— А? — Шэнь Цинъюй прикинулся дурачком. — Нет, ничего такого.
Сказав это, Шэнь Цинъюй ускорил шаг и направился к месту, над входом в которое висела выцветшая от времени реклама планирования семьи, а синей краской было криво выведено: «Пункт розничной торговли».
По сути, это была всего лишь пристройка к дверному проему жилого дома, и стоило открыть дверь, как сразу попадаешь в крохотное помещение. Шэнь Цинъюй подошел ближе, посмотрел на засаленную, покрытую пылью занавеску и поморщился от брезгливости.
Про себя он подумал: что это еще за дыра?
Чжоу Бэймин, следовавший на два шага позади, заметил неприязнь на лице Шэнь Цинъюя. Он широким шагом обогнал его и, не скупясь на движения, откинул для него тяжелую штору. Шэнь Цинъюй поднял голову, бросил на Чжоу Бэймина взгляд, принял этот жест и вошел внутрь.
Хозяин лавки, довольно пожилой мужчина, сидел внутри и отмахивался от мух мухобойкой. В помещении стоял непрерывный гул — на большой морозильной камере лежала липкая лента, густо усеянная мухами, причем клей на ней местами уже почернел, явно не сегодня меняли. Шэнь Цинъюй, глядя на этот ковер из дохлых насекомых, едва не позеленел и готов был тут же развернуться и выйти. Еле сдержавшись, он отвернулся, даже боясь взглянуть на липучку краем глаза.
Он принялся осматривать лавку. Площадь едва достигала десяти квадратных метров. На широкой деревянной кровати были разложены всевозможные закуски, ими же была завешана стена рядом с кроватью. В глубине стоял большой стеллаж с маслом, солью, соусами, батарейками и прочей мелочью. Всё вокруг выглядело серым и пыльным — сразу было видно, что хозяин не большой любитель чистоты.
Шэнь Цинъюй со страдальческим выражением лица спросил Чжоу Бэймина:
— ...Это ведь не супермаркет, верно?
— М-м, — ответил Чжоу Бэймин. — Это сельский магазинчик.
Шэнь Цинъюй промолчал.
Чжоу Бэймин подошел к прилавку и сказал:
— Дядь, дай зубную щетку, пасту... и кружку, пусть он посмотрит.
Раз уж Чжоу Бэймин так сказал, Шэнь Цинъюю пришлось неохотно подойти. Хозяин не казался разговорчивым, скорее немного робким, но с того момента, как Шэнь Цинъюй приблизился, он глаз с него не сводил. Выкладывая на стеклянную витрину, где лежали сигареты, предметы, названные Чжоу Бэймином, он неожиданно решился завязать разговор:
— Дахай, а это чей паренек? Не из нашей деревни, поди? Родственник чей-то из города?
Чжоу Бэймин посмотрел на Шэнь Цинъюя, усмехнулся и ответил так уверенно, будто это была чистая правда:
— Он? Мой.
Шэнь Цинъюй посмотрел на принесенные вещи, и его лицо помрачнело еще сильнее. Хозяин выглядел заинтригованным, но не решался откровенно пялиться. Впрочем, даже будучи нелюдимым, он не сдержал вздоха:
— Гляньте на этого паренька, нос, глаза — как же надо было родиться таким!
Чжоу Бэймин снова постучал по стеклу витрины, прося хозяина достать пачку сигарет. Распечатав её, он закурил и, пуская дым и поглядывая на Шэнь Цинъюя с усмешкой, небрежно бросил:
— То-то и оно, больно хорош. Я и сам впервые вижу, чтобы кто-то был такой красивый.
Хотя местный диалект Шэнь Цинъюй понимал с трудом, слово «красивый» он разобрал. И пусть его хвалили, быть объектом обсуждения ему совсем не улыбалось.
Чжоу Бэймин перешел на нормальный язык и сказал ему:
— Посмотри.
Шэнь Цинъюй уставился на покрытые слоем пыли щетку, пасту и кружку, лежащие на стекле, и брать их совершенно не хотелось. Особенно кружка — ну до чего же безвкусная. Как можно было сделать её такой нелепой, да еще и с наклейкой в виде кролика?
Шэнь Цинъюй взглянул на товар и спросил:
— Есть еще варианты?
— Нету больше, — ответил хозяин. — А чем эта не нравится? Сколько вам штук надо?
Шэнь Цинъюй хотел было ответить, что ему вообще ничего не нравится, но, окинув взглядом полки за спиной хозяина, понял, что в продаже всего один вид зубных щеток, один вид пасты и один вид кружек. Неужели вся деревня пользуется только этим?
Взгляд Шэнь Цинъюя красноречиво выражал всё его недовольство, и хозяин это заметил, но что он мог поделать? Если хочется перебирать — то выбирать уже не из чего. Хорошо хоть щетка и паста были в упаковках, Шэнь Цинъюй кое-как смирился, но дотрагиваться до них не спешил. Он достал телефон и спросил:
— Сколько с меня?
Хозяин не понял, зачем тот достал смартфон, и ответил:
— Щетка — юань, паста — три, кружка — два. Итого... шесть юаней.
Юань за щетку? Три за пасту?
Шэнь Цинъюй решил, что цена нелепо низкая, и даже засомневался, не ослышался ли он. Разве бывают в этом мире такие дешевые вещи?
— ...Всего шесть юаней? — переспросил Шэнь Цинъюй.
— Угу, шесть, — подтвердил хозяин, про себя недоумевая, почему парень не платит, а вертит в руках телефон.
Шэнь Цинъюй порылся в приложении и спросил:
— Хозяин, а где у вас код для оплаты?
— ... — Хозяин не понял, перевел взгляд с Шэнь Цинъюя на Чжоу Бэймина и спросил: — Какой еще код?
Шэнь Цинъюй был в шоке. Он посмотрел на Чжоу Бэймина:
— У вас здесь что, совсем не пользуются оплатой по коду?
Чжоу Бэймин лишь курил и смотрел на него с улыбкой. Дым от сигареты заставил Шэнь Цинъюя отпрянуть и даже нахмуриться. Затем он увидел, как Чжоу Бэймин забрал вещи с витрины и бросил:
— Запиши на мой счет.
Шэнь Цинъюй хотел было что-то возразить, но, глядя на хозяина, промолчал. Чжоу Бэймин направился к выходу, и Шэнь Цинъюй последовал за ним. Чжоу Бэймин откинул штору и, забыв, что Шэнь Цинъюй не хочет к ней прикасаться, просто вышел, занятый своими покупками. Тяжелая занавеска с шумом захлопала, и Шэнь Цинъюй, который хотел проскочить в образовавшийся проем, не успел — полог хлестнул его прямо по лицу.
http://bllate.org/book/28019/3392808
Готово:
