Готовый перевод The Scourge / Бедствие: Как вернуть должок спонсору: Глава 11

Шао Цзинъянь увидел, что Яо Ань всё еще выглядит совершенно растерянным, но вовсе не рассердился. Он лишь сделал несколько шагов вперед, оставив позади толпу ассистентов, и остановился прямо перед Яо Анем.

Шао Цзинъянь слегка наклонился, приблизив лицо к лицу Яо Аня, и тихо произвел:

— Неужели совсем меня не помнишь? Чэнь Янь.

Яо Ань тихонько повторил себе под нос: «Чэнь Янь», а затем внимательно, с ног до головы оглядел Шао Цзинъяня. Его глаза внезапно засияли, в следующее мгновение он протянул руки и крепко обнял Шао Цзинъяня, громко воскликнув:

— Братец Чэнь Янь!

Шао Цзинъянь слегка улыбнулся, тоже обнял его в ответ и между делом ласково погладил Яо Аня по голове.

От столь «трогательной» картины окружающие потеряли дар речи. Особенно стоявший рядом Цзян Вэйюй: он еще не успел сообразить, в чем дело, как вдруг увидел, что киноимператор и его собственный подопечный артист обнимаются...

Яо Ань повозился в объятиях Шао Цзинъяня какое-то время, после чего вспомнил, поднял голову и спросил:

— Братец Чэнь Янь, почему ты сменил имя? И еще... ты так изменился, я тебя совсем не узнал...

Лицо Яо Аня покраснело, и он, на редкость отойдя от своего обычного «бесшабашного» образа, тихо и вежливо заговорил с Шао Цзинъянем.

— Об этом долго рассказывать, как-нибудь в другой раз я тебе все подробно объясню.

Шао Цзинъянь улыбнулся, глядя на Яо Аня, и снова не удержался от того, чтобы потрепать его по макушке.

Цзян Вэйюй наблюдал за этим с остолбеневшим видом. Он никогда прежде не видел Яо Аня таким послушным. Что за небожитель этот киноимператор, раз сумел так легко приструнить известного хулигана Яо Аня?

Цзян Вэйюй украдкой скользнул взглядом по подозрительному румянцу на щеках Яо Аня, после чего погрузился в глубокие раздумья.

— Киноимператор Шао, кажется, вам уже пора заходить.

Как раз когда все вокруг шумно обсуждали обнимающихся Шао Цзинъяня и Яо Аня, низкий мужской голос нарушил царившую на площадке тишину.

Шао Цзинъянь обернулся и увидел высокого, холодного мужчину, который стоял чуть в стороне от толпы и ледяным взглядом смотрел на них с Яо Анем.

Взгляд Шао Цзинъяня потемнел. Он узнал этого человека: это был генеральный директор Группы Хуаньжун, Цзинь Юй.

Раньше Шао Цзинъянь никак не пересекался с Цзинь Юем, поэтому он, естественно, не мог догадаться, что именно означали слова Цзинь Юя.

Впрочем, Шао Цзинъянь не рассердился. Он лишь повернулся к Яо Аню, находившемуся в его объятиях, слегка ущипнул его за щеку и негромко сказал:

— Свяжусь с тобой в другой раз, я сначала на пробы.

С этими словами он развернулся и на глазах у изумленной публики прошел мимо Цзинь Юя, направляясь в комнату для проб.

Шао Цзинъянь ушел, а вслед за ним удалились его личные помощники, визажисты и прочие сотрудники. В итоге на месте остались только трое: Яо Ань, Цзинь Юй и Цзян Вэйюй.

Каким бы толстокожим ни был Яо Ань, даже он почувствовал, что мрачное выражение лица Цзинь Юя не предвещает ничего хорошего и настроение у того явно хуже некуда. Яо Ань прекрасно помнил, как в детстве донимал Цзинь Юя своими выходками, и теперь решил, что тот наверняка пришел сводить счѐты. Чувствуя за собой вину, он робко дернул Цзян Вэйюя за рукав с жалким видом.

Сегодня Цзинь Юй был донельзя разозлен Яо Анем.

Сначала тот сегодня утром наотрез отказался вспоминать, кто он такой, из-за чего сам Цзинь Юй весь день ходил как на иголках, так что в офисе Хуаньжун никто и пикнуть не смел. Затем до него дошли слухи, что Яо Ань подрался с кем-то и пострадал. Он примчался на площадку для проб словно последний дурак, лишь бы убедиться, насколько всё серьезно, а этот сорванец едва переступил порог, как принялся пускать слюнки на какого-то смазливого паренька.

А когда пробы подошли к концу, он и сам больше не мог усидеть на месте и ушел раньше времени, твердо намереваясь поговорить с Яо Анем по душам. Ну забыл он его — подумаешь! В конце концов, можно было напомнить ему лично. Но кто же знал, что, выйдя наружу, он увидит его обнимающимся с другим мужчиной в самой тесной близости?

Каким же широким кругозором и великим терпением должен обладать Цзинь Юй, чтобы не выйти из себя?

Видя, как Цзинь Юй шаг за шагом приближается к нему, Яо Ань от страха пятился назад, пока окончательно не спрятался за спиной Цзян Вэйюя.

Цзян Вэйюй, судя по всему, тоже заметил недобрый взгляд Цзинь Юя и реакцию Яо Аня. Сообразив, что этот маленький деспот наверняка снова набросился на какого-то влиятельного человека, он решил заступиться и просить за Яо Аня:

— Д-директор Цзинь... давайте все спокойно обсудим...

Не успел Цзян Вэйюй договорить, как Цзинь Юй одарил его свирепым взглядом. Рост Цзинь Юя был далеко за сто восемьдесят пять сантиметров, и от него исходило невероятно сильное давление. Стоило Цзинь Юю посмотреть на него таким взглядом, как боевой дух Цзян Вэйюя мгновенно испарился.

Заметив, что Цзян Вэйюй тоже умолк, Яо Ань долго колебался в душе, но все же решил, что натворил дел сам, а потому не должен заставлять других расплачиваться за его ошибки. Собравшись с духом, он медленно сделал шаг вперед, опустил голову и честно признался в содеянном:

— Цзинь Юй, я был неправ. Если хочешь на кого-то сердиться, сердись на меня, а брат Ю — хороший человек.

Услышав эти слова, Цзян Вэйюй почувствовал, как у него на лбу проступили три жирные линии. Хотя Цзинь Юй и был его одноклассником, сейчас этот человек занимает совершенно иное положение! Ты точно уверен, что стоит называть его полным именем? И вообще, почему эта последняя фраза звучит так странно?

Цзян Вэйюй мысленно обливался холодным потом за Яо Аня. Однако вопреки его ожиданиям, выражение лица Цзинь Юя после услышанного мгновенно смягчилось. Он взял Яо Аня за плечи и, слегка помедлив, все же спросил:

— Ты вспомнил, кто я?

Ой-ой-ой...

Яо Ань со слезами на глазах посмотрел на стоявшего перед ним богатенького красавчика, испытывая сильнейшие душевные терзания. Скажешь, что не вспомнил — тот рассердится, а скажешь, что вспомнил — это же прямая дорога на плаху...

Видя, что Яо Ань долго молчит, Цзян Вэйюй испугался не на шутку. Он понятия не имел, какие сложные мыслительные процессы происходят в голове Яо Аня, но отчетливо видел надежду во взгляде Цзинь Юя. Поэтому он поспешно принялся заискивающе улыбаться и бешено кивать в сторону Цзинь Юя:

— Да помнит он вас, помнит, наш Яо Ань просто ребенок по характеру, вечно все забывает! Директор Цзинь, не держите на него зла...

Не успел Цзян Вэйюй договорить, как внезапно замолчал, потому что Цзинь Юй резким движением притянул Яо Аня к себе и заключил в объятия.

Цзян Вэйюй выдавил из себя нервный смешок: а этот директор Цзинь и вправду горяч...

На самом деле, стоило Цзинь Юю услышать те слова Цзян Вэйюя о том, что Яо Ань его помнит, как всё остальное мгновенно перестало для него существовать. Кровь, годами дремавшая в его жилах, словно вмиг вспыхнула от искры некоего «безумия», и каждая клетка тела кричала о том, что Яо Ань помнит его, он не забыл его.

Цзинь Юй почти инстинктивно прижал Яо Аня к груди, полностью игнорируя присутствие Цзян Вэйюя.

Однако сам Яо Ань в этот момент думал совсем о другом. Он прекрасно помнил, как издевался над Цзинь Юем в прошлом, и если бы тот вдруг легко его простил, это значило бы лишь одно — у него крыша едет. Поэтому, когда Цзинь Юй сам по собственной воле обнял его, Яо Ань приготовился принять смерть на эшафоте. С героическим видом деревянного столба он покорно позволил себя обнять.

Вдоволь наобнимавшись, Цзинь Юй вспомнил, что вокруг полно любопытных глаз, и взял Яо Аня за руку, собираясь увезти с собой. Но это движение до смерти испугало Яо Аня: тот судорожно вздрогнул, изо всех сил уперся и попытался выдернуть руку, не желая идти за ним, при этом отчаянно оглядываясь на Цзян Вэйюя в поисках спасения.

— Я-я-я... Брат Ю, у меня, кажется, еще работа есть! — промявшись добрую половину минуты, Яо Ань наконец нашел поистине идиотскую отговорку.

Цзинь Юй остановился и перевел взгляд на Цзян Вэйюя.

Поймав на себе этот взгляд, Цзян Вэйюй выдавил из себя неловкое «ха-ха-ха», невинно пожал плечами и состроил удивленную гримасу:

— Да нет у нас больше никакой работы...

Яо Ань шумно втянул воздух, согнулся в три погибели и всеми силами цеплялся за землю, лишь бы Цзинь Юй не утащил его насильно, и в отчаянии бросил напоследок:

— Э-э-э... Ты же еще должен мне роскошный пир из ста восьми блюд! Ты говорил, что стоит мне прийти в тот клуб, и он сразу будет готов.

Цзян Вэйюй слегка смутился, но прежде чем он успел раскрыть рот, Цзинь Юй уже обнял Яо Аня за талию и с абсолютно серьезным выражением лица спросил:

— Хочешь пир из ста восьми блюд?

— Я... — Яо Ань потерял дар речи.

— Я отведу тебя поесть, — с мягкой улыбкой произнес босс Цзинь и вынес окончательный вердикт.

Яо Ань наконец перестал сопротивляться. На его лице застыло выражение человека, идущего на смертную казнь. Напоследок он бросил на Цзян Вэйюя полный горькой обиды взгляд, но тот лишь лукаво подмигнул ему, со значением понизил голос, замахал рукой на прощание и произнес:

— Сяо Ань, любите друг друга с директором Цзинем! Пока-пока!

http://bllate.org/book/27993/3390359