День пресс-конференции наступил быстро. Вечерний прием проводился в особняке Семьи Лин и поражал своей роскошью. Лин Тянькай пригласил влиятельных представителей различных семей, ключевых деловых партнеров Семьи Лин, и, разумеется, прессу. Новости о Семье Лин обычно были редкостью, так как Лин Тянькай пресекал любые утечки на корню: любой журналист или компания, осмелившиеся опубликовать хоть слово о семье без его дозволения, немедленно сталкивались с его возмездием и разорением, а сам репортер навсегда вылетал из профессии. Сегодня же Лин Тянькай сам дал добро, и журналисты, почуяв сенсацию, слетелись со всех сторон — каждый хотел заполучить этот заголовок для первой полосы.
Глядя на красивый закат за окном, Мо Жань погрузился в свои мысли, созерцая белое одеяние, которое только что принес управляющий Цинь. Сегодняшний вечер должен был стать банкетом, на котором Лин Тянькай официально признает его своим сыном и наследником Семьи Лин. Мо Жань никак не мог взять в толк, зачем Лин Тянькаю это нужно: в той, прошлой жизни, Лин Тянькай не устраивал подобных банкетов и в лучшем случае лишь молчаливо признавал его существование. Что же он задумал на этот раз? Впрочем, неважно. Нападут — будем защищаться, придет беда — будем разгребать; в любом случае, осторожность лишней не будет.
Облачившись в наряд, Мо Жань посмотрел на свое отражение в зеркале. Изысканный белоснежный костюм был прост, но полон благородства, искусно подчеркивая его стройную фигуру. В сочетании с утонченными чертами лица и холодным, высокомерным выражением он и вправду казался юным принцем. Однако, вглядываясь в зеркало, Мо Жань нахмурился: после долгой жизни в мире, погрязшем во тьме, чистый белый цвет казался ему чем-то недосягаемым. Ему был куда ближе глубокий черный.
Едва Мо Жань вышел из комнаты, как у лестницы столкнулся с Лин Ци.
На лице Лин Ци играла улыбка, но в глубине глаз промелькнул расчет:
— Братец, поздравляю. Твое будущее обещает быть блестящим.
— Благодарю. — Если хочешь, забирай себе — мне это даром не нужно.
— Братец, а ты знаешь? С тех пор как ты появился в Семье Лин, ты отобрал у меня всё! Отец больше не принадлежит только мне, всё в Семье Лин теперь принадлежит тебе! — С каждым словом Лин Ци распалялся всё сильнее, и в его глазах нескрываемо застыли зависть и ненависть. — Как думаешь, если отец узнает, что ты причинил мне вред, сможешь ли ты и дальше удерживать всё то, что у меня отобрал? Жду не дождусь.
Лин Ци улыбнулся — злобно и насмешливо. Не успел Мо Жань даже среагировать, как Лин Ци на своем инвалидном кресле намеренно бросился вниз по лестнице. Грохот падения тут же привлек внимание служанок; одна из них вскрикнула и стремглав побежала звать на помощь.
Лин Тянькай примчался в мгновение ока. Увидев изранбленного Лин Ци, окруженного слугами, и управляющего Циня, который уже оказывал первую помощь, он пришел в ужас. Тревога в его глазах была очевидна. Вспомнив слова служанки о том, что второй молодой господин столкнул старшего с лестницы, Лин Тянькай в порыве ярости ударил Мо Жаня по лицу. Удар был такой силы, что Мо Жань повалился на пол, а в уголке его рта выступила ярко-алая кровь.
— Зачем ты это сделал?! Он твой брат! — в ярости кричал Лин Тянькай.
Мо Жань вытер кровь с губ; от металлического привкуса во рту его затошнило. Черт, да они оба психи! Кое-как поднявшись на ноги, он холодно взглянул на разъяренного Лин Тянькая:
— Ты считаешь, что это я?
— А кто же еще! Факты налицо, ты еще смеешь оправдываться? Есть даже свидетели! — Лин Тянькай чувствовал себя опустошенным, не зная, что ранит его сильнее: боль за пострадавшего Лин Ци или разочарование в поступке Мо Жаня.
Мо Жань хмыкнул:
— Во-первых, сегодня день, когда ты официально объявляешь меня сыном и наследником. Ты правда думаешь, что я стал бы устраивать скандал и вредить самому себе? В моем стиле — убрать человека так, чтобы не осталось никаких следов, не говоря уже о такой грубой подставе. Во-вторых, лифт в доме был установлен специально для Лин Ци, так почему он оказался у лестницы, а не воспользовался лифтом? В-третьих, видеть — значит верить, а слышать — значит сомневаться. Вот тебе доказательство.
Мо Жань снял серьгу и серебряную цепочку с запястья, протянув их Лин Тянькаю:
— Серьга — это миниатюрная камера, а цепочка — компактный компьютер. Они связаны между собой. Всё, что произошло, записано на карту памяти внутри подвески. Можешь проверить в любой момент.
Ему стало до тошноты противно находиться в Семье Лин. Мо Жань больше не мог здесь оставаться — он не позволит порочить свое имя! Ради доказательства собственной невиновности ему пришлось пожертвовать портативным компьютером, который недавно прислал Лин Цзин. Мало того что его ложно обвинили и ударили, так еще и техники лишили — настроение Мо Жаня упало до предела. Он хотел уйти, но Лин Тянькай схватил его за запястье. Глядя на растерянность и невысказанные слова в глазах отца, Мо Жань лишь горько усмехнулся:
— Мне совсем не нужно всё это в Семье Лин. Если Лин Ци так хочет — забирай и отдай ему!
Без колебаний сбросив руку Лин Тянькая, Мо Жань решительно зашагал прочь.
Лин Тянькай смотрел вслед уходящему Мо Жаню, а затем перевел взгляд на того, кого всегда считал чистосердечным старшим сыном. Он так сильно сжал кулаки, что ногти вонзились в ладони до крови, но не почувствовал боли.
Он ошибался в Жань-эр, ударил его, не доверился, поверил чужим наветам и собственным домыслам, не разобравшись в ситуации, с такой жестокостью поднял на него руку. Когда он увидел ненависть в глазах Жань-эр, уходящего прочь, сердце сжалось от невыносимой боли.
— Отправьте старшего господина в больницу, — холодно приказал Лин Тянькай, бросив взгляд на всё еще без сознания Лин Ци. — Управляющий Цинь, я не хочу больше видеть ту служанку. И позаботьтесь о том, чтобы всё, что произошло сегодня, было стерто из памяти людей.
— Слушаюсь, хозяин. — Управляющий Цинь тяжело вздохнул. Он видел, как рос старший молодой господин, и был потрясен его поступком, но еще больше его терзала жалость. Должно быть, хозяину сейчас тяжелее всех.
Впервые Лин Тянькай почувствовал себя мерзко. Он долго смотрел на серьгу и цепочку у себя в руках, а затем, тяжело вздохнув, распорядился:
— Банкет отменяется.
http://bllate.org/book/27754/3367886
Готово:
