Фан Цзунхэн отдал распоряжение подававшему чай сотруднику, тот почтительно кивнул и вышел из переговорной.
Спустя полминуты начальник отдела Сунь вместе с той самой девушкой, что носила чай, завели Цзян Ичэня и Лю Сяо. Оба они, благоговейно поддерживая обеими руками по несколько коробок с бенто, величественной и внушительной процессией ввалились в переговорную, словно делегация послов из далёких варварских земель, прибывшая с дарами. Они выполняли священную миссию раздачи обедов.
Все члены этой дань-делегации держали в руках по шесть-семь порций, и лишь Лю Сяо, замыкавший шествие, уверенно и ровно балансировал стопкой из более чем десяти коробок — зрелище было поистине впечатляющим.
Гун Цяньши, едва увидев Лю Сяо, невольно расплылся в улыбке. Заметив, как начальство изумленно таращится на акробатический трюк Лю Сяо, он в душе неожиданно для самого себя ощутил прилив горделивого превосходства, хотя и сам не понимал, с чего бы ему испытывать такую солидарность.
Гун Цяньши собирался перекинуться с Лю Сяо парой слов, когда тот будет вручать ему обед, но не успел Лю Сяо приблизиться, как другая рука уже расторопно водрузила коробку прямо перед ним.
Приятного аппетита.
Гун Цяньши ошеломленно уставился на бенто, словно оно здесь совершенно не к месту.
Спасибо, — глухо бросил он. — А с каким это вкусом?
С треской.
А со свиной котлетой есть?
Есть… Погодите минутку. — Сотрудник заглянул в оставшиеся у него коробки и поднял голову: — Старший Лю Сяо, у тебя там не осталось бенто со свиной котлетой?
Разобрали. — Лю Сяо махнул рукой, демонстрируя абсолютную пустоту.
А? Нету? — Цзян Ичэнь огляделся. Перед двумя руководителями, сидевшими слева и чуть впереди от Гун Цяньши, по-прежнему красовались пустые места, а в руках у начальника отдела Сунь и другого сотрудника ничего не осталось.
Выходит, одной порции не хватает! — Цзян Ичэнь явно удивился.
Ох, правда? — Лю Сяо поскрёб в затылке и направился к месту Гун Цяньши. — Я заказывал тридцать две штуки, должно было хватить в самый раз.
Раз так, значит, они просто недовезли… — Цзян Ичэнь уставился на оставшиеся коробки, глубоко нахмурившись. — И вот одной не хватает…
Мм, тогда придется идти и трясти с них недостающее.
Это еще что за беспорядок? Вы почему до сих пор всё не раздали?! — Сунь Байцян почуял неладное и, позабыв о необходимости угодничать перед начальством, поспешил вмешаться. — Что случилось, не хватает бенто?
Да, — просто и невозмутимо подтвердил Лю Сяо.
Ты как со мной —
Мне всё равно, — холодно проронил Гун Цяньши, прерывая готовые сорваться с губ Сунь Байцяна ругательства. — Ничего страшного, если их доставят позже, сначала отдайте обеды тем двоим менеджерам.
И-и-извините, тысячу раз извините! — Увидев мрачное лицо Гун Цяньши, Сунь Байцян решил, что тот крайне недоволен оплошностью, и в ужасе засыпал всех поклонами и извинениями. — Премного виноват, это всё из-за моего недосмотра, это этот безумец всё испортил… Прошу вас, смилостивьтесь, примите мои глубочайшие извинения…
Хватит. Я не возражаю. — Гун Цяньши чуть заметно поморщился, явно давая понять, что больше не намерен слушать эти пустые извинения.
Ах, премного благодарен!
Гун Цяньши холодным взглядом проводил Сунь Байцяна, который, рассыпаясь в извинениях и благодарностях, отступал назад и выталкивал Лю Сяо из переговорной. Внутри него волной поднялось глухое отвращение.
Этот тип думает только о том, как бы усидеть на своем месте, и совсем растерял последние остатки человеческого достоинства…
За одно лишь слово «безумец» можно было бы подать в суд и заставить этого зарвавшегося старого лысика расхлебывать юридические последствия…
Гун Цяньши видел, как Сунь Байцян изо всех сил цепляется за свою работу, но даже не замечал, что сам при этом защищает Лю Сяо.
Подперев голову рукой, он молча попивал чай и озирался по сторонам. Если не считать Фан Цзунхэна, у которого, судя по всему, из-за недавнего совещания напрочь пропал аппетит и он не притрагивался к еде, остальные участники совещания уткнулись в тарелки и принялись жадно уплетать пищу. Их рты то открывались, то закрывались, напоминая золотых рыбок, выпускающих пузыри — кусок за куском они проглатывали роскошный обед.
Гун Цяньши, наблюдая за тем, как начальство уплетает еду за обе щеки, неторопливо ждал свой собственный бенто.
После такого скандала зачинщик всего этого безобразия, Лю Сяо, казалось, ни капли не переживал…
Он заметил, что у Лю Сяо от начала и до конца сохранялось одно и то же выражение лица — отрешенно-отупевшее, словно происходящее его не касалось. Ни испуга при совершении ошибки, ни тени гнева на упреки, ни малейшего облегчения или благодарности при разрешении неловкой ситуации.
Из-за скрытности чувств? Вроде бы Цяньсуй как-то упоминал, что третий сын семьи Дуаньму — человек, не показывающий эмоций на лице, а его рассудительность и хладнокровие и вовсе граничат с безумием.
Но в случае с Лю Сяо дело обстояло иначе. По крайней мере, Гун Цяньши не верил, что у человека, способного так обустроить свое рабочее место, уровень рациональности может быть низким…
Не успел Гун Цяньши погрузиться в раздумья, как перед ним материализовалась украшенная узорами коробка с бенто.
Ваш обед.
Гун Цяньши поднял глаза: перед ним прямо и напряженно стоял Лю Сяо, обеими руками удерживая коробку.
Так быстро?
Заказ был полный, просто бенто оставили в комнате охраны, я забыл захватить одну коробку, — деревянным и монотонным голосом произнес Лю Сяо, протягивая еду Гун Цяньши.
Вот оно что.
Мм, да. — Закончив говорить, он резко развернулся и ушел.
Постой! — С чего это он вдруг уходит!
Мм? Что такое?
Ты… — Хоть он и сам окликнул его, в ту же секунду Гун Цяньши сообразил, что понятия не имеет, что сказать. — Куда ты направляешься?
Вернусь в офис.
Зачем? — Гун Цяньши тут же пожалел о вопросе, сообразив, что задал глупую и бессмысленную чушь.
Возьму еще парочку швабр и тряпок.
Зачем —
Гун Цяньши не успел договорить, как его офисное кресло на колесиках резко рванули назад, отталкивая от стола. Он даже моргнуть не успел, как с обеих сторон длинного конференц-стола донеслись пронзительные звуки рвоты.
У-у-ух!!!
Кхе-э-э!
Кушающие начальники один за другим заходились в жутких спазмах, причем объемы извергнутой ими массы явно превосходили съеденное.
Гун Цяньши остолбенел, в шоке взирая на происходящее: вся поверхность стола была усыпана темной жижей, по цвету напоминающей запекшуюся кровь.
Шторы лучше раздвинуть.
Спокойный, отрешенный шепот вернул Гуン Цяньши к реальности. Оглянувшись, он увидел нахмурившегося Лю Сяо, который с отвращением разглядывал творящийся кошмар. Только сейчас он понял, что оттащил его назад именно Лю Сяо.
Фан Цзунхэн, сидевший на противоположном конце длинного стола, выглядел относительно нормально и к процессу повторного переваривания пищи не присоединился, однако сидел слишком близко к столу, из-за чего соседи забрызгали его с ног до головы.
Быстрее вызывайте скорую. — Резкий, удушливый запах ударил Гун Цяньши в голову, но он взял себя в руки и принял здравое решение.
Давай сначала раздвинем шторы.
Что?
Только что моросил небольшой дождь, а сейчас выглянуло солнце.
И что с того?
Будет радуга.
Сейчас это явно не главное!! — Лю Сяо думает о радуге, в то время как целая толпа людей блевет до полного изнеможения?
Ах, понятно. — Лю Сяо не придал этому значения и неторопливо направился к тумбе у двери, взял ведро, надел перчатки и маску, подхватил тряпку и двинулся к конференц-столу.
Проходя мимо Гун Цяньши, он бросил взгляд на зажатую в его руках коробку с бенто, к которой тот так и не притронулся:
Хорошо, что ваш обед не стоял на столе, иначе есть бы его уже нельзя было. Но этот стол больше не годится, вам, пожалуй, придется перекусить в другом месте.
Да как я теперь смогу есть вообще?! — Поморщившись, Гун Цяньши отступил к самой двери, радуясь, что его место было ближе к выходу и позволяло дышать свежим воздухом.
Не будете есть?
Разумеется.
Тогда… можно мне?
Гун Цяньши с непониманием уставился на Лю Сяо, помолчал пару секунд и скупо кивнул.
Спасибо.
Поблагодарив кивком, тот повернулся и с абсолютно невозмутимым видом зашагал к столу, принимаясь за уборку мерзких нечистот.
Всё случившееся выглядело так, будто речь шла о какой-то банальной, повседневной мелочи. Словно он заранее всё предвидел…
Просто бесит! — Фан Цзунхэн со злостью захлопнул дверь кабинета и широкими шагами направился к своему столу.
Ты о чем именно? — Гун Цяньши чинно восседал на диване, с безмятежным видом пялясь на встроенный в стену жидкокристаллический телевизор.
Обо всём! — Тот с раздражением хлопнул ладонью по столешнице. — Бессмысленное совещание, бездарное руководство и эти проклятые репортеры, которые лезут во все щели!
Именно поэтому ты мылся почти целый час?
Хотя Фан Цзунхэн, в отличие от прочих руководителей, не страдал приступами рвоты, его щедро окатили чужими испражнениями. Проводив начальство в машины скорой помощи, он прямиком направился в служебную душевую, чтобы смыть с себя мерзкую грязь.
Я только переступил порог ванной, еще даже толком не успел помыться, как эта стая мух уже облепила весь холл!
Они засыпали его вопросами, по сто раз переспрашивая одно и то же. Хотя он изо всех сил старался внести ясность, он был уверен, что завтрашние газетные репортажи будут отличаться от его слов на миллион миль, да еще и с прилагающейся 3D-схемой развития событий!
Значит, ты так и не помылся? Тьфу, какая гадость. — Не подходи ко мне, от тебя разит прокисшим молоком вперемешку с вонючими носками.
Я переоделся. — Фан Цзунхэн криво усмехнулся. — Или вы, господин адвокат, желаете лечь в больницу под капельницы вместе с остальным начальством?
Гун Цяньши, не отрывая глаз от экрана, прохладно отозвался:
Совсем не горим желанием. — Он отлично помнил, что в университете Фан Цзунхэн целых четыре года бессменно возглавлял клуб боевых искусств.
Тогда соизвольте проявить уважение! Когда разговариваете с людьми, извольте смотреть на собеседника!
Еще как смотрю. — Он с улыбкой обернулся. — На экране ты выглядишь даже симпатичнее, чем в жизни, пожалуй, всё дело в плохом качестве картинки…
Расстояние и размытость всегда создают иллюзию красоты.
Только сейчас Фан Цзунхэн сообразил, что Гун Цяньши смотрит трансляцию экстренных новостей, и в данный момент на экране как раз крутили фрагмент с его недавним интервью.
Гун Цяньши… — Фан Цзунхэн помрачнел и холодно процедил сквозь зубы.
Ладно-ладно, больше не буду над тобой подшучивать. — Гун Цяньши выключил телевизор и с невозмутимым видом уставился на друга. — Ну что, выяснили в чем дело? Пищевое отравление?
Похоже на то, но отель Лиюань сразу после получения известий выступил с официальным опровержением, заявив, что их еда никак не могла стать причиной отравления. Ведь помимо нас заказами у них воспользовались еще две компании, и у тех сотрудников всё прошло гладко.
Выходит, бенто испортилось уже после того, как покинуло отель?
Возможно, нарушили условия хранения при транспортировке, или же по дороге коробки задели что-то, из-за чего еда и испортилась…
А может, лютые враги вашей конторы подсыпали яд прямо в блюда. Советую впредь проверять обед серебряной иголкой на всякий пожарный.
Фан Цзунхэн помолчал несколько секунд:
Я тоже так думал, но это исключено. Обеды привезли и оставили на вахте, не прошло и десяти минут, как хозотдел забрал их на этаж, оттуда их сразу унесли в переговорную. От доставки до еды прошло меньше двадцати минут, никто бы физически не успел вскрыть каждую коробочку и отравить их по отдельности. — Он замолк на секунду. — К тому же, говорят, что сотрудник, переносивший бенто из хозотдела в конференц-зал, был чертовски приметным, да и способ транспортировки привлек всеобщее внимание. У всех на виду у него просто не было бы возможности отравить еду.
Гун Цяньши прекрасно понял, что под приметным сотрудником подразумевается Лю Сяо, а под привлегшим внимание способом — та самая передвижная крепость из коробок.
Уголки его губ слегка приподнялись:
Вот как, выходит, дело вовсе не в еде… — Значит, если преступник и существовал, то это точно был не Лю Сяо…
При этой мысли у него на душе почему-то стало чуть легче.
Не знаю, ждем результатов экспертизы… Кстати, — с любопытством протянул Фан Цзунхэн, — почему ты не пострадал?
Из-за пропавшей порции я даже притронуться к еде не успел, как аппетит мне окончательно испортил фонтан из желудков наших дорогих начальников.
Фан Цзунхэн одарил Гун Цяньши невыразимым взглядом:
Тебе невероятно везет… — Да так жутко, что аж не по себе!
Впрочем, именно поэтому он и обратился к Гун Цяньши…
У тебя-то у самого вон как. Все слегли, а ты цел и невредим.
Только потому, что меня тоже отвернуло от этой орары бесполезных свиней.
Тошнить начинает уже от одной мысли, какой уж тут аппетит.
Выражайся вежливее. Не забывай, что ты сам — пастух этих свиней.
Ой, половину этих хряков нанял мой батя, мне достались остатки по наследству. — Фан Цзунхэн раздраженно усмехнулся. — Послушай, как тебе это удается? Каким богам ты молишься, в какую веру ударился, какие талисманы носишь или что принимаешь? Откуда такая дикая удача?
Ты же знаешь, я во всё это не верю… — Он верил в науку и боготворил разум. — Никакой удачи не существует, есть лишь цепь случайностей вкупе с человеческим фактором…
И правильнее было бы сказать не то, что ему повезло, а то, что Лю Сяо спас его на подсознательном уровне.
Если бы не рекомендация Лю Сяо взять бенто со свиной котлетой, если бы не его своевременный рывок за кресло, участь Гун Цяньши оказалась бы точь-в-точь такой же плачевной, как у Фан Цзунхэна, причем у него даже не было бы сменной одежды…
Слова Лю Сяо звучали как завуалированное предсказание, каждая фраза незримо выводила его из зоны смертельной опасности.
Однако он не верил в предсказания. Чистая случайность. При групповых заказах путаница с количеством — дело обычное; а в длинной переговорной те, кто не желал активно участвовать в совещании, всегда норовили забиться в дальний угол к двери. Лю Сяо просто обратился к нему, ненароком помогли избежать неприятностей.
Случайности похлеще этой ему доводилось видеть в судах по уголовным и гражданским делам куда чаще, так что удивляться тут было нечему.
Если случается столько совпадений подряд, это уже можно назвать чудом… — Фан Цзунхэн опустился на стул напротив Гун Цяньши и с уставшим, безмятежным видом произнес: — Ну же, научи меня, как замечать эти чудеса, господин адвокат.
Чудеса не замечают, — уголки губ Гун Цяньши изогнулись в улыбке, — их создают сами.
Звучит прямо как цитата из мотивационной литературы…
Например, если бы наш уважаемый гендиректор оставил в покое свои дикие мистические домыслы и сперва обсудил, как справляться с безумными штрафами от госорганов, это само по себе стало бы чудом. — Он приподнял бровь: — Давай-ка вернемся к делам… Хватит молоть пустой вздор…
Встреча с Лю Сяо была лишь незначительным эпизодом из повседневной жизни.
С той минуты, если только не произойдет очередное совпадение или чей-то умысел, их пути больше не пересекутся.
А если им всё же доведется свидеться… он бы с удовольствием расспросил Лю Сяо, где тот научился столь виртуозному искусству балансирования башен из коробок…
Этот странный религиозный фанатик, помешанный на фатализме, небось ответил на это: «Потому что в прошлой жизни я был жуком-навозником».
При этой мысли Гун Цяньши не удержался от улыбки, но, заметив странный взгляд Фан Цзунхэна, быстро стер с лица насмешливое выражение.
Тц…
С каких это пор он стал таким наивным мечтателем, раз позволяет себе надеяться на туманное будущее?
Ох… наконец-то учеба началась… Бесконечная летняя каторжная зубрежка наконец-то подошла к концу… (вздыхает вдаль)
Впервые я так жду начала занятий. На этих подготовительных курсах так невыносимо устаешь = =… (чувствуется, что это выматывает сильнее основных уроков!)
Впредь я вернусь к прежнему графику выпусков, а на сообщения в гостевой книге отвечу как можно скорее!
Огромное спасибо моим дорогие читателям за поддержку! Спасибо~ (низкий поклон)
http://bllate.org/book/27744/3366864
Готово:
