Ещё одна долина...
Чэнь Юй тоже повернул голову и посмотрел на Фэн Ханя. Впервые он подумал, что помимо ужасающей силы у Фэн Ханя есть ещё множество секретов, о которых он даже не догадывался.
Фэн Хань уже нашёл себе комплект одежды по размеру. Сейчас уже совсем рассвело, и студенты, которые вчера из-за темноты толком ничего не разглядели, теперь, увидев Фэн Ханя, мгновенно потеряли дар речи. Если Чэнь Юй сам по себе привлекал к себе достаточно внимания, то Фэн Ханя, куда бы он ни направился, окружающие невольно провожали взглядами. Заметив, что целая толпа во все глаза уставилась на него, Фэн Хань поднял руку и указал на озеро:
— Посмотрите, и сами всё поймёте.
Проследив за направлением его пальца, ошеломлённые люди обернулись и только теперь заметили, что вода в озере казалась тёмной вовсе не из-за отражения скалистых утёсов, а потому, что сама по себе была иссиня-чёрной. Даже у самого мелководья было абсолютно невозможно разглядеть дно глубже чем в одном сантибре от поверхности. Совершенно чёрное озеро тихо лежало перед ними.
Самые робкие девушки уже начали пятиться назад. Профессор Цянь с недоумённым видом подошёл ближе, окинул взглядом Чэнь Юя, Ма Вэньцина и Фэн Ханя, а затем опустил руку в воду.
Студенты в напряжении смотрели на профессора Цяня, но тот вдруг изумлённо ахнул.
Фэн Хань кивнул и невозмутимо произнёс:
— Именно так, как вы и думаете. Ночью чёрная вода остывает почти до нуля градусов, зато днём её температура способна стремительно расти, приближаясь к температуре воздуха снаружи.
Студенты тут же обрадовались. Они уже тщательно всё осмотрели: долина, в которой они оказались, имела кольцевую форму и не имела никаких выходов. А расщелина в скале, через которую они сюда выбрались, была наглухо отрезанной дорогой — вернуться туда не было никакой возможности.
Профессор Цянь с облегчением выдохнул и громко рассмеялся:
— Судя по указаниям, сокровища спрятаны прямо на отвесной стене скалы, и я уже начал переживать, как же нам туда добраться. Теперь же, когда вода в озере прогрелась, эта проблема сама собой разрешилась.
— Верно, если мы поднимемся наверх по этим цепям, то, возможно, найдём вход в стене утёса, — поддержал его профессор Ван. Несмотря на лёгкую травму ноги, старик испытывал невероятное волнение при мысли, что им удастся отыскать эти сокровища древней культуры.
При одной только мысли о цепях и чудовище внутри бронзового жертвенника у Чэнь Юя заболела голова. Однако оба профессора были правы: добраться до скалы можно было только по этим цепям. Если повезёт, удастся обнаружить пещеру, ведущую к кладовой, ещё до того, как они достигнут уровня бронзового жертвенника.
Это легко сказать, но когда студенты вошли в озеро, многие всё же заколебались и оробели. Смоляно-чёрная вода казалась почти осязаемой, непроницаемой до мельчайших деталей, словно в этой темноте таилось беспредельное, бесконечное зло.
Профессор Цянь нахмурился, глядя на воду, затем обернулся и улыбнулся:
— Порой опасность не так страшна, как кажется со стороны. Мне бы очень хотелось дать каждому из вас возможность сделать собственный выбор — идти или не идти, но, к сожалению, я не могу этого сделать. И всё же я должен сказать: совместный путь — это, пожалуй, наша единственная надежда выбраться отсюда. Все вы — мои студенты, и как преподаватель я сделаю всё возможное, чтобы защитить вас. Поверьте мне: раз я привёл вас сюда, то обязательно выведу обратно.
Договорив, он подмигнул:
— Ну а теперь настало время нашим храбрецам продемонстрировать своё мужество перед лицом юных дев. Разве вы не любите хвастаться перед нами, стариками, своей непобедимой отвагой? Разве не заявляли, что ради справедливости готовы сокрушать любые преграды и идти вперёд без страха и упрёка? Что ж, небеса дают вам шанс проявить себя. Прекрасницы будут ободрять вас из тыла, молча наблюдая за вами. Встретившись с правдой лицом к лицу, девушки наградят вас объятиями — и чтобы ваша юность не оставила места для сожалений, и чтобы в дальнейти пути вас продолжало сопровождать общество красавиц. Вперёд, и не оглядывайтесь!
Парни и девушки с ошеломлённо-растерянными лицами смотрели на профессора Цяня. Ма Вэньцин закрыл лицо руками и простонал:
— Профессор Цянь, вы снова включили своего внутреннего манипулятора...
Профессор Цянь продолжал улыбаться. Он распределил тех, кто хорошо плавал, в пару к тем, кто плавать почти не умел, и лишь после этого студенты один за другим стали спускаться в воду. Сначала планировалось оставить одного студента дежурить здесь вместе с профессором Ваном.
Однако профессор Ван покачал головой и произнёс:
— Не нужно. Моя нога ещё не совсем парализована, сегодня мне уже немного лучше. К тому же внизу явно нет дороги наружу, а поднявшись наверх, мы, быть может, не только отыщем сокровища, но и найдём путь к спасению. Я пойду со всеми, а там уж подтянете меня, если что.
Чэнь Юй по традиции шёл последним — на этот раз вовсе не потому, что замыкал шествие, а просто потому, что ему было немного жутковато. Заметив робость Чэнь Юя, Ма Вэньцин не удержался от того, чтобы подразнить его. Он подскочил к нему и от души хлопнул по плечу:
— Не бойся, малыш Чэнь Юй, плаваю я просто великолепно! В своё время я занял первое место на городских школьных соревнованиях по плаванию! Давай-ка держись за господином Ма, с тобой точно ничего не случится!
Вспомнив вчерашнюю нелепую и позорную позу Ма Вэньцина, Чэнь Юй тут же поинтересовался:
— А сколько человек участвовало в тех соревнованиях?
Встретившись с этим подозрительным взглядом, Ма Вэньцин пришёл в крайнее возмущение и, схватив Чэнь Юя за шиворот, потащил его прямо в воду.
Фэн Хань бросил взгляд на большой рюкзак Чэнь Юя, небрежно подхватил его и вслед за ними прыгнул в озеро.
Чёрная вода полностью оправдывала своё название — она была настолько тёмной, что в ней напрочь отсутствовал любой намёк на свет, и стоило какой-либо части тела погрузиться в воду, как она тут же исчезала из виду. Если смотреть издалека, казалось, будто множество человеческих голов, рук и ног покачивается на поверхности чернильной глади.
Впрочем, температура воды по сравнению с предыдущим днём вполне позволяла чувствовать себя комфортно — ничем не отличалась от обычного летнего озера. Навыки плавания у Чэнь Юя были вполне приличными, поэтому, оказавшись в воде, он тут же выпустил руку Ма Вэньцина. Ма Вэньцин немедленно подплыл к группе девушек во главе с Яо Вэньвэнь, принялся услужливо виться вокруг них и время от времени кому-нибудь помогал. Фэн Хань, с рюкзаком Чэнь Юя за плечами, с видом полнейшей безмятежности следовал прямо за Чэнь Юем.
Вскоре все они постепенно доплыли до массивных цепей. Глядя на угольно-чёрную воду и толстые железные цепи, свисающие прямо из её глубин, Чэнь Юй внезапно вспомнил о Призрачном Гу. Его охватило жуткое отвращение, и ему даже показалось, что давление в области груди усилилось. К счастью, совсем скоро они смогут выбраться из воды — утешая себя этой мыслью, Чэнь Юй немного расслабился.
Внезапно плывшие впереди люди истошно закричали. Многие из них развернулись и бросились обратно — судя по выражению их лиц, впереди появилось что-то до безумия ужасающее.
Ма Вэньцин тащил за собой какую-то перепуганную до полусмерти однокурсницу, которая уже не могла плыть сама, и на ходу орал изо всех сил:
— Скорее назад, к берегу!
Не успели они произнести что-либо ещё, как Чэнь Юй увидел, что в самом центре озера под цепями внезапно образовался огромный чёрный водоворот. К тому же он вращался с невероятной скоростью и одновременно стремительно расширялся — нескольких студентов уже затянуло внутрь! Чэнь Юй успел лишь дважды судорожно взмахнуть руками, как его самого подхватила какая-то необъяснимая, чудовищная сила и увлекла в пучину.
В голове у Чэнь Юя гудело. В воде было совершенно невозможно понять, где верх, а где низ, а Ма Вэньцин, только что плывший рядом, исчез из виду. Включённый влагозащитный фонарик давал света ровно столько, чтобы не умереть со страху — тусклое сияние освещало лишь пространство в нескольких сантиметрах вокруг него. В непроглядной воде со всех сторон вырастали стены кромешной тьмы, порождая чувство всепоглощающего, давящего одиночества.
Теперь, оглядываясь назад, он понимал, что недавнее ощущение тяжести в груди было вовсе не иллюзией — судя по всему, скорость течения начала меняться уже тогда.
Чэнь Юй больше не мог здраво рассуждать. Стремительное вращение неумолимо втягивало его к самому центру воронки. Он попытался нащупать ледоруб или хоть какое-то приспособление, за которое можно было зацепиться, но с ужасом сообразил, что, кажется, оставил рюкзак на берегу.
Перед тем как окончательно потерять сознание, ему смутно показалось, будто чья-то сильная рука крепко ухватила его за запястье.
...
— Какого чёрта происходит? Откуда в озере такая гигантская воронка? — до слуха Чэнь Юя донёсся чей-то раздражённый голос Ма Вэньцина, то приближавшийся, то отдалявшийся.
Чэнь Юй моргнул, увидел пронзительно-синее, чистое небо и с мыслью «Спасён!» пережил шок от удачного исцеления. Затем небо исчезло, и его заслонило лицо Фэн Ханя — чёрные волосы, чёрные глаза. Чернота в его взгляде была настолько глубокой, что казалась бездоннее только что виденного озёрного омута.
На секунду Чэнь Юй напрягся. Да, он всегда чувствовал, что Фэн Хань представляет собой куда большую опасность. Хотя тот уже наглядно продемонстрировал, что без крайней необходимости вовсе не намерен причинять вред тому, что считает своей «собственностью».
— Уже в порядке? — с лёгким оттенком участия спросил Фэн Хань. К этому моменту Чэнь Юй уже уяснил, что подобное участие — всего лишь проявление особой, присущей Фэн Ханю вежливости.
— Да, в порядке. Нас что, спасли? — спроил Чэнь Юй.
— Можно и так сказать. Нас сюда вынесло потоком воды, — ответил Фэн Хань, переводя взгляд на небольшое мелководное озеро неподалёку.
Это тоже был водоём с чёрной водой, но гораздо меньше по размеру и расположенный намного ниже. Студенты и оба профессора находились на берегу, причём некоторые ещё не пришли в себя. Никакого огромного чёрного озера, никаких цепей и бронзового жертвенника здесь не было. Если берег того озера с чёрной водой был сплошь усыпан галькой и лишён любой растительности, то здесь всё буквально пышало жизнью — вокруг пестрело множество полевых цветов и зеленела трава.
Профессор Цянь велел пересчитать всех по головам — к счастью, никто не пропал. Правда, профессор Ван снова потерял сознание: для него это путешествие всё-таки оказалось слишком тяжёлым испытанием.
В этот момент кто-то из парней с улыбкой громко крикнул:
— Преподаватель, мы требуем обещанных объятий с красавицами!
Девушки тут же одарили профессора недобрыми взглядами. Профессор Цянь с максимально солидным видом покашлял в кулак и произнёс:
— Я всего лишь преподаватель, проводник, а не ваша нянька. В вашу личную жизнь я вмешиваться не собираюсь.
Все присутствующие молча уставились на профессора, который в одно мгновение вновь обрёл высочайший авторитет.
— Профессор, кажется, это совсем не та долина, где мы были раньше? — по знаку профессора Цяня вперёд вышел Фан Цзинь, чтобы разрядить обстановку. Он отжимал свои выкрашенные в жёлтый цвет волосы и на ходу говорил: — Рядом с ним его девушка Сяо Ци прикрыла глаза, отдыхая. Даже если этот парень и горел желанием заполучить объятия, смелости у него на это точно не хватило бы.
Профессор Цянь присел на камень, закурил сигарету и выпустил дым:
— Верно, на этот раз наблюдения Фан Цзиня точны. Похоже, эта котловина — совсем другая долина, а этот небольшой пруд и то большое озеро, скорее всего, связаны между собой. Только что, из-за разницы уровней воды или приливов, произошло обратное течение, и нас занесло сюда.
Все притихли. Хотя место с сокровищами, судя по всему, находилось на скалах снаружи, никто даже не заикнулся о том, чтобы вернуться. И дело было не только в неведомых ужасах, таившихся в чёрной воде — ещё бабушка надвое сказала, удалось ли бы им вообще подняться обратно по этому пруду.
В этот момент прибежала запыхавшаяся Яо Вэньвэнь и выпалила:
— Профессор, там у самого пруда есть каменная пещера, неизвестно куда ведущая.
Профессор Цянь тут же поднялся на ноги и в сопровождении Цяо И, Фан Цзиня, Ма Вэньцина и ещё нескольких ребят отправился на разведку.
Чэнь Юй прикрыл глаза и продолжил лежать, отдыхая. Он коснулся висящего на шее бронзового кольца, и тревога в его сердце разгорелась с новой силой. Какое же проклятие таит в себе этот предмет? Вдруг он ненароком заденет какой-нибудь механизм и больше никогда не сможет открыть глаза?
Фэн Хань же выглядел так, будто его вообще ничто не волнует — он преспокойно уплетал припасы из рюкзака Чэнь Юя.
Чэнь Юй приоткрыл один глаз, посмотрел на сидевшего рядом парня и ошарашенно спросил:
— Разве тебе можно есть человеческую еду?
Фэн Хань удивленно поднял на него взгляд и произнёс:
— А что тут странного? Разве ты, когда проголодаешься, не ешь?
Чэнь Юй на миг опешил от такого ответа, но затем с робкой надеждой переспросил:
— То есть... тебе вовсе необязательно пить мою кровь, чтобы выжить, верно?
— Верно, — без малейшего колебания подтвердил Фэн Хань.
Чэнь Юй заскрижетал зубами:
— Тогда какого чёрта ты её пьёшь?!
Фэн Хань с бесстрастным выражением лица задумался на секунду, а затем без тени раскаяния выдал:
— Твоя кровь гораздо полезнее всей этой дряни. Должен же я иногда себя баловать. Впрочем, не переживай, я буду следить за количеством выпитого. Люди, знаете ли, на редкость хрупкие создания.
Чэнь Юй пришёл в ярость. Как этот тип может заявлять подобное с таким невозмутимым видом?!
В этот момент издалека донёсся голос Ма Вэньцина:
— Малыш Чэнь Юй, иди сюда скорее, организации нужен ты!
Присутствие профессора Цяня удерживало Ма Вэньцина от дурацких шуточек, и Чэнь Юю пришлось подняться на ноги и двинуться к краю пруда. Фэн Хань тут же увязался следом. Чэнь Юй подхватил свой большой рюкзак, закинул его на плечи и бросил:
— Можешь не ходить за мной по пятам.
Фэн Хань кивнул:
— Ладно, не переживай, пока я не против.
— ...
У водоёма уже столпилась дюжина студентов. В густых зарослях травы скрывался уходящий вниз под наклонным углом каменный лаз — его случайно обнаружила одна из наблюдательных девушек.
Ма Вэньцин помахал Чэнь Юю:
— Быстрее, загляни внутрь, с тамошними делами справишься только ты.
С недоумённым видом Чэнь Юй спустился вниз. Лаз был высечен на редкость аккуратно, чётко прослеживались следы человеческой работы, а на стенах даже виднелись грубоватые барельефы с изображением цветов и птиц. Постепенно спуск уходил всё ниже и в конце концов привёл прямо в воду. Там, где начиналась вода, заканчивался и лаз — путь преграждала массивная каменная дверь, запертая на замок.
Так вот зачем его позвали — чтобы взломал замок.
Вода у самой двери достигала примерно полуметра в глубину, так что Чэнь Юй вполне мог подойти и заняться замком.
В этот момент Фэн Хань придержал его за плечо. Все уставились на него. Не сводя глаз с Чэнь Юя, Фэн Хань спокойно произнёс:
— Открывать эту дверь нет никакой необходимости. Разве что вам снова захочется вернуться к озеру с чёрной водой — судя по всему, именно по этой дороге У Саньгуй в своё время переправлял свои сокровища.
Профессор Цянь изумлённо шагнул вперёд, внимательно оглядел направление двери, затем перевёл взгляд на росписи на каменных стенах и наконец хлопнул себя по бедру:
— Этот молодой человек совершенно прав! Это и есть их собственный путь сюда, а значит... те сокровища на самом деле спрятаны в той самой долине, где мы только что очнулись!
— А У Саньгуй и впрямь хитрый жук, додумался же спрятать вход прямо на дне чёрного озера — ни за что в жизни не догадаешься. Интересно, неужели они каждый раз ходили по этому каменному туходулю в полной темноте? — озадаченно пробормотал Фан Цзинь.
Чэнь Юй покачал головой:
— Когда они прокладывали этот каменный коридор, он вовсе не обязательно находился под водой. За прошедшие годы уровень воды в озере мог подняться и затопить проход, поэтому-то мы его и не нашли.
Профессор Цянь с улыбкой кивнул:
— Верно. К тому же уровень этого пруда гораздо ниже, а это значит, что и сама та долина расположена выше нынешней. Судя по всему, в карте сокровищ говорилось, что клад находится на утёсе, но мы истолковали это неверно — он должен быть в долине, которая располагается выше той, первой.
— Отлично! Тогда давайте скорее поищем его! — возбуждённо воскликнул Ма Вэньцин.
В итоге вся компания вновь вернулась в долину на поиски потенциального хранилища сокровищ.
По сравнению с прошлыми трудностями на этот раз поиски увенчались успехом с неожиданной легкостью. На противоположной от горного склона стороне долины обнаружились два каменных постамента с высеченными на них странными символами. Земля между ними была поразительно ровной, а в самой скале чернела каменная дверь. Причём в дверном проёме зияла пробитая взрывом дыра, через которую вполне мог протиснуться взрослый человек.
Студенты сперва обрадовались, но тут же засомневались: неужели это место уже кто-то разграбил?
Ма Вэньцин долго таращился на взорванную каменную дверь и наконец изрёк:
— Почему у меня такое странное предчувствие, будто эта дверь — могильная плита-заглушка?
Чэнь Юй молча кивнул. Интуиции Ма Вэньцина, происходившего из потомственной семьи расхитителей гробниц, он всё же доверял.
— Давайте сначала войдём и осмотримся, — предложил профессор Цянь. Поскольку дверь была разрушена взрывом, никаких проблем с воздухом внутри возникнуть не должно было.
Стены подземного коридора по-прежнему украшали росписи, правда, слегка поблёкшие, вероятно, из-за получившего доступ воздуха. Через равные промежутки горели неугасимые лампады. До боли знакомая планировка могильного тоннеля вновь пробудила в Чэнь Юе дурные предчувствия. Чем дальше они углублялись внутрь, тем ярче и роскошнее становились настенные фрески. На них были изображены придворные служанки, держащие в руках подносы или фонари. На служанках были надеты невероятно короткие верхние рубахи — едва прикрывавшие талию — и длинные юбки с плавными, изящными линиями.
— Это же одежда эпохи династии Хань! Каким образом она оказалась на фресках в гробнице У Саньгуя? — пробормотал себе под нос Фан Цзинь.
Он был так увлечён разглядыванием росписи, что, шагая впереди всех, вдруг споткнулся и полетел носом на пол. Он попытался схватить за руку шдшего рядом Ма Вэньцина, но не удержал его, и в итоге рухнул прямо на какого-то человека.
Фан Цзинь с диким воплем подскочил на ноги.
— Какого чёрта, жёлмазый, ты же не девица, чего голосишь? — раздражённо бросил Ма Вэньцин, которого перепугал крик Фан Цзиня, в то время как сам он был целиком поглощен изучением красавиц на фресках.
— Сам ты девица... Профессор, здесь мертвец! — огрызнувшись на Ма Вэньцина, Фан Цзинь тут же вспомнил о главной причине и поспешил доложить профессору Цяню.
Профессор Цянь торопливо подошёл ближе. Тело, лежавшее на полу, относилось к гораздо более древней эпохе, чем труп, встреченный ими в самом начале гробницы У Саньгуя — от него осталась лишь обтянутая кожей высохшая мумия. Одежда на нём сохранилась хорошо, и сам он был сплошь чёрным, словно мумифицированный труп, но, как ни странно, следов разложения не наблюдалось.
— Наверное, здесь слишком сухо... Фан Цзинь, пошарь у него в сумке, поищи что-нибудь, — скомандовал профессор Цянь.
Фан Цзинь, только что переживший близкий контакт с покойником, с лицом утопающего в слезах нехотя подчинился и принялся шарить вокруг. Сумка оказалась старым брезентовым вещмешком образца десятилетней давности. Внутри лежали простенький фонарик примитивной конструкции, свечи, фляга и пожелтевший блокнот.
Фан Цзинь протянул блокнот профессору Цяню и поспешил к своей девушке Сяо Ци за утешением, но был сурово обвинён в отвратительном запахе и получил приказ не приближаться к ней ближе чем на метр, после чего в полном одиночестве забился в угол.
— У этого человека, похоже, была привычка вести дневник. В первой, толстой части записей — дела минувших дней, — произнёс профессор Цянь, сразу перелистывая страницы на период их попадания в долину.
Бросив пару беглых взглядов на текст, он вздохнул:
— Они тоже пришли сюда через гробницу У Саньгуя. Похоже, у входа они столкнулись с ядовитыми змеями — прямо как мы.
Все столпились вокруг него, вчитываясь в строки:
«26 мая. Мы всё ещё блуждаем по могильным туннелям, невозможно понять, стоит ли на улице ненастье или солнце.
Мы вышли к жуткому озеру. Не дожидаясь рассвета, А-Чжэн полез в воду посреди ночи и больше не вернулся.
27 мая. Ясно.
Мы благополучно добрались до долины. То, что требуют верхи, должно быть найдено с минуты на минуту. Хоть никто об этом вслух не говорит, по лицам видно, что каждый мечтает поскорее убраться из этого проклятого места.
29 мая. Облачно.
Сокровища размером с гору — вижу такое впервые, все безумно взволнованы. Похоже, начальству нужны не просто клады, так что часть этих вещиц мы вполне можем прихватить для себя. Но сокровищ так много, что всё не унесёшь! Увидев это богатство, А Ли наверняка сойдёт с ума от радости... Пожалуй, надо захватить ещё немного.
31 мая. Пасмурно.
Командир упорно отказывается уходить. Народ в отряде хоть и недоволен, но молчит — лишь каждый день отбирает вещицы подороже взамен тех, что присмотрел раньше. В конце концов я не выдержал: сколь бы прекрасны ни были сокровища, им не пересилить тоску по семье. Поэтому я решил нынешней ночью тайком проследить за командиром, чтобы узнать, куда это он каждый раз украдкой уходит.
1 июня. Наверное, пасмурно.
Зря я пошёл за ним. Я умираю. Кто эта безликая женщина, что была с командиром?..
А Ли...»
На этом записи обрывались. Переглянувшись, студенты замерли в растерянности. Вспомнив собственный сон, Чэнь Юй почувствовал, как по спине побежали мурашки: почему этот человек тоже видел безликую женщину?
Студенты вновь принялись перешёптываться: эта шайка явно явилась сюда за сокровищами У Саньгуя — или же преследовала какие-то иные цели. Но факт оставался фактом: сюда приходили и другие люди.
Немного подумав, профессор Цянь произнёс:
— Их наверняка было больше одного. Если других тел мы не обнаружили, возможно, остальным удалось выбраться. Хватит пугать самих себя, давайте поищем ещё.
Будучи убеждённым сторонником материализма, профессор Цянь полагал, что пугающие явления — это всего лишь плод галлюцинаций, рождённых человеческим мозгом в состоянии крайнего страха.
Пройдя ещё немного вперёд, они увидели полуприоткрытую каменную дверь, за которой скрывалась небольшая комната.
Помещение оказалось сравнительно небольшим. У входа стояла ширма — её деревянный каркас и побеленная неизвестным материалом ткань прекрасно сохранились, а на полотне была вышита пышная ветка пиона. Внутри комнаты тоже горела неугасимая лампада, стоявшая на столике за ширмой.
Через полупрозрачную ткань ширмы все смутно разглядели сидевшую за столом фигуру — судя по силуэту, это была женщина.
http://bllate.org/book/27970/3387868
Готово:
