Начало февраля, только что миновало Личунь — начало весны, город Цзян.
Выходящие ранним утром люди потирали руки, и стоило им приоткрыть рот, как оттуда вырывались клубы белого пара. Весь город под этим пронизывающим весенним холодом погружался в привычную дневную суету и бесконечный поток машин.
До положенного времени отметки на проходной оставалось еще больше получаса, но Ци Чэнь уже сидел за рабочим столом в мастерской.
Шел второй день его работы в Компании по защите культурных реликвий Гуанхэ. Он еще не успел до конца усвоить то, что было написано в полутора десятках страниц руководства сотрудника, выданного вчера, как перед самым уходом домой ответственный за все это начальник Дун подкинул Ци Чэню задачу по реставрации. Поручить выпускнику-новичку, толком еще не освоившемуся на месте, заняться практической работой напрямую — красноречивее любых слов свидетельствовало о том, что компания действительно испытывает острую нехватку кадров.
Тихо гулял центральный кондиционер, температура в мастерской держалась на умеренной отметке, только вот увлажнитель воздуха не включили, и ощущалась легкая сухость. Человеку в такой обстановке было не сказать чтобы очень комфортно, зато для некоторых предметов, легко портящихся от сырости, условия подходили идеально.
Например, для бронзового клинка, что лежал сейчас перед Ци Чэнем.
Среди холодного оружия меч или клинок по праву считался самым распространенным. Однако бронзовые клинки составляли лишь ничтожно малую долю от общего числа, и увидеть хотя бы один из них вживую — уже большая удача. Ведь при всей прочности бронза — материал крайне хрупкий, легко ломающийся и повреждающийся.
Клинок, который держал в руках Ци Чэнь, имел узкое, истонченное лезвие длиной около одного чи и шести цуней, с чуть изогнутым одиночным лезвием и утолщенным обухом. На обухе выступал гребень с вырезанным в ряд подобием звериных зубов — это придавало изящному и плавному силуэту клинка некую дикую, хищную красоту. Мастерство литья можно было назвать изысканным, и единственным изъяном, пожалуй, являлся излом на самом кончике.
Это был сломанный клинок, расколотый надвое в месте соединения клинка и гарды.
Сломанная гарда тоже покоилась сейчас на столе: по ее краю шел аккуратный круглый узор из вертикальных рисок, а к ней крепилась половинка круглого черенка с рыбьей чешуей. Чуть выше, там, где по идее должно было находиться навершие рукояти, зияла пустота.
Вчера Дун Минбо хлопнул Ци Чэня по плечу и напутствовал: У этого клинка не хватает кое-ких деталей, саму гарду нашли буквально пару дней назад, а вот навершия и двух Изысканных Драгоценных Жемчужин все еще нет. Ты для начала отреставрируй то, что уже найдено. Требования всего два: первое — ювелирная точность, второе — скорость, остальное неважно. Ну как, проще простого, верно? Не переживай, парень ты перспективный, давай, покажи себя!
Тогда Ци Чэнь мысленно изверг фонтан крови: совместить ювелирную точность и высокую скорость — это же самые жесткие требования, какие вообще возможны, куда уж дальше! Да просто проще некуда, ага!
Впрочем, увидев этот клинок собственными глазами сегодняшним утром, Ци Чэнь почувствовал, как напряжение заметно отпустило.
Потому что эта обломанная реликвия — и сам клинок, и гарда — отливала темно-золотым металлическим блеском, на ней не было ни следов ржавчины, ни единого пятнышка. На ощупь гладкая и острая, поверхность клинка сияла так чисто, что в ней вполне можно было разглядеть свое отражение.
В самом деле... можно... разглядеть... отражение...
Зимнее солнце заглядывало в окно под таким углом, что его лучи падали аккурат на водную гладь лезвия, и отраженный свет едва не ослепил Ци Чэня.
Ха-ха.
Да это же, мать вашу, современная поделка чистой воды?! Какое древнее бронзовое изделие после извлечения из земли может выглядеть вот так? Где следы времени? Где та простота и тяжеловесная фактура старины? Издеваетесь?!
Раздался неторопливый стук в дверь мастерской: тук-тук-тук. Ци Чэнь поднял голову и увидел Дун Минбо, который заложил руки за спину и неспешно вошел внутрь: Малыш Ци, уже пришел? Какая энергия! Молодец, отлично.
Ци Чэнь поднялся со стула: Доброе утро, начальник Дун. Пролистывая структуру внутреннего штатного расписания компании, он обратил внимание, что Дун Минбо занимал высший руководящий пост, но при этом упорно предпочитал, чтобы все звали его просто начальником, — черт знает, что за причудливая привычка.
Впрочем, если подумать, странностей в этой Компании по защите культурных реликвий Гуанхэ хватало с избытком.
Чего стоило только одно требование при приеме на работу: приоритет отдается тем, кто обладает навыками самообороны и крепким здоровьем; или это деление на отделы — ладно еще группа исполнения или группа надзора, но что за хрень эта группа ликвидации последствий?! К тому же Ци Чэнь числился специалистом по реставрации культурных ценностей, и в группу тылового обеспечения его определили точно не из-за того, что у него дрогнула рука при клике мыши, верно?
Подобных моментов набралось немало. Ци Чэнь старался об этом особо не размышлять: стоило ему углубиться в мысли, как его начинало преследовать стойкое ощущение, будто он устроился в какую-то подозрительную контору, которую в любой момент могут накрыть разом какие-нибудь опергруппы по борьбе с экономическими преступлениями или черным рынком.
Но Ци Чэнь был парнем простым, прагматичным: структура компании, названия должностей — все это казалось ему второстепенным. Пусть эта фирма и выглядела сомнительно, трудовой договор с ним заключили вполне официальный, условия труда — отличные, да и поручаемая работа пока что не выходила за рамки разумного.
Конечно, самое главное заключалось в неплохой зарплате и бесплатном жилье с питанием. Ради одних только этих двух пунктов Ци Чэнь был готов временно закрыть глаза на все те странности и спокойно работать дальше: в конце концов, на его скромную должность рядового сотрудника это никак не влияло, его дело — получать зарплату и выполнять свои обязанности.
Ну как? Малыш Ци, есть трудности? — Дун Минбо остановился возле стола и махнул рукой, жестом приглашая Ци Чэня сесть и продолжить прерванное занятие.
Ци Чэнь покачал головой: Я осмотрел клинок, он прекрасно сохранился, предварительная обработка практически не требуется, с местом излома тоже все в порядке: слегка пройдусь напильником, сформирую небольшой скорец для свежего скола, сварю детали, а напоследок сделаю финишную обработку — и следов шва практически не останется.
Дун Минбо почему-то едва заметно дернул уголком рта и переспросил: Будешь стачивать место излома?
Э-э... да. — Ци Чэнь на секунду растерялся, не понимая к чему этот вопрос. Поразмыслив, он решил, что хоть начальник Дун и руководит компанией, реставрация — узкоспециализированная сфера, и он просто не до конца разбирается в технологических деталях, вот и спросил к слову.
Каково же было его удивление, когда Дун Минбо молча бросил взгляд на лежащий на столе сломанный клинок, а затем с некоторым сомнением произнес: Послушай, Малыш Ци...
Ци Чэнь приготовился слушать указания: Да?
Дун Минбо: Когда будешь стачивать место излома и проводить сварку, действуй... эм... помягче.
Ци Чэнь: ...
Дун Минбо: ...
Ци Чэнь: Начальник, вы шутите.
Дун Минбо: Ничуть.
Ци Чэнь: ...
Несколько секунд они молча таращились друг на друга, широко раскрытыми глазами. Наконец Дун Минбо кашлянул, прочистил горло и произнес: Ладно, работай. Закончишь с реставрацией — принесешь мне, я сегодня до трех часов дня буду в кабинете. С этими словами он снова выпятил слегка выдающийся вперед живот, приобретенный за годы солидной офисной жизни, и неспешно вышел из мастерской.
Ци Чэнь моргнул, снова опустил взгляд на обломанный клинок и никак не мог взять в толк, что означало это мгновенное выражение лица Дун Минбо, похожее на приступ зубной боли.
Ладно еще действовать помягче при стачивании излома, но как, черт возьми, можно помягче проводить сварку?! Слегка полизать языком пламени?! Совсем уже рехнулся...
Раньше он думал, что этот сломанный меч — просто предлог, под которым Дун Минбо под видом древней реликвии решил попутно проверить его практические навыки. Но теперь казалось, что начальник Дун и впрямь невероятно трепетно относится к этому клинку.
Впрочем, был ли это тестовый образец или коллекционный предмет ручной работы — для рук Ци Чэня разницы не было никакой.
Он закатал рукава выше запястий, размял тонкие пальцы, затем открыл стоявший рядом инструментальный шкаф, вытащил плоский напильник, взял клинок, повертел его, сверяясь с направлением излома, и с головой ушел в работу.
Предварительные расчеты Ци Чэня оказались верны: реставрация этого сломанного клинка действительно не потребовала много сил и времени. Отпала необходимость в очистке, удалении ржавчины, подгонке деталей и искусственном старении. Когда он на одном дыхании завершил последний этап и, поднявшись, размял затекшие суставы, до обеденного перерыва оставалось еще почти полчаса — условие Дун Минбо насчет ювелирной точности и высокой скорости было выполнено сполна.
Достав из шкафа специальную мягкую салфетку для чистки, Ци Чэнь тщательно протер бронзовый клинок в самый последний раз, привел в порядок верстак, уложил меч в узкий деревянный футляр простого, архаичного вида и отправился к Дун Минбо.
В отличие от многих других компаний, арендующих один-два этажа в каком-нибудь офисном центре, Гуанхэ выкупила целый земельный участок в восточном районе города Цзян, построила здесь два зеркально похожих офисных здания и одно общежитие для сотрудников, обнеся все это единой оградой. Снаружи административный корпус насчитывал всего три этажа, а общежитие — пять; стены густо обвивала зелень, и в целом комплекс выглядел довольно потрепанным, совершенно затерявшись среди частокола высоток ожиренного делового квартала. Зато внутри все помещения были оформлены строго, лаконично и со вкусом.
Мастерская Ци Чэня находилась на третьем этаже корпуса А, прямо на одном этаже с кабинетом Дун Минбо. С деревянным футляром в руках он дошел до самого конца коридора, остановился перед приоткрытой дверью кабинета и постучал кончиками пальцев по косяку: Начальник Дун.
Сидевший за массивным темно-коричневым письменным столом Дун Минбо отложил бумаги и поманил его рукой: О, Малыш Ци пришел, заходи. Ну что? Клинок отреставрирован?
Да, взгляните, годится ли. — Ци Чэнь подошел ближе и протянул деревянный футляр.
Давай-ка глянем. — Дун Минбо взял футляр, откинул крышку, но доставать меч не стал — принялся внимательно разглядывать его прямо в коробке. Спустя пару мгновений он кивнул, закрыл крышку, аккуратно опустил футляр на край стола и с улыбкой обратился к Ци Чэню: Отлично, место излома соединено очень естественно, спасибо за труд. Возвращайся к себе, скоро уже обеденное время, поработаешь чуть-чуть — и можно на перерыв. Ах да, выходя, прикрой за мной дверь.
Хорошо, тогда я в мастерскую, начальник. — Ци Чэнь кивнул. Он только-только влился в рабочий коллектив и еще не до конца привык к смене роли, поэтому по привычке подсознательно ставил руководителя на ту же ступень, что и университетского научного руководителя: относился с уважением, но без трепета. К тому же Дун Минбо неизменно улыбался, вел себя непринужденно и не задирал нос, что позволяло Ци Чэню чувствовать себя вполне свободно.
Сделав пару шагов к выходу, он обернулся и бросил: Начальник, а меч этот очень красивый, у него есть имя?
Конечно! — Дун Минбо бросил взгляд на деревянный футляр. — Ты обратил внимание на узор в виде звериных зубов на гарде?
Ци Чэнь кивнул.
Дун Минбо: Имя клинка отлично сочетается с таким дизайном — Лун Я.
Ци Чэнь: ...
Дун Минбо: Что такое?
Ци Чэнь дернул уголком рта и покачал головой: Да так, просто вспомнил, что где-то читал про демонический меч по имени Лун Я, клинок которого раскололи на части, а потом, по преданиям, в эпоху Сун его выкопали и переплавили для судьи Бао, сделав из него гильотину для казней.
Дун Минбо даже глазом не моргнул: Ого, какая неожиданная встреча!
Ци Чэнь: ...Уж если изображаешь удивление, хоть мимику подключай, молю тебя!
http://bllate.org/book/27638/3359776
Готово:
