Глазам предстала огромная равнина, разбитая на аккуратные квадраты полей. Земля была фиолетово-чёрной, на ней не росло ни единой культуры, а вдали смутно угадывались очертания горных хребтов.
Из-за густого белого тумана, клубившегося вокруг, многие виды едва позволяли различить лишь их примерные контуры, и лишь в радиусе трех километров вокруг них тумана не было.
Члены семьи Каллен увидели прямо перед собой строение, которое должно было быть домом. Его стены были сплетены из толстых лиан, среди которых пестрели крошечные яркие цветы. Окна, разумеется, не имели никаких преград, как и дверь.
— Эдвард, пойдём скорее! — торопил Роя Эдвард, который держал его на руках: в самый момент приземления Эдвард тут же подхватил Роя. Только тогда остальные члены семьи Каллен пришли в себя и, оглядев явно незнакомую им местность, озадаченно перевели взгляд на Эдварда.
— Не смотрите на меня, я и сам не знаю, где мы, — Эдвард легко повернул голову и спросил: — Рой, малыш, где это мы?
— Мм, так это же здесь! — с недоумением посмотрел на Эдварда Рой.
— Малыш Рой, это же совсем не то место, где мы живем! Где мы находимся? — шагнул вперед Эмметт.
— Это же здесь! — Рой не понимал, почему у всех такие... в общем, они перестали ему улыбаться. Хотя он еще не до конца понимал значение каждого выражения лица, но уже знал, что ничего хорошего оно не предвещает.
— У-у-у-у... — внезапный плач Роя разрушил напряженную атмосферу, которую создали остальные.
— Ну-ну, малыш, не плачь, что случилось? — Эдвард смотрел на скатывающиеся по щекам Роя слезы и чувствовал, как сердце сжимается от боли — ощущения, которого у него никогда не было с тех пор, как он стал вампиром.
Все принялись наперебой успокаивать Роя. Эсми гладила его по волосам:
— Хороший мой малыш Рой, не плачь! Вечером мама Эсми сварит тебе рыбную кашу!
— Малыш Рой, не плачь, хочешь, Эдвард снова покажет тебе, как это — летать? — как-то раз Эмметт носил Роя между ветвями деревьев, то взмывая вверх, то опускаясь, и Рою безумно полюбилась эта игра в полёты.
Джаспер тут же пустил в ход свою способность — успокоение эмоций. Карлайл бросил взгляд на фруктовую рощу перед домом: хотя он не узнавал ни единого фрукта, ему всё же удалось найти нечто, похожее на райское яблоко, он сорвал его и протянул Рою.
Уже через мгновение земля покрылась блестящими капельками слёз, и Розали с тревожным видом смотрела на Роя, не находя слов для утешения. Только вытесненный за пределы круга Эмметт суетился в растерянности, совершенно не зная, как того успокоить.
Постепенно Рой перестал плакать, но редкие всхлипывания всё еще разрывали всем сердце, особенно Эдварду — глядя на него, тот был готов сам занять место Роя, хоть и не понимал причин детских слёз.
На самом деле Рой просто испугался, когда все уставились на него с таким до ужаса серьезным выражением лица: как бы быстро он ни развивался, было еще немало вещей, с которыми ему не доводилось сталкиваться.
Тут все вспомнили о главном виновнике. На этот раз дело не ограничилось одной лишь ласковой бурей от Розали — в бой вступили все разом. Карлайл и Эсми наблюдали со стороны, а Эдвард добавлял, что заберет и его долю наказания тоже.
Пережив этот хаос, все наконец вспомнили, что у них еще остались нерешенные вопросы! В этот момент Эдвард внезапно вспомнил то письмо, где, кажется, упоминалось некое Небо за Небесами?
Узнав, где они находятся, все вздохнули с облегчением — по крайней мере, наполовину. Все продолжили путь вперед и, войдя внутрь дома, обнаружили, что изнутри он выглядит гораздо больше, чем снаружи.
Пространство сразу у входа напоминало гостиную: на полу, сплетенном из лиан, в беспорядке валялось несколько больших, мягких и толстых пуфиков, и больше ничего не было.
Это Небо за Небесами было связано с душой Роя, и войти или выйти отсюда можно было только вместе с ним.
Глядя на этот мир, Карлайл решил, что им по-прежнему необходимо продолжать объяснять Рою правила общения с незнакомцами и злыми людьми — в конце концов, Рой был слишком необычным.
К этому моменту все уже рассеялись в разные стороны.
Эдвард отвел Роя, который ни за что не хотел уходить от воды, искупаться в целебном источниках. Как и всегда, он составил Рою компанию в воде, но едва они погрузились, как Эдвард почувствовал, будто его тело начинает разрывать на куски изнутри.
Он тут же захотел отправить Роя на берег и позвать остальных, но не мог издать ни звука. Сквозь затуманенный взгляд он смутно видел, что Рой по-прежнему весело играет и ничего не замечает...
Вампирам не нужно спать, и Эдвард уже позабыл, когда спал в последний раз. Глубокий сон для вампира наступает лишь после тяжелейших ранений.
Нет, еще есть Рой. Нельзя оставлять Роя одного.
С усилием преодолевая темноту, Эдвард вынырнул из забытья. Открыв глаза, он увидел, что Рой послушно сидит на берегу рядом с ним и уплетает за обе щеки то ли виноград, то ли что-то похожее. Эдвард подумал, что, должно быть, Эсми или кто-то другой принес угощение, заметив, что он потерял сознание.
Он только хотел спросить Карлайла, что с ним произошло, как вдруг заметил, что вокруг никого нет. Что происходит? Опустив взгляд, он увидел, что всё его тело покрыто толстым слоем черной грязи — в водной глади отразилось, что лицо тоже испачкано. Не раздумывая о причинах, он поспешил выбраться из воды: ведь Рою еще хочется поиграть! А вдруг он испачкается? К тому же, неизвестно, ядовита ли эта черная субстанция и сможет ли Рой ей противостоять.
Рой с любопытством наблюдал, как Эдвард выпрыгнул на берег, продолжая что-то усердно жевать. Стоило Эдварду оказаться на суше, как грязь на нем мгновенно высокла и затвердела, и на земле тут же появились трещины — всего за несколько секунд всё целиком отвалилось от тела.
Эдвард почувствовал невероятный, непередаваемый комфорт, сродни ощущению эволюции. Но он не успел толком вслушаться в свои ощущения, как услышал голос Роя: — Ой, как весело, Эдвард, я тоже хочу!
С этими словами раздался всплеск — плюх! — и тело Эдварда рефлекторно среагировало, сразу же сиганув обратно в воду.
Вытаскивая Роя из воды, Эдвард наконец вспомнил, что Рой вообще-то воды не боится.
Рой, держа в одной руке виноградину, с разбегу бросился Эдварду на грудь, а другой рукой подцепил с грозди ягодку и тут же сунул ее Эдварду в рот. Эдвард с улыбкой посмотрел на протянутое угощение: — Малыш, я ведь не чувствую вкуса... — но в следующее мгновение он замер.
Кисло-сладкий вкус. Вкус винограда.
http://bllate.org/book/27869/3378831
Готово:
