— Ваше Величество, вы хотите спасти этого Альфу? Я помогу вам его спасти.
Красивый Император не произнес ни слова. Его взгляд лишь становился все более глубоким и мрачным.
Он обладал невероятно изворотливым умом, и Лу Иньчэнь не мог прочитать эмоции на его лице, оставалось лишь догадываться о его истинных намерениях по движениям:
— Я немедленно велю страже подойти. Эй, вы все! Прекратите, отпустите этого Альфу!
Пятерка хулиганов замерла от неожиданности, услышав внезапный оклик, но к тому моменту острие ножа уже было направлено прямо на затылок Чу Сюня.
Тан Бочжоу широким шагом направился к ним, попутно сняв с шеи шейный ошейник.
Ошейник использовался для подавления чрезмерно мощных феромонов Иннигмы.
В тот же миг изысканные и зрелые феромоны Дерева «Погруженная луна» разлились вокруг, давя так сильно, что у творившей бесчинства пятерки затрещали головы.
— Кажется, школьное руководство идет, уходим.
— В следующий раз еще представится возможность.
Бросив избитого Чу Сюня, шайка пустилась наутек.
Тан Бочжоу надел ошейник обратно и поднял с земли маленького Альфу.
— Спа… спасите… меня… господин…
— Не бойся. Я пришел, чтобы спасти тебя.
Горло Чу Сюня было забито сгустками крови, и говорить ему было тяжело и хрипло.
— Ваше Величество, ваша одежда испачкается. Лучше передайте его стражникам. Не переживайте, они непременно доставят его в больницу и как следует вылечат.
Лу Иньчэнь уже позвал нескольких королевских стражников, и те ждали поблизости, но Тан Бочжоу вовсе не собирался отдавать им парня.
Заметив, что Император одной рукой расстегивает пуговицу, явно собираясь отдать Чу Сюню свое пальто, Лу Иньчэнь торопливо произнес:
— Ваше Величество, возьмите мое пальто. Он всего лишь Альфа, а не омега, не такой уж он неженка.
Тан Бочжоу на мгновение замер, уловив исходивший от чужого пальто аромат виски Генерального секретаря.
Император едва заметно нахмурился, своим отказом отвергнув предложенную подчиненным верхнюю одежду, и вместо этого укутал юношу в пальто, пахнувшее его собственными феромонами.
Легкий успокаивающий и исцеляющий аромат темного дерева мягко укутал и защитил подростка.
Наверное, он наконец-то встретил хорошего человека — с этой мыслью Чу Сюнь окончательно расслабился и позволил себе потерять сознание в объятиях мужчины.
— Отвезите его в больницу. И заодно выясните, кто он такой.
Тан Бочжоу понес Чу Сюня к машине. Бледный Альфа прижался к груди Императора, и из-под растрепанных прядей волос виднелось изящное личико размером с ладонь.
Черты лица Альфы были ослепительными, прохладными и утонченными, а его несравненная красота ни в чем не уступала омегам.
Это заставило сердце Генерального секретаря забиться в тревожном набате.
Уже в машине Лу Иньчэнь сдержанно и вежливо предостерег:
— Ваше Величество, он ведь ваш сородич. Даже того же пола. Альфы не могут образовать пару с Иннигмой, к тому же Альфы вообще не способны чувствовать феромоны Иннигмы...
Тан Бочжоу словно не слышал его и лишь отдал приказ водителю:
— Езжай быстрее.
Когда машина прибыла в Королевскую больницу Олдридж, Тан Бочжоу на руках внес Чу Сюня внутрь и лично передал врачам из эксклюзивной медицинской команды семьи монарха.
— Сначала залечите его раны. А затем проведите полное обследование.
Маленького Альфу бережно уложили на операционный стол, и Тан Бочжоу перевел взгляд на двух своих самых надежных телохранителей:
— Лу Чжи, Чи Хэчунь, вы двое останетесь здесь охранять его.
— Ваше Величество, боюсь, это не совсем уместно. Они же элитные стражи. Давайте заменим их кем-нибудь другим...
В серых глазах Тан Бочжоу клубились тучи мрачных теней, и Лу Иньчэнь заметил, что Император не сводит глаз с Чу Сюня — его взгляд напоминал расплавленный воск.
Однако это выражение исчезло так же быстро, как упавший в гладь озера камень. Вскоре оно полностью скрылось в бездонной глубине его очей.
— Уходим.
Лу Иньчэнь наказал врачам:
— Когда ему станет лучше, проверьте уровень совместимости его феромонов с Вашим Величеством.
Чу Сюню казалось, будто он видел долгий кошмарный сон.
Когда он в испуге открыл глаза на больничной койке, боль в задетых ранениями нервных окончаниях подсказала ему, что это вовсе не сон.
— Здравствуйте.
Чу Сюнь нажал кнопку вызова у изголовья кровати и позвал медсестру:
— Скажите, пожалуйста, в какой я больнице?
— Господин Чу, вы сейчас находитесь в палате класса люкс в Королевской больнице Олдридж. Вы чувствуете какой-то дискомфорт?
Медсестра стандартно опросила пациента после пробуждения.
— На затылке все еще сильно болит. В остальном все хорошо. Кто меня сюда привел? У вас есть его контактные данные? Медицинские услуги здесь, должно быть, очень дорогие...
— Господин Тан уже всё за вас оплатил. Не беспокойтесь о счетах за лечение.
Записав данные с монитора рядом с кроватью Чу Сюня, медсестра протянула ему записку:
— Господин Тан велел передать, что если после пробуждения вам что-то понадобится, вы можете связаться с ним в любое время. Это его номер светового компьютера.
Личность Тан Бочжоу была слишком деликатной, и посвященные в это дело лица были обязаны хранить молчание, поэтому вне стен дворца Тан Бочжоу обычно пользовался своей второй личиной — главы крупной корпорации.
Чу Сюнь смутно помнил, что тот мужчина был Иннигмой с волевыми чертами лица и утонченными манерами.
Он открыл световой компьютер, ввел на голографическом экране номер собеседника и отправил запрос на добавление в друзья.
Здравствуйте, господин Тан, я тот самый Альфа, которого вы спасли в Ландисском военном колледже. Меня зовут Чу Сюнь. Огромное вам спасибо за то, что выручили меня тогда. Я бы хотел обсудить с вами вопрос возврата денег за лечение.
Тан Бочжоу довольно быстро одобрил заявку Чу Сюня в друзья, но отвечать на сообщения не стал.
На экране всплыло множество пропущенных уведомлений, и только взглянув на время, Чу Сюнь понял, что с того момента прошло уже полмесяца.
Он открыл почту, и его взору предстало уведомление об отчислении из Ландисского военного колледжа.
Новоприбывший студент Чу Сюнь в результате полученной в ходе инцидента травмы приобрел инвалидность, а его духовная энергия деградировала, из-за чего он больше не отвечает объективным требованиям для продолжения обучения в этом учебном заведении. Высшее руководство Ландисского военного колледжа провело собрание и вынесло решение об отчислении Чу Сюня...
Там же было полно пропущенных звонков от дяди и тети Чу Сюня. Они являлись его опекунами лишь на бумаге.
Чу Сюнь, ты ведь знаешь экономическое положение нашей семьи, нам и так с трудом хватает средств на содержание твоих старшего и младшего братьев. Мы больше не можем содержать тебя, бесполезного калеку. Мы разрываем с тобой договор об усыновлении. С этого момента ты и мы — чужие люди. Твои вещи мы отправили почтой в Ландисский военный колледж. Больше не смей нас беспокоить.
http://bllate.org/book/27693/3362565
Готово:
