисюя.
Лэ Чило шумно выдохнул и, закинув за плечо рюкзак, поплелся в тренировочный зал. Лэ Чило безумно дорожил нынешним положением, когда никто не обращает на него внимания. Одним из его заветных желаний было то, чтобы окружающие вообще никогда его не замечали.
Особенно Сун Шисюй.
Следующие несколько дней прошли в бесконечных заседаниях в конференц-зале.
Взрывная популярность Лэ Чило лишь ускорила запуск группы. Однако внедряемая концепция оставалась туманной, и как соблюсти баланс между рэпом и вокалом, участники не могли решить уже несколько дней подряд.
— Эх, до чего же тоскливо.
— Сейчас большинство рэп-партий на рынке просто прилеплены к песням насильно, исключительно ради рэперов. Наша группа поднялась за счет рэперов, и хотя с самим рэпом проблем нет, мы не можем втиснуть вокал посреди кучи речитатива. И наоборот, мы не можем следовать традиционной схеме музыкального производства и силой пихать рэп в вокальную композицию — песня тогда рассыпется, будет звучать чужеродно и нелепо, — озвучил свои мысли концепт-директор.
Цзян Цы кивнул:
— Верно, я всё-таки хочу, чтобы каждый из вас сиял по-настоящему, а не был просто кирпичом, который таскают туда, где нужнее.
Они зашли в тупик, и в конференц-зале повисла тишина.
Цзян Цы попытался разрядить обстановку шуткой:
— А давайте сменим профессию и подадимся в актеры? Внешность у вас есть, фигура тоже на месте, капитан сам пишет сценарии, Большой Ю станет режиссером, Троица пойдет на массовку, Малыш Лэ — в актеры, а Малыш Сон — на постпродакшн и монтаж. Разделение труда четкое, работа не в тягость.
Сун Цзин обиженно захныкал:
— Почему это я на массовку?
Шутка немного разрядила тяжелую атмосферу, и даже Лэ Чило улыбнулся.
Лэ Чило слишком привык растворяться в подобной социальной обстановке: достаточно просто слушать и не высказывать своего мнения. Потеряв бдительность на мгновение, он расслабился и сболтнул то, о чем думал.
— Вообще-то...
— Пожалуй...
Два голоса раздались одновременно, и их взгляды столкнулись в воздухе. В следующую секунду оба снова синхронно умолкли.
Сун Цзин вдруг почувствовал, что атмосфера стала какой-то странной:
— Вы чего? Говорите же, малыши.
— Малыш Лэ, давай ты первый, — назвал имя Цзян Цы.
Лэ Чило посмотрел на Сун Шисюя. Тот плотно сжал губы, а его темные, глубокие глаза были прикованы к нему. Помимо потрясающе красивого лица, от него буквально веяло отказом от любых контактов с самого макушки до пят.
Намерение читалось предельно ясно: он ждал, пока тот заговорит первым.
Лэ Чило поджал губы:
— Я хочу войти в продюсерскую команду.
Словно гром среди ясного неба — это заявление оглушило всех присутствующих.
Сун Цзин сглотнул слюну. Разве первое, что делает студент при выходе на работу, — не наведение порядка в коллекце? Как это Лэ Лэ так быстро дошел до схватки с главным боссом...
— И не только я один, я хочу, чтобы в создании приняли участие все шестеро.
Цзян Цы недоуменно нахмурился:
— Но по законам индустрии контент обычно готовят специалисты, а айдолы его лишь исполняют...
— Концепция, которую придумал отдел планирования, хороша, но если участники не смогут ее прочувствовать и усвоить, эффект от выступления снизится в разы, — Лэ Чило очень серьезно посмотрел на сотрудницу отдела планирования. — Нуна, чтобы айдолы заставили почувствовать любовь других, они сами должны сначала ощутить ее. Не обязательно вечно оставаться недосягаемой музой, я могу сойти с пьедестала и сам стать творцом, создающим искусство своими руками.
Сотрудница поспешно поправила очки, и в ее взгляде, обращенном к Лэ Чило, промелькнуло неподдельное восхищение. А ласковое обращение нуна и вовсе заставило уголки ее рта взлететь вверх.
Айдол с таким осознанным подходом — редчайшая находка!
Она всё больше убеждалась, что компания, похоже, и правда вытянула счастливый билет.
Цзян Цы слегка засомневался.
— Я согласен.
Заявление Сун Шисюя застало всех врасплох.
Лэ Чило бросил на него короткий взгляд.
— Если мы хотим завоевать рынок музыкой, нельзя цепляться за старые схемы. Чтобы вернуться на прежнюю высоту, нужно вырваться за рамки конвейерных групп и выдать по-настоящему глубокую музыку, а не скупать повсюду готовые демо и заниматься продвижением ради шумихи, чтобы потом на сцене уметь только читать рэп-заклинания под фанеру.
Сун Шисюй пристально, не мигая, смотрел на Цзян Цы:
— Цы-гэ, ты помнишь, что говорил раньше?
Год назад звездного продюсера подставили недоброжелатели, уничтожив его репутацию. Он угодил в черный список индустрии, и ни одна компания больше не осмеливалась с ним связываться. Когда банда любителей во главе с Сун Шисюем протянула Цзян Цы руку помощи, тот рыдал в три ручья: Я обязательно помогу Чаоюй вернуться к жизни!
Эти слова заставили кровь Цзян Цы закипеть.
— Хорошо! — глаза Цзян Цы покраснели от подступивших слез. — Весь удар я беру на себя, а вы сосредоточьтесь на создании альбома.
Совещание подошло к концу.
От долгого сидения в кресле у Лэ Чило заныла поясница. Он выпрямился, слегка размялся, перевел взгляд с рабочих записей на Сун Шисюя.
Во время собрания Сун Шисюй был предельно сосредоточен: не перебивал, а только слушал, выказывая огромное уважение к другим. Простая и свежая повседневная одежда, черные волосы без завивки и покраски, ни единого лишнего украшения. Если уж придираться и искать недостатки, то разве что скверный характер да резковатые слова, что для человека с таким статусом и весом в обществе — лишь проявление яркой индивидуальности.
http://bllate.org/book/28146/3403723
Готово:
