Глава 2
Ли Юйнун застыла.
Сюй Шуймяо выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю.
Всё из-за него, это всё его вина.
Зачем он вечно говорит с этим провинциальным акцентом, да ещё и Чжуан Цзиньлу заразил!
Чувствуя вину, он хлопнул Чжуан Цзиньлу по спине. Тот тоже осознал оплошность и поспешно поправился:
— Нет, я хотел сказать... Ли Юйнун, прошу прощения.
Ли Юйнун с трудом растянула губы в улыбке:
— Ничего страшного... Ну, как твоя нога? Уже лучше?
Чжуан Цзиньлу кивнул:
— Почти зажила.
Ли Юйнун произнесла нечто невразумительное и, неловко пытаясь сменить тему, добавила:
— Жаль, что ты не закончил сдавать экзамены в средней школе. Иначе точно занял бы первое место.
Чжуан Цзиньлу ответил на редкость серьезно:
— Не факт. На пробных экзаменах у Гу Фаня баллы были такие же, как у меня. На выпускных я мог бы ему и проиграть.
Гу Фань учился в одной средней школе с Ли Юйнун, Цзян Вэем и Цзян Чэньсинем, и его успехи в учебе были просто невероятными. На каждом городском тестировании они с Чжуан Цзиньлу по очереди занимали первое место. Когда пришли результаты выпускных экзаменов, как и ожидалось, Гу Фань стал лучшим, опередив второго претендента почти на двадцать баллов.
— О... вот как, — Ли Юйнун почувствовала себя неловко.
Она была красива, хорошо училась и привыкла, что её всегда окружают поклонники, поэтому совершенно не умела сама завязывать разговор. А Чжуан Цзиньлу, в свою очередь, был тем ещё «деревянным» парнем, который совершенно не чувствовал тонкой атмосферы момента. Видя, что Ли Юйнун стоит перед ним уже долгое время и несет какую-то околесицу, он смотрел на неё с немым вопросом в глазах: «У тебя есть ко мне дело?»
От этого Ли Юйнун растерялась ещё больше, и её миловидное овальное личико залил румянец.
Тем временем Цзян Чэньсинь, которого богиня словно в упор не замечала, уже был готов задохнуться от душевной боли. Обернувшись и увидев, что Ли Юйнун сама заговорила с другим парнем, он пришел в ещё большее смятение.
— А-Вэй, кто этот хромой? Вроде не из нашей средней школы, верно?
Цзян Вэй осушил половину бутылки воды и только тогда прищурился, вглядываясь вдаль:
— Если ты его не знаешь, откуда мне знать?
Цзян Чэньсинь проворчал с завистью:
— А кожа-то у него какая светлая...
В этот момент рядом раздался ворчливый голос Чэн Хаоханя:
— Черт, с чего это Чжуан Цзиньлу здесь околачивается?
Он обратился к своим приятелям:
— Друзья Ли Юйнун говорили, что у неё кто-то есть. Неужели это действительно Чжуан Цзиньлу?
— Мать твою... — Чэн Хаохань что-то ещё пробормотал себе под нос, но говорил он настолько тихо, что Цзян Чэньсин не разобрал ни слова. Однако имя Чжуан Цзиньлу показалось ему смутно знакомым.
Цзян Чэньсин почесал подбородок, напрягая извилины, но из-за ограниченности своего «объема памяти» так и не смог вспомнить, кто это. Впрочем, неудивительно: Цзян Вэй и Цзян Чэньсин были типичными богатенькими бездельниками, которые в школе только и делали, что били баклуши в ожидании того дня, когда можно будет уехать за границу или унаследовать семейный бизнес. Вряд ли они когда-нибудь заглядывали в рейтинговые списки по успеваемости.
Поняв, что ничего не вспомнит, Цзян Чэньсин перестал ломать голову. Сорвавшимся голосом, свойственным периоду ломки тембра, он заныл о своей первой любви, которая оборвалась, даже не успев начаться:
— Неужели у меня нет шансов? Она даже не взглянула на меня. Я же выиграл в баскетбол! Моя первая любовь...
Цзян Вэй похлопал его по голове, злорадно усмехнувшись:
— Не плачь, псина. Учитывая твою ветреность, к началу семестра у тебя будет уже совсем другая первая любовь.
Цзян Чэньсин оттолкнул его руку:
— Отвали!
Цзян Вэй лишь пожал плечами, не придавая этому значения. Он наклонился, поднял баскетбольный мяч и, бросив мимолетный взгляд в сторону Чжуан Цзиньлу, равнодушно подумал: «И правда, кожа светлая. Аж глаза слепит».
Но разве обычный парень может выглядеть вот так... хм... вот так?
Словарный запас Цзян Вэя был ограничен, и он не мог подобрать подходящего определения. В общем, выглядело это очень... притягательно.
— Я пошел.
— А? Уже? — Цзян Чэньсин всё ещё не терял надежды. — Подожди меня, я чуть позже снова подойду к Ли Юйнун, перекинусь парой слов.
— Как хочешь. А я пойду куплю мороженого.
Цзян Вэй махнул рукой и пошел прочь.
А Чжуан Цзиньлу, на которого все вокруг смотрели с таким многозначительным выражением, по-прежнему ничего не замечал. Ему просто казалось, что Сюй Шуймяо нравится Ли Юйнун, а то, что она сейчас болтает именно с ним, выглядит не очень хорошо.
Поэтому, когда Ли Юйнун, снова покраснев, предложила обменяться контактами, он подтолкнул к ней своего друга:
— Мне скучновато. Может, пообщаешься с Сюй Шуймяо? Он отличный собеседник, с ним куда интереснее, чем со мной.
Ли Юйнун: «...»
Он правда не понимает, чего она хочет, или прикидывается дурачком?
Сюй Шуймяо был в таком смущении, что готов был провалиться сквозь землю.
Ли Юйнун не сдавалась:
— Я имела в виду, что если возникнут вопросы по учебе, я могла бы у тебя спросить.
Разве не часто бывает, что чувства возникают между девушкой и парнем, который объясняет ей задачи? Ли Юйнун всегда презирала тех, кто использует подобные уловки, чтобы сблизиться с парнями, но сейчас было не до принципов.
В конце концов, условия у Чжуан Цзиньлу были слишком хороши.
Отличная успеваемость, выдающаяся внешность, таланты, а самое невыносимое для окружающих — он был сыном богатейшего человека города А и матери-супермодели. Чтобы избежать проблем, он вёл себя в школе очень тихо, и мало кто знал о его происхождении. Ли Юйнун узнала об этом случайно. Она всегда была неравнодушна к таким парням, как Чжуан Цзиньлу, а узнав о его семье, влюбилась ещё сильнее. Если она упустит его сейчас из-за своей скромности и застенчивости, то потом точно будет жалеть.
Чжуан Цзиньлу догадался, в чем дело, и на мгновение замешкался, не зная, что ответить.
Конечно, соглашаться нельзя. Но если отказать слишком резко, не будет ли Сюй Шуймяо неприятно? Девушка, которая ему нравится, получает отказ от другого парня...
У Чжуан Цзиньлу разболелась голова.
Заметив, что Ли Юйнун всё внимание уделяет только Чжуан Цзиньлу, Сюй Шуймяо почувствовал укол боли, но, зная своего друга с детства, сразу понял, что тот чувствует. Он собрался с духом, чтобы помочь ему выкрутиться:
— Лу-Лу, нога сильно болит? Давай возвращаться, от этой погоды я весь взмок.
Чжуан Цзиньлу тут же подхватил игру:
— Да, пожалуй, действительно разболелась.
— Пошли! Брат поможет тебе дойти.
Ли Юйнун: «...»
Она не дура, но раз ей вежливо отказали, навязываться было не в её правилах. Она постаралась выдавить из себя улыбку:
— Тогда как-нибудь еще пообщаемся! Сюй Шуймяо, ты в какой вуз поступил?
Сюй Шуймяо, не глядя на неё, принялся делать вид, что занят костылями Чжуан Цзиньлу:
— В Сюэмин.
— О, мы будем в одном университете, какое совпадение.
Сюй Шуймяо дернул уголком рта:
— Ага. Ну, что ж, мы пойдем.
— О, пока.
Чжуан Цзиньлу, опираясь на костыли, медленно побрел прочь с баскетбольной площадки, а затем пихнул Сюй Шуймяо в бок:
— Да-Мяо, зачем ты накаркал?
Сюй Шуймяо вспомнил свою фразу «Я бы предпочел, чтобы она нравилась тебе» и не знал, плакать ему или смеяться.
— Откуда я знал, что всё так сбудется? Ладно, забей. Ты всё лето из дома не выходил, раз уж выбрался, свожу тебя куда-нибудь, поедим чего-нибудь вкусного в качестве компенсации.Чжуан Цзиньлу спросил:
— Хочешь угостить меня?
Сюй Шуймяо странно посмотрел на него:
— Я что, расслышал? Сын богатейшего человека вдруг просит других заплатить за него.
Чжуан Цзиньлу немного смутился:
— Всё это деньги моего отца. Я тут присмотрел одну кисть для каллиграфии, она стоит больше десяти тысяч... Хочу накопить на неё, так что с наличностью туговато.
Сюй Шуймяо вздохнул:
— Ладно-ладно, сегодня братец полностью за всё платит.
Тогда Чжуан Цзиньлу улыбнулся:
— Спасибо, Дамяо! Ты такой щедрый: мало того что не сердишься, так ещё и угощаешь меня.
Сюй Шуймяо подумал про себя: «Да я просто в полном ауте».
Они поели японской кухни в ресторане, сходили в кино и только после этого отправились по домам.
Жили они довольно близко друг к другу, оба в элитном коттеджном посёлке. Сюй Шуймяо сначала проводил Чжуан Цзиньлу до самого дома и лишь потом пошёл к себе.
Вечером дома были только Чжуан Цзиньлу и тётушка Чэнь.
Его родители были очень заняты, часто возвращались за полночь, а иногда даже не ночевали дома.
У него была сестра-двойняшка по имени Хэ Ижань. Они носили разные фамилии: одна — отца, другая — матери. Были они совершенно не похожи друг на друга, да и характеры имели противоположные. Хэ Ижань целыми днями пропадала вне дома, проведя так все каникулы в бесконечных гулянках.
Вот и сегодня Хэ Ижань не собиралась возвращаться к ужину, но предварительно позвонила Чжуан Цзиньлу, чтобы отчитаться.
Как раз в этот момент тётушка Чэнь постучала в дверь и с улыбкой спросила:
— Лу-лу, что тебе хочется на ужин? Тётушка приготовит.
Чжуан Цзиньлу ответил:
— Сяо Жань не вернётся, я перекушу чем-нибудь на скорую руку. Давайте яичницу с жареным рисом?
Тётушка Чэнь согласилась и пробормотала про себя:
— Тоже неплохо, в холодильнике как раз есть свежие крупные креветки.
Поужинав, Чжуан Цзиньлу отправился в кабинет попрактиковаться в каллиграфии. Когда полностью погружаешься в написание иероглифов, время летит незаметно. Ближе к десяти часам вечера Хэ Ижань наконец-то вихрем ворвалась в дом.
— Лу! Я вернулась! Соскучился по мне?
Находясь ещё в гостиной на первом этаже, она уже вовсю звала брата.
Чжуан Цзиньлу не ответил, дописывая последние иероглифы на листе для прописей. Хэ Ижань уже толкнула дверь, заглянула внутрь и с любопытством спросила:
— Ты уже закончил? Можно мне говорить?
Чжуан Цзиньлу отложил кисть и потёр слегка занывшее запястье:
— Закончил. Ты мне что-нибудь вкусненькое принесла?
Хэ Ижань с улыбкой извлекла из-за спины коробку с тортом:
— Твой любимый чизкейк. Открылось новое местечко, вкус довольно неплохой.
Чжуан Цзиньлу ответил:
— Спасибо.
Вприпрыжку вбежав в комнату, Хэ Ижань обвила руку Чжуан Цзиньлу и затараторила:
— Вы сегодня ходили куда-то вместе с братом Дамяо? Чем занимались?
— На баскетбол смотрели, — почувствовав исходивший от Хэ Ижань запах барбекю, Чжуан Цзиньлу сказал: — Иди быстро в душ, от тебя разит.
— Ладно-ладно. Только торт поешь, до завтра он уже не будет таким вкусным.
Уже дойдя до дверей, Хэ Ижань обернулась и бросила:
— Да, кстати! Я сегодня болтала на улице с друзьями и встретила ребят, которые тоже поступили в Третью старшую школу. У них есть чат для первокурсников, я узнала для тебя номер, хочешь добавиться?
Чжуан Цзиньлу немного подумал: вступить в чат — неплохая идея, можно познакомиться с будущими одноклассниками и раздобыть полезную информацию из первых рук.
— Хорошо, скинь мне номер на телефон.
Хэ Ижань показала знак ок и убежала в ванную.
Перед тем как лечь спать, Чжуан Цзиньлу добавился в чат первокурсников Третьей старшей школы.
Чат назывался Всемирный фан-клуб Вэй-гэ.
Чжуан Цзиньлу на мгновение замер, а затем невольно усмехнулся: что это за название такое?
Неужели он ошибся чатом и попал в какое-то странное логово сетевых мошенников?
В чате состояло ровно более трехсот человек, сообщения мелькали с бешеной скоростью.
Вскоре участники заметили новичка — Чжуан Цзиньлу — и тут же тегнули его.
— @L Лу, смени подпись по форме: класс + имя + балл за среднюю школу.
— Стойте, ещё и баллы за экзамены указывать??? Публичная казнь?
— Давайте без баллов, ха-ха-ха, у всех всё равно едва за двести перевалило, не над кем смеяться [коленопреклонение].
— Давайте, давайте, давайте взаимно позориться! Хватит подставлять только новичка, менять так всем вместе.
……
Чжуан Цзиньлу был очень послушным ребёнком. Видя, что остальные постепенно меняют ники и подписи, он тоже последовал их примеру.
— Восьмой класс, Чжуан Цзиньлу, 234.
Он писал экзамены только в первый день: по китайскому получил 114 баллов, по математике — 120.
Общая сумма баллов по всем предметам составила 670.
Кто-то сразу обратил внимание на эту подпись и снова выделил его в сообщении.
— Чжуан Цзиньлу? Ого, тезка нашего главного школьного гения.
— Школьного гения? Это кто ещё.
— Вы что, серьезно не знаете имя этого зубрилы? Упал. Вы что, плакаты с результатами единого экзамена вообще не смотрели??
— Но в этот раз Чжуан Цзиньлу вроде не стал лучшим на экзамене, первое место занял Гу Фань. Чжуан Цзиньлу столько времени удерживал первенство и проиграл на самом важном экзамене — должно быть, кровьюхаркает от досады.
— Погодите-ка, с какого перепугу мы, закоренелые двоечники, переживаем за чужих отличников??? Мы набрали вдвое меньше баллов, чем он [смех сквозь слёзы].
— Тезка, да не та судьба, как же жалко... Брат, не падай духом, вступай в мою банду Вэй-гэ, Вэй-гэ тебя прикроет.
……
Чжуан Цзиньлу казалось, что они говорят о нём, и в то же время вроде бы не о нём. Чувствуя себя неловко, он был вынужден спросить:
— Простите, а Вэй-гэ — это какой такой великий мастер? И почему это всемирный фан-клуб Вэй-гэ?
В этот момент подал голос один из участников.
Восьмой класс, Цзян Вэй: «Кто опять поминает меня всуе? Сколько раз повторять: не смейте называть меня Вэй-гэ, жить надоело, что ли?»
В чате воцарилась тишина секунд на тридцать, никто не смел пигнуть.
Вскоре кто-то взял на себя смелость ответить.
— Это новенький, @Восьмой класс Чжуан Цзиньлу 234
Чжуан Цзиньлу: «……»
Нельзя же так подставлять T^T
Погодите-ка, Цзян Вэй... Это не тот ли высокий парень в чёрной футболке, которого он видел днём?
Чжуан Цзиньлу вспомнил его.
Кажется, с ним будет непросто ладить...
Немного подумав, он ответил:
— Извините, я не говорил о вас ничего плохого. Я просто хотел спросить, вступление в этот фан-клуб обязательное?.. Ещё не поздно выйти из чата?
……
……
Чат молчал почти секунд десять.
А затем все вокруг буквально покатились со смеху.
— Ха-ха-ха, откуда вылез этот чудак, идите я на него потрогаю!!
— Ой мамочки, он же из восьмого класса! И правда, человек с именем того зубрилы-психа не может быть обычным, эта наивно-милая аура мне ведь не мерещится, ха-ха-ха-ха!
— Новенький хочет довести меня до смерти со смеху, чтобы я унаследовал его долг по АIipay в две тысячи юаней, ха-ха-ха!
— Спасите, я смеюсь так, что кровать ходуном ходит!
……
Тем временем Цзян Вэй, глядя на переписку в чате, невольно усмехнулся уголками губ и подумал про себя: «Ну и дурачок же».
Впрочем, это имя... Он немного подумал и вспомнил, что, кажется, видел этого парня днём.
Белокожий и миловидный.
С чего бы он сейчас выглядел таким туповатым?
Наверняка его очень легко дразнить.
Из вредности Цзян Вэй добавил Чжуан Цзиньлу в друзья.
Чжуан Цзиньлу с некоторым трепетом принял запрос.
Цзян Вэй тут же принялся третировать честного парня, написав в личку: «Выходить из клуба уже поздно, оставь надежды. Как начнётся учёба, будешь носить мне обеды».
У Чжуан Цзиньлу от возмущения лицо пошло морщинами.
Какая наглость.
До чего же бесстыдный человек.
http://bllate.org/book/27756/3368013
Готово:
