Август — время спелого винограда.
После сильного дождя высохшая земля размякла, на темно-зеленых листьях застыли капли росы, а воздух наполнился свежестью молодой травы.
Точеная кисть руки с чуть заметными следами мозолей раздвинула занавески, и яркий солнечный свет озарил розовые пряди волос молодого человека, сделав их почти прозрачными.
— Какое прекрасное солнце, разве что слепит немного, — Гуй Линью прищурился.
— Чирик-чирик-чирик! —
Сине-белый волнистый попугайчик забил крыльями, из-за чего просторная клетка, висевшая высоко под потолком, закачалась.
— Ты тоже так рад солнцу?
Гуй Линью улыбнулся, изогнув красивые брови, взял лежавший рядом длинный шест и без труда подцепил дверцу клетки.
Волнистый попугайчик восторженно взмахнул бело-синими крыльями, его перья радостно взъерошились, и он камнем рухнул вниз с высоты. Птичьи лапки безошибочно зацепились за плечо юноши, а маленькая белая головка ласково потерелась о его шею.
Гуй Линью чуть вздрогнул, его горло издало вибрирующий звук, полный смеха:
— Сяо Юэньмаo, ты трешься так сильно, неужели боишься, что я не почувствую твоей любви?
Его пальцы легко коснулись синего пушка на спине птицы:
— Ладно, перестань баловаться, сегодня я возьму тебя с собой на прогулку.
— Чирик! —
Сяо Юэньмаo восторженно заверещал и, взмыв в воздух, радостно закружил кругами.
— Только не радуйся раньше времени, — тон Гуй Линью внезапно изменился, и сквозь оконное стекло его взгляд упал на пестрые горшки с виноградом неподалеку. — Видишь? Поможешь мне разобраться с этими горшками, и тогда я угощу тебя самым сладким виноградом.
Послушай, дружище, почему у твоей фотографии объект размыт, как сливки, а фон острый, как лезвие? — мужчина в соломенной шляпе, говоривший с заметным пекинским акцентом, заглянул в экран фотоаппарата и безжалостно рассмеялся. — Ты что, новичок в наблюдении за птицами? Еще и в светлых шортах заявился. Только что дождь прошел, тут кругом одна грязь, посмотри на свои штанины — грязные донельзя.
Вэй Фэнюй с раздражением потрогал черную серьгу в правом ухе и отряхнул испачканные грязью штанины:
— Дядь, да что ты понимаешь в бёрдвотчинге? Это новая фотографическая мода, называется динамическим размытием!
Просто напасть какая-то, уж лучше бы в шортах не шёл!
Мужчина расхохотался и похлопал Вэй Фэнюя по плечу:
— Я в птицах разбираюсь, а до такой фотографии нашей простой семье далеко.
Он приподнял соломенную шляпу и снова покосился на камеру в руках парня:
— Глянь-ка на этот серебристый логотип, вещь дорогая.
— Вы разбираетесь в птицах? — Вэй Фэнюй уловил ключевое слово и указал на размытое темно-синее пятно на экране камеры, где едва угадывались лишь общие очертания. — Тогда не подскажете, что это за птица?
Мужчина прищурился:
— Посмотри на этот круглый пушистый комочек, прямо как черника, а хвост оранжево-красный — наверняка синехвостка или бурая горихвостка.
— Бурая горихвостка? — Вэй Фэнюй торопливо опустил фотоаппарат на скамейку, вытащил из кармана телефон и открыл электронную энциклопедию птиц. — Дядя, это она, эта пухлая птаха?
Мужчина прищурился:
— А, да-да! Именно она, бурая горихвостка. У нас в парке полно таких милых птичек. Только вот я-то в птицах смыслю, но мне далеко до ребенка одного моего знакомого! Тот — круглый отличник, ему и данные искать не надо, как тебе, глянет на тень и сразу скажет, что за птица. К тому же парень на редкость мягкий и добрый, лицом невероятно хорош, к нему и птицы, и бабочки сами слетаются. Без шуток, как-то раз я…
— Стоп, стоп, дядя, давайте без этих подробностей, мне некогда, я спешу птиц снимать! — Вэй Фэнюй поднял руку, останавливая его, и поспешно закрепил камеру на штанише, опасаясь, что собеседник, увлекшись, проболтает еще три дня и три ночи.
— Ай, глянь на меня, язык за зубами не удержать! — мужчина с досадой хлопнул себя по бедру, подхватил соломенную шляпу и на ходу попрощался.
Вэй Фэнюй бросил взгляд в сторону и перевел дыхание лишь тогда, когда убедился, что дядя отошел достаточно далеко.
Мужчина попался душевный, вот только точь-в-точь как друзья его отца: начнут о деле говорить, а потом вдруг резко свернут на другую тему и болтают без конца.
Он поднял руку, прикрывая глаза от солнца. Птицы в этой части парка почти все разлетелись, пожалуй, стоило пройти вглубь и посмотреть, удастся ли еще что-нибудь снять.
Вэй Фэнюй снова вздохнул и открыл на телефоне форум любителей птиц. Его собственный пост с вопросом новички впервые собрались наблюдать за птицами, на что стоит обратить внимание? по-прежнему висел в самом верху, а под ним красовалась гора комментариев от праздных зевак, которые разглядывали его IP-адрес и вовсю веселились.
Писали всякое:
Брат, у тебя по этому IP огромный заболоченный парк, птиц там видимо-невидимо, все одна к одной.
Говорят, в этом парке работает смотритель зеленых насаждений невероятной красоты. Автор, сходи взгляни ради нас, умоляем.
Я сам натыкался на него, когда снимал птиц вокруг города, он действительно прекрасен.
Птички хе-хе… нет, хм, красавчик хе-хе… нет, хм, птички хе-хе…
Тогда, увидев эту гору бесполезных комментариев, он до смерти разозлился и яростно застучал по клавиатуре телефона.
Фэнюй: Вы вообще хотите, чтобы я птиц снимал или людей? Это же форум о наблюдении за птицами! Всех на плаху! /гнев
Вэй Фэнюй убрал телефон, закинул на плечо штанишко, в другую руку взял сумку с аппаратурой, а за спину приторочил складной походный стульчик и широким шагом зашагал по сухой хрустящей соломе вглубь парка.
Сухую солому сгребли в кучу и оставили у края. Гуй Линью обмахнулся рукой от духоты, вытер пот с лица висевшим на шее полотенцем и тут же поднес руку, позволяя синехвостке, которая прыгала по его соломенной шляпе, устроиться на ладони.
— Малышка, как же ты округла за пару дней? Нас в парке кормят слишком хорошо, — Гуй Линью усадил птицу на ладонь и подушечкой пальца погладил ее оливково-бурые перья на спине. — Совсем обленилась, стоило мне прийти, сразу на голову прыгаешь, озорница.
Говорил он так, но уголки его губ взмыли чуть ли не к самым вискам, а голос звучал звонко и весело.
— Ладно, некогда мне с тобой возиться, работа еще не закончена, — Гуй Линью тронул птичку за крошечный клюв, приподнял руку и легко взмахнул ею — синехвостка, взмахнув крыльями, упорхнула в небо.
Он поправил соломенную шляпу и, не обнаружив поблизости Сяо Юэньмаo, беспомощно улыбнулся.
Наверняка опять улетел танцевать на какую-нибудь копну сена. Дожди шли целых три дня, его точно заперли в четырех стенах.
Гуй Линью подобрал брошенные в траве садовые ножницы и ловко срезал лишние ветки, полностью погрузившись в работу.
Но птицы вовсе не собирались оставлять его в покое.
Стоило одной улететь, как тут же налетала целая стайка, и вокруг молодого человека поднимался звонкий гомон.
Словно зная его мягкий нрав, птички посмелее принимались клевать его соломенную шляпу, штанины и манжеты, и Гуй Линью оставалось только смириться.
Он смахнул с травинки мелкое насекомое и протянул его птице, севшей ему на плечо:
— Ешь, ешь давай, а наелся — не мешай мне работать.
Птица церемониться не стала, цапнула букашку клювом и, радостно хлопая крыльями, улетела.
Гуй Линью с улыбкой покачал головой и поспешил закончить обрезку этого участка. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, ложась неровными бликами на его розовые пряди.
— Чик-чирик! Чик-чирик! —
— Нагулялся, соизволил вернуться? — Гуй Линью поймал приземлившегося Сяо Юэньмаo и посадил его на ствол карликового дерева. — Подожди, у меня тут еще немного работы осталось.
Он наклонился, чтобы собрать срезанные ветки в кучу, огляделся по сторонам и, убедившись, что все в порядке, поднял руку, слегка согнув запястье.
Заметив это, Сяо Юэньмаo тут же перепорхнул с дерева на ладонь юноши, и его когти легонько зацепили пальцы.
— Щелк! —
Гуй Линью повернул голову на звук и увидел, как какой-то модно одетый парень в полном замешательстве возится с фотоаппаратом, а штатив криво и косо торчит прямо в грязи.
Лицо молодого человека раскраснелось, штанины были сплошь покрыты грязными брызгами, а черная серьга в ухе сверкала в лучах солнца особенно резко.
Мм? Неужели тот так долго простоял на солнцепеке с фотоаппаратом, что заработал солнечный удар? Гуй Линью задумчиво нахмурился.
Он чуть шевельнул пальцем, подзывая Сяо Юэньмаo обратно на плечо, опустил правую руку с ножницами и направился прямо к незнакомцу.
Кто бы мог подумать, что от этого парень занервничает еще сильнее.
— Вам помочь? — Гуй Линью стряхнул с одежды травинки и мягко поинтересовался.
Вэй Фэнюй почувствовал, как его сердце готово выпрыгнуть из груди.
— Я… я в полном порядке! Помощь не нужна! — он суетливо схватился за шатающийся штатив, но от волнения задел сумку с объективами, и все содержимое с грохотом высыпалось на землю.
http://bllate.org/book/27978/3388869
Готово:
