Ма Вэньцин издалека заметил профессора Цяня со студентами и, охваченный волнением, окликнул их, после чего с размаху прыгнул в воду и поплыл к берегу. Проплыв всего пару шагов, он издал странный вопль и с крайне неприглядным видом выкарабкался на сушу.
Профессор Цянь и остальные тоже увидели промокшего насквозь Ма Вэньциня, а также Чэнь Юя и Фэн Ханя, висящих на цепях. Профессор Цянь обрадовался и удивился, подошел, поддержал Ма Вэньциня и отругал его:
— Вы двое ни минуты не даете покоя! Вы так напугали профессора Вана и меня! Куда вы запропастились и столько времени не возвращались в отряд? А теперь вот прибежали вперед. С вами всё в порядке?
Ма Вэньцин долго отдувался, прежде чем пришел в себя. Он громко чихнул, ухватился за профессора Цяня и принялся жаловаться:
— Профессор, тут в двух словах и не расскажете! Мы с честью несли оказанное вами высокое доверие и остались охранять тыл; дождались, пока все благополучно отступят, и бросились следом по дороге, да только и след простыл. А потом... кое-кто решил напасть на след, ваш лучший ученик Сяо Чэнь Юй перепутал дорогу, и мы дважды сгоняли на экскурсию в ад. К счастью, благодаря моему уму и героизму, мы наконец нашли короткую дорогу и выбрались целыми и невредимыми, вот и воссоединились со всеми!
На одном дыхании выпалив всё это, Ма Вэньцин на ходу принял протянутую ему бутылку воды и украдкой подмигнул Чэнь Юю.
Чэнь Юй, разумеется, не стал выкладывать правду о том, что Ма Вэньцин утаил карту древней гробницы и они заблудились, хотя ему ужасно хотелось поиздеваться над ним. Однако, видя, как этот бесстыдник расписывает собственные подвиги, Чэнь Юй лишь закатил глаза. Ум и героизм? Спасать людей он, конечно, рьяно бросился, но тот, кого вырубили едва он успел появиться, явно не имел права хвастаться.
— Эй, Сяо Чэнь Юй, полегче спускайся! Черт возьми, эта вода холодная как лед, в ней же окоченеть можно! — Ма Вэньцин наконец вспомнил, что Чэнь Юй всё еще висит на цепи, и поспешно крикнул ему.
Чэнь Юй, услышав вопли Ма Вэньциня и заметив его странные движения, подумал, что в воде кто-то есть, и долго не решался спуститься. Но раз дело было лишь в холодной воде, он разжал руки и прыгнул вниз.
В тот самый момент, когда он погрузился в воду, Чэнь Юй понял: дело не просто в холоде, вода ледяная, кости по всему телу пронзило от боли. Большой рюкзак, от которого Чэнь Юй упорно отказывался избавляться, напитался водой и стал еще тяжелее. Зубы Чэнь Юя стучали от холода, он изо всех сил старался плыть вперед — если пробыть здесь хоть немного дольше, судороги в ногах были гарантированы.
В этот момент чья-то рука схватила его сбоку и потянула вперед. Чэнь Юй повернул голову: Фэн Хань плыл так непринужденно, словно ничего не бывало, да еще и умудрялся тащить с собой балласт. Чэнь Юю стало немного не по себе, и он испытал легкое чувство вины за то, что минутой ранее подумывал бросить Фэн Ханя на цепи. Этот парень, пожалуй, был неплохим человеком.
Как только Чэнь Юй выбрался на берег, его тут же подхватили. Цяо И с удивлением оглядела насквозь промокшую пижаму Чэнь Юя, перевела взгляд на незнакомого Фэн Ханя и спросила:
— В чем дело? Возникли неприятности? Мы ждали вас несколько раз, но в конце концов из-за того, что — Цяо И бросила взгляд назад и замолчала.
Цяо И сняла с себя куртку и бросила Чэнь Юю, велев укутаться, а затем повернулась к стоявшему за его спиной Фэн Ханю и с улыбкой произнесла:
— Что, неужели во время ваших приключений вы встретили кого-то еще?
Яо Вэньвэнь тоже подошла и с недовольством в голосе произнесла:
— Вы трое, что вы вообще творите? Из-за того, что мы ждали вас, все просидели в расщелине слишком долго, да еще и профессора Вана змея укусила!
Причитая, она расстегнула свой большой рюкзак и среди вороха расчесок, косметичек, блокнотов и прочей мелочи отыскала большое пушистое полотенце.
Собираясь протянуть его, Яо Вэньвэнь заметила Фэн Ханя, стоявшего за спиной Чэнь Юя. Хотя большая часть тела этого человека тонула в темноте, Яо Вэньвэнь разглядела его с первого же взгляда. Его внешность трудно было описать словами — дело было вовсе не в банальной привлекательности. Лицо без тени эмоций, излучающее необъяснимый холод, длинные ресцеподобные тени от идеальных ресниц, прямой нос — черты лица казались совершенным произведением искусства. Наконец этот человек поднял глаза: в его угольно-черных зراачках таилось бесконечное равнодушие и отрешенность, казалось, ничто в мире не способно привлечь его внимание. Молодой человек в лунном свете обладал суровой и аристократичной красотой. Рядом с ним изысканная привлекательность Чэнь Юя казалась несколько хрупкой.
Яо Вэньвэнь замерла от удивления. Большое полотенце, предназначавшееся Чэнь Юю, она машинально протянула Фэн Ханю. Тот бросил на полотенце мимолетный взгляд, остался совершенно равнодушен и посмотрел на Яо Вэньвэнь с легким недоумением.
Яо Вэньвэнь покраснела, чувствуя досаду. Она была первой красавицей исторического факультета, из обеспеченной семьи, с детства привыкла улыбаться и веселиться, была живой и общительной, а парней, ухаживавших за ней, не счесть. Цяо И уже был исключением из правил, заставившим ее поступиться гордостью и проявить инициативу, а тут объявился еще один человек, который и вовсе проигнорировал ее, особенно учитывая, насколько этот парень был хорош собой.
Яо Вэньвэнь прикусила губу и выпалила:
— В конце концов, нормальный человек не станет делать вид, будто не замечает чужей доброты. К тебе что, холод не подступает?
В глазах Фэн Ханя мелькнуло понимание. Он поднял руку, взял полотенце и направился к Чэнь Юю. Сделав пару шагов, он словно о чем-то вспомнил, обернулся и бросил:
— Спасибо.
Яо Вэньвэнь едва не упала от возмущения, кипя от злости. Что за люди! Такая выдающаяся внешность, такой ледяной характер и при этом полное отсутствие элементарных манер!
Чэнь Юй тем временем торопливо натягивал предложенную Цяо И куртку. Благодаря многолетним занятиям спортом на открытом воздухе его физическая форма была вполне сносной, но эта вода оказалась до безумия холодной, словно кислота в ледяной купели. Чэнь Юй непрерывно ворчал себе под нос, как вдруг перед глазами у него внезапно потемнело. Поскольку Ли Ма уже один раз вырубила его, после чего последовали крайне болезненные события, Чэнь Юй смертельно испугался. Не успел он пискнуть, как понял, что чья-то сильная рука принялась яростно тереть ему голову.
Заглянув в щель между краями полотенца, Чэнь Юй увидел Фэн Ханя, который не отходил от него всё это время. Фэн Хань явно никогда не занимался ничем подобным: он одной рукой возил полотенцем туда-сюда по голове Чэнь Юя, так что волосы изрядно растрепались и заболели от натяжения. Терпение Чэнь Юя лопнуло. Сдернув полотенце, он уже собирался прикрикнуть на него, но, заметив в глазах Фэн Ханя редкое, едва заметное выражение заботы, замер. Тот и сам весь промок, с него капала вода, но он все равно пытался высушить его волосы.
Чэнь Юй почувствовал легкое умиление. Он пару раз взъерошил волосы, протянул полотенце обратно, наклонился и шепотом, так, чтобы слышали только они двое, произвел инструктаж:
— Эй, ты бы тоже привел себя в порядок. На людях постарайся хоть немного замаскироваться.
Фэн Хань с бесстрастным выражением лица опустил глаза на полотенце в своей руке, после чего посмотрел на Чэнь Юя, который попытался отступить в сторону Цяо И, и произнес:
— Вытри меня.
Заметив, как ошеломленный Чэнь Юй замер на месте и повернулся к нему, Фэн Хань с абсолютно невозмутимым видом заявил:
— Ты умеешь. К тому же ты — жертвенный дар.
Чэнь Юй понял, что только что растрогавшая его забота Фэн Ханя была не более чем иллюзией. Потеряв уверенность в себе, он пробормотал:
— Эй, нельзя же быть настолько неразумным! Рабство давно отменили!
Фэн Хань уставился на него своими золотисто-желтыми глазами, и голос Чэнь Юя начал стремительно затихать.
Холодным тоном Фэн Хань произнес:
— Чэнь Юй, возьми свои слова обратно. Или, может, хочешь взбунтоваться и проверить, что будет?
Фэн Хань всерьез задумывался над тем, как именно следует наказать непослушную жертву, чтобы та усвоила: воля хозяина — это закон.
Чэнь Юй с возеушением посмотрел на ту самую руку, что недавно швырнула обратно Призрачного Гу, осознав, что Фэн Хань действительно воспринимает его как личную вещь. Стоило ему лишь взглянуть на этого человека, как страх волнами подступал к горлу. Не зная, плакать ему или смеяться, Чэнь Юй повернулся и выдавил из себя:
— Л... ладно.
Он выхватил полотенце из рук Фэн Ханя, торопливо вытер ему голову, а затем отжал с капающей воды его куртку.
В этот момент Цяо И под руки подводила обоих профессоров. Заметив хлопочущего Чэнь Юя, она нахмурилась.
Со стороны казалось, что у Чэнь Юя с этим новоиспеченным знакомым сложились прекрасные отношения. Даже Ма Вэньцин в полном недоумении уставился на Чэнь Юя: насколько он помнил, тот вечно капризничал и ждал, пока кто-нибудь поухаживает за ним самим, и уж точно никогда не делал ничего подобного по собственной воле.
Когда профессор Цянь подошел ближе, Чэнь Юй, убедившись, что с Фэн Ханя больше не течет вода, осторожно бросил на него косой взгляд и направился поприветствовать преподавателя.
— Главное, что вы оба вернулись живыми и невредимыми. Я уже всё слышал от Сяо Ма. Семья проводников и вправду оказалась с душком, на сей раз мы проявили непростительную беспечность. А этот молодой человек... кто он?
Профессор Цянь усадил профессора Вана на камень и, продолжая говорить, поднял голову, глядя в сторону Фэн Ханя.
Чэнь Юй бросил взгляд на подмигивающего ему Ма Вэньциня и смущенно ответил:
— Профессор, это... это Фэн Хань, мы встретились в дороге, он очень выручал меня в пути.
Профессор Цянь отличался чрезвычайной проницательностью. Он с ног до головы окинул взглядом Фэн Ханя: странные белые длинные одежды, из-под которых проглядывала современная одежда, правда, казавшаяся подозрительно знакомой. Встретились в дороге? Да какая тут вообще дорога. Профессор заподозрил, что Фэн Хань — какой-то ловкий и искушенный расхититель гробниц, который по тем или иным причинам застрял в усыпальнице. Профессор Цянь приветливо улыбнулся:
— Здравствуйте! Спасибо, что приглядывали за моим студентом.
Чэнь Юй тут же оглянулся на Фэн Ханя, смертельно боясь, что этот ледяной чурбан проигнорирует профессора. Однако результат показал, что при всей своей холодности Фэн Хань усвоил хорошие манеры с поразительной быстротой: слегка наклонившись, он произнес:
— Не за что.
Этот цзунцзы не выдал себя ни единым жестом.
Профессор Цянь еще несколько раз с одобрением окинул взглядом собранного и невозмутимого юношу, чем вызвал тайную зависть у своего любимого ученика Чэнь Юя.
Стояла глухая ночь. Профессор Цянь распорядился, чтобы все принялись ставить палатки и разводить костры. Большинство студентов не смыкали глаз уже двое суток: хотя им доводилось останавливаться на отдых в горных расселинах, места там были тесными, а постоянный страх перед змеями не позволял спать спокойно.
Студенты наскоро соорудили очаги прямо на земле, разожгли огонь и принялись ставить палатки. Пережив напряжение и ужас, оказавшись на просторе, люди почувствовали себя немного спокойнее.
Услышав, что профессора Вана укусила змея, Чэнь Юй поспешил навестить его.
— Это не та змея, что с лапами, яд у нее не смертельный. Профессору уже обработали рану и дали лекарство, вот только нога у него так опухла, что он не может ходить, и всю дорогу его нес на спине Фан Цзинь, — пояснила Цяо И.
Тут Ма Вэньцин поинтересовался:
— Профессор Цянь, какими судьбами вы шли по такому маршруту, что мы так удачно пересеклись именно здесь?
Профессор Цянь вздохнул и ответил:
— Этот маршрут в точности совпадает с дорогой на карте сокровищ. Согласно указаниям на ней, в этом месте путь обрывается. Иными словами, сокровища У Саньгуя находятся где-то поблизости. Мы должны отыскать их как можно скорее, а затем придумать, как выбраться отсюда. В нынешнем состоянии профессор Ван долго в таких условиях не протянет, его необходимо срочно доставить в больницу.
Профессор Ван был уже в преклонном возрасте, к тому же его укусила змея, и сейчас он находился в полубессознательном состоянии.
Цяо И окинула взглядом студентов, которые уже развели кости и готовили еду, повернулась обратно и сказала:
— Ночью искать что-либо определенно слишком трудно. Профессор, может, лучше подняться завтра чуть свет, поискать сокровища и путь наружу, чтобы постараться выбраться из этой долины до конца дня?
Профессор Цянь помрачнел и кивнул:
— На данный момент ничего другого не остается. Вот только когда мы пойдем обратно, у нас не будет проводника, а это отнимет еще больше времени.
Упомянув об этом, профессор Цянь, казалось, о чем-то вспомнил, и лицо его мгновенно исказилось от ужаса:
— Беда! Ребенок по имени Ван Мяо всё еще у них в руках!
На мгновение вокруг воцарилось молчание. Верно, Ли Ма тайком подменила Ван Мяо, и где же теперь этот мальчик?
Профессор Цянь помрачнел лицом и тяжело произнес:
— Когда выберемся отсюда, Цяо И отведет часть людей, чтобы отвезти профессора Вана в больницу, а остальные вернутся со мной в ту деревню на поиски мальчика.
Обсудив дальнейший план и наскоро перекусив, измотанная и уставшая группа улеглась спать. Ночи в долине по-прежнему стояли лютые, девушки забились в палатки, а парни разбились на пары для ночного дежурства. Чэнь Юй неизменно дежурил в паре с Ма Вэньцинем, но на этот раз, поскольку Фэн Хань был знаком ему ближе всех, а оставлять его наедине с остальными Чэнь Юй решительно не доверял, ему пришлось сменить напарника и встать в дозор вместе с Фэн Ханем.
Около четырех часов утра Ма Вэньцин толчком разбудил Чэнь Юя. Тот натянул куртку, прихватил ружье и пристроился у костра. Луна по-прежнему висела круглая и огромная, Чэнь Юй поднял голову и посмотрел на утесы над озером, но бронзовый жертвенник в темноте уже не просматривался.
Скосив глаза в сторону, Чэнь Юй увидел, что Фэн Хань тоже смотрит на луну. От пронизывающего ветра тот не шевелился ни единым мускулом, а самого Чэнь Юя била крупная дрожь. Мысленно выругавшись, Чэнь Юй извлек из рюкзака бутылку белой и сделал несколько глоток: горячая волна обожгла горло изнутри, и тело заметно согрелось.
Чья-то рука сзади выхватила у него бутылку. Чэнь Юй обернулся — это был вроде бы заснувший Ма Вэньцин.
— У тебя что, нюх как у собаки?
— Твою мать, Сяо Чэнь Юй, да ты прячешь припасы! У меня во рту за эти дни вкус пропал совсем, раз у тебя есть такая прелесть, чего раньше не достал?
Ма Вэньцин с умиротворенным выражением лица прижал к груди бутылку водки и принялся недвусмысленно намекать Чэнь Юю, чтобы тот извлек из рюкзака какую-нибудь закуску.
Пробормотав себе под нос что-то неразборчивое, Чэнь Юй нащупал сверток с лепешками, но, подняв глаза, увидел, что Фэн Хань протягивает к нему руку. Чэнь Юй ошеломленно уставился на него, не понимая, чего тот добивается.
— Выпивку.
Не успевший сообразить в чем дело Чэнь Юй протянул ему последнюю целую бутылку. Фэн Хань придвинулся к огню, сам выудил из рюкзака Чэнь Юя горсть арахиса, а затем с недовольным видом изрек:
— Впредь тебе следует запасаться этим в больших количествах.
Чэнь Юй лишился дар речи. Он никак не мог привыкнуть к тому, что этот человек с такой естественной непринужденностью считает всё его имущество своим собственным.
Ма Вэньцин бросил взгляд на перекошенное лицо Чэнь Юя, с трудом сдерживая смех, и подмигнул товарищу, намекая, что было бы неплохо напоить Фэн Ханю, чтобы потом творить с ним всё, что заблагорассудится.
В конце концов Чэнь Юй забылся тяжелым сном. Он помнил лишь то, что его одолевала страшная дремота, веки наливались свинцом, а в сновидении раздавался звон серебряных бубенцов и впереди шла гибкая, изящная женщина.
Затем женщина обернулась и одарила его улыбкой, и тут ошеломленный Чэнь Юй с ужасом обнаружил, что лица у нее нет!
Внезапно проснувшись от кошмара, Чэнь Юй с вскриком задел локтем сидевшего рядом спутника. К своему стыду, он понял, что уже рассвело, а он все это время безмятежно спал, устроившись головой на коленях Фэн Ханя.
Фэн Хань опустил взгляд на Чэнь Юя и оттолкнул его, побуждая подняться.
Тем временем профессор Цянь и остальные озадаченно всматривались в противоположный берег. Увидев, что Чэнь Юй проснулся, Ма Вэньцин тут же подтащил его ближе и заговорил:
— Профессор, этот сорванец с детства полон хитроумных идей, пусть он взглянет.
— В чем дело? — поинтересовался Чэнь Юй.
Профессор Цянь указал рукой на противоположный берег и стáл растерянно объяснять:
— Конечная точка на этой карте сокровищ, судя по всему, находится на вершине того утеса.
— Неужели мы ошиблись картой? — Чэнь Юй вспомнил бронзовый жертвенник, и по его телу пробежали мурашки.
Профессор Цянь уверенно покачал головой:
— Ошибки быть не может, на этой карте даже озеро вычерчено с абсолютной точностью.
— Но ведь вчера каждый из нас проверил эту воду, лезть туда нельзя, можно насмерть замерзнуть, — озадаченно произнес Ма Вэньцин. — Но банда У Саньгуя же как-то добралась туда?
В этот момент раздался холодный, звонкий голос:
— Вода в этом озере — черная вода.
http://bllate.org/book/27970/3387867
Готово:
