Готовый перевод Nameless Lover Twenty Lost Rivers / Безымянный возлюбленный: Сквозь лабиринты памяти: Глава 13

— Учитель Ся, в дверях кто-то ищет.

Шэнь Сунцзинь слегка шевельнул кончиком уха, внезапно почувствовав, что этот голос ему знаком. Обернувшись, он увидел стоявшего позади человека в элегантном деловом костюме.

Его глаза невольно расширились от неожиданности, на лице застыло удивленное выражение:

— Хань Цинъян?

Он был тем самым HQY из чата, а заодно и самым любимым моделью Шэнь Сунцзиня для портретных съемок еще в университетские годы.

Учитель Ся бросил фразу: «Вы тут поболтайте», — и удалился вместе с сотрудниками.

Шэнь Сунцзинь окинул взглядом стоявшего перед ним человека: стройная фигура, широкие плечи, узкая талия, повседневный костюм сидел на нем идеально. Внешность и манеры ничуть не изменились со студенческих времен, оставшись абсолютно прежними. Шэнь Сунцзинь до сих пор считал, что работать просто фотографом — настоящее расточительство при такой-то стати и лице.

— Старший товарищ Шэнь?

Увидев его, Хань Цинъян тоже слегка удивился:

— Какая неожиданность, не думал встретить тебя здесь. Ты тоже пришел, увидев сообщение в группе?

— Ага.

С улыбкой ответил Шэнь Сунцзинь, но, о чем-то задумавшись, бросил взгляд в сторону Лу Цзяньшэня. Тот не обращал на него внимания и с интересом разглядывал фотографии на стене, видимо, только сейчас сопоставляя снимки с живым человеком.

— Давно не виделись, как дела? — поинтересовался Шэнь Сунцзинь.

Хань Цинъян виновато улыбнулся:

— Да потихоньку. Я открыл студию, сейчас как раз готовлюсь уйти в свободное плавание.

Шэнь Сунцзинь хлопнул его по плечу и поддразнил:

— Звучит неплохо! Не виделись всего несколько лет, а ты уже собрался в начальники выбиться.

Хань Цинъян горько усмехнулся:

— О чем ты говоришь, еще бабушка надвое сказала, выйдет ли что-то из этого.

Он снова перевел взгляд на собеседника:

— А старший товарищ как? Все так же один?

— Да уж, — Шэнь Сунцзинь пожал плечами. — Одному как-то свободнее, неплохо так.

Хань Цинъян улыбнулся:

— Вполне в твоем духе.

Сказав это, он посмотрел на Лу Цзяньшэня:

— Этот… твой друг?

— Ах да, — только тут сообразил Шэнь Сунцзинь и снова повторил заготовку, которую недавно рассказывал учителю Ся.

Лу Цзяньшэнь протянул руку, сохраняя все тот же отрешенный вид — на его лице не отразилось ни единой эмоции.

— Здравствуйте, Лу Цзяньшэнь.

Кратко и по делу.

Хань Цинъян был человеком более мягким и обходительным, с таким прямолинейным представлением он сталкивался впервые. Слегка опешив, он тут же протянул руку в ответ:

— А, здравствуйте, я Хань Цинъян, прямой младший товарищ старшего Шэня.

Он собирался добавить что-то вроде «рад знакомству», но вдруг услышал, как Лу Цзяньшэнь совершенно безапелляционно переспросил:

— Прямой?

Хань Цинъян снова растерялся:

— А? Ну да.

Лу Цзяньшэнь снова обернулся к выставленным фотографиям.

Шэнь Сунцзинь понял его с полуслова и поспешил взять инициативу на себя:

— Он тоже учился на фотографа. В то время в нашем университете не было профессиональных моделей, поэтому приходилось полагаться на чутье и самим искать подходящих людей. Он состоял со мной в одном клубе, к тому же нам обоим нужно было снимать, вот мы и помогали друг другу — все это осталось с тех времен.

Хань Цинъян с улыбкой поддержал его:

— Верно, я не профессиональная модель, так, подрабатывал время от времени.

Он взглянул на фотографии на стене и с ностальгией в голосе произнес:

— Но нужно отдать должное технике старшего Шэня: мои лучшие снимки до сих пор те, что были сделаны им в те годы.

Шэнь Сунцзинь с улыбкой отпустил пару шуток в ответ, явно довольный похвалой.

Ресницы Лу Цзяньшэня едва заметно дрогнули, и он наконец отвел взгляд от снимков.

Он бросил на Шэнь Сунцзиня долгий многозначительный взгляд и произнес неопределенным тоном:

— О вот как?

Улыбка Шэнь Сунцзиня застыла. Он моргнул, и в душе у него почему-то шевельнулось смутное чувство вины.

Осмотрев выставку, оба отправились в ресторан пообедать. Пока они ждали заказ, Шэнь Сунцзинь достал телефон и скинул в общую группу все сделанные в выставочном зале фотографии — те, кому прийти не удалось, тут же подняли ужасный шум.

Чат в WeChat без конца разрывался от уведомлений, но виновник торжества просто отключил звук, бросил телефон в сторону и с лукавой улыбкой посмотрел на Лу Цзяньшэня.

В выставочном зале было слишком много людей, и расспрашивать было неудобно, но теперь, в тихой обстановке, Шэнь Сунцзинь невольно вспомнил ту девушку, с которой разговаривал Лу Цзяньшэнь возле консультационного центра несколько дней назад.

Он даже не пытался скрывать подтекст и принялся прямо допрашивать его:

— Редкий выходной, а ты не проводишь его с девушкой?

Лу Цзяньшэнь приподнял веки, бросив на него взгляд, в котором читалось полное понимание всех его мыслей.

Он произнес:

— У меня нет девушки.

В Шэнь Сунцзиня словно вселился актер, он протянул «о-о-о» и нарочно поинтересовался:

— Тогда в прошлый раз...

Лу Цзяньшэнь заранее знал, о чем тот заговорит, и прямо ответил:

— Та девушка была просто знакомой. Помолчав секунду, он добавил: — К тому же я уже все ей объяснил.

Шэнь Сунцзинь едва заметно скривил губы в знак презрения. Налив себе стакан воды и отпивая на ходу, он небрежно и невнятно бросил:

— И что именно объяснил?

Лу Цзяньшэнь не изменился в лице:

— Вопрос моей сексуальной ориентации.

Шэнь Сунцзинь чуть не поперхнулся водой.

Он недоверчиво уставился на сидевшего перед ним человека, думая про себя, что тот еще тот жесткий тип: не хочешь отвечать взаимностью — просто откажи, к чему заходить так далеко.

Слегка кашлянув и вытерев рот, он сел чуть ровнее:

— Разве вы не поддерживаете неплохие семейные связи? Не боишься, что родители узнают?

Лу Цзяньшэнь отнесся к этому философски:

— Мои родители давно в курсе.

— Давно в курсе? — Шэнь Сунцзинь удивился еще сильнее.

Лу Цзяньшэнь с абсолютно невозмутимым видом кивнул.

Впрочем, если подумать, при характере Лу Цзяньшэня любая ложь была попросту исключена. К тому же речь шла о вопросе, который рано или поздно все равно всплыл бы, так что лучше решить все сразу и жить спокойно, избавившись от лишних проблем в будущем.

Шэнь Сунцзинь со сложным выражением лица спросил:

— И что, они не против?

— Поначалу, возможно, и были, — голос Лу Цзяньшэня звучал так, будто иначе и быть не могло. — Но это мой выбор, они не вмешиваются.

Помимо шока, Шэнь Сунцзинь испытал нечто вроде уважения: в мире хватает здравомыслящих родителей, но тех, кто доходил бы до такой степени рассудительности, встретишь нечасто.

http://bllate.org/book/27632/3359090